Естественный отбор - Евгения Гордеева

— Петра, ты удивляешь меня каждый день! — он излучал радость, что совсем не шло к моему пакостному состоянию.

— Яду? — предложила я с сарказмом, указывая на безалкогольные напитки на столе.

— Не смешно! Соку.

— Кураре нет, — опять мрачно оповестила я гостя. Действие успокоительного кончилось, и настроение моё вновь испортилось.

— Что, так плохо? — заботливый какой.

Гость уселся в кресло, я последовала его примеру. Налила нам соку. Яблочного.

— Алберт, ты не можешь посодействовать моему отчисления с конкурса, без лишения… титула и всё такое?

— Струсила?

— Противно…

— А как же Сарториус?

— На больное давишь?! Это не честно! Поможешь?

— Нет.

— Тогда уходи!

— Ты хочешь, чтобы они решили, что так можно победить?

— Кто, они? — отпила сока, стараясь не смотреть ему в глаза.

— Те, кто натравил на тебя Йенч. Сама бы она не додумалась до такого. И мышьяк где-то раздобыли.

— Она призналась? — подняла правую бровь. Иногда у меня получалось выразить так удивление.

— Нет. Но это и так ясно. А ты сегодня утром вела себя как настоящая герцогиня!

— Я и есть настоящая… — вздохнула. — И мне было ужасно противно ТАК себя вести!

— Я знаю. Между прочим, Вольфганг был сразу уверен в твоей невиновности, как только увидел, чем отравили еду Жозефины. Он сказал, что для тебя это слишком мелко!

— Жозефина или мышьяк? — невесело ухмыльнулась.

— Вот уж не знаю. Сама у него поинтересуйся.

— Тогда, почему он спросил, где я была утром?

— Я сказал, что у тебя есть алиби, даже если яд в яичнице Жозефины соответствует твоим способностям и знаниям. Видимо, это был личный вопрос. Чем это его ученица по утрам занимается, что алиби имеет?! А?

— Бе! В смысле — бегает… Знаешь, Алберт, что самое забавное в этой истории?

— Ну?

— Я же не просто алхимик, а техно-маг. Мне не надо подсыпать яд, если я соберусь кого-то травануть. Мне достаточно проговорить формулу вещества и всё… шито-крыто! Докажи потом, что это я.

— Профессор сказал то же самое. Да мы и так были уверены, что тебя кто-то подставляет руками Жозефины!

— Тогда, почему куратор на меня накинулась?

— На тебя накинешься, как же! — Алберт смотрел на меня весёлыми глазами, пока пил свой сок. — Педагог, что с неё возьмёшь? Она не учла, что гордость в тебе присутствует независимо от титула.

— Этого многие не учитывают… и путают гордость с гордыней!

— Петра, я очень тебя прошу, — теперь он смотрел серьёзно, — не думай об уходе… Вас и так немного.

— Кого немного? — заинтересовалась я.

— Кого?.. Девушек без недостатков…

— Ха-ха-ха! — я искренне развеселилась. Назвать меня девушкой без недостатков, это значило очень грубо польстить. — Ты ошибаешься, Алберт. У меня куча недостатков!

— Пусть так, но в тебе есть достоинство, которое очень ценит принц Алеард.

— Интересно, какое? — продолжала я хихикать.

— Ты не выйдешь замуж за титул, — тихо сказал мой гость, — ты выйдешь замуж за человека.

— Ну, даа… Правильно!

— И сколько ещё таких девушек на конкурсе, как ты думаешь?

— Я обязательно должна тебе ответить? — что-то мне показалось подозрительным в его вопросе.

— Я просто интересуюсь твоим мнением. Если желаешь, я сначала скажу тебе своё, а ты согласишься с ним, или нет. Ты ведь видишь девушек с другой стороны, как бы изнутри, а нам достаётся выглаженное и отполированное поведение.

— Ладно, высказывайся, — и чего это я такая покладистая? Нет. Просто любопытная.

— Это две твоих подруги, Леда и Хлоя. Именно на этой почве вы и подружились, — он внимательно наблюдал за моей реакцией. Я решила не облегчать ему задачу, нацепила дежурную улыбку и состроила невинные глазки. Он ухмыльнулся и продолжил. — Селена… Крайне независимая натура. Титулы ей вообще неинтересны. Самая юная участница, и самая непредсказуемая! Ты ведь догадалась, что она — боевой маг? — Я кивнула. — Очень перспективная девушка. Далее, Ванесса… Просчитает всё сто раз! Если прогнозы будут неблагоприятны, на сделку не пойдёт. Принцесса Эрсель, — я изобразила лёгкое удивление. А в душе поразилась тому, что он предоставляет мне конфиденциальную информацию. — Не интересуется титулом по понятной причине.

— Чего же не устроили династический брак? — не выдержала я.

— А принц тоже за титулами не гонится! Он хочет, чтобы его будущая жена полюбила его, а не перспективу стать королевой!

— Я об этом догадалась… Кому же не хочется, чтобы его любили, а не притворялись.

— Вот именно! Из оставшихся, возможно ещё Геновефа способна на искренние чувства.

— Актриса? Не думаю…

— А с остальными, согласна? — поймал меня на слове Алберт.

— Согласна. Получается, что у тех шестерых шансов нет?

— Шансы есть у всех, Петра. Ведь любовь, она такая непредсказуемая… Что скажешь?

— Понятия не имею, — опешила я. — Влюблюсь, тебе первому расскажу. Слушай, а кто был тот офицер, в кабинете Сантаны?

— Начальник департамента Порядка, граф фон дер Гисс. Ты не представляешь, как он Жозефину парой предложений по паркету размазал!

— Интересно-интересно!

— Расскажу, если ты пообещаешь остаться во дворце, выкинуть из головы мысли о выходе из конкурса, и больше не заводить подобных разговоров со мной или другими… хм, ответственными лицами.

— Обещаю! — настроение моё, как ни странно, пришло в норму. Послать к хлоровой бабушке никого не хотелось. Даже Жозефину. Напротив, ежедневное мелькание у неё перед глазами будет ей… наказанием! — Рассказывай.

— Господин Гесс поведал баронессе, что в наших законах есть статьи о наказании не только за совершённые преступления, но и за заведомо ложные доносы на честных людей. И, если баронесса уверена, что герцогиня Олмарк действительно пыталась её отравить, то вышеозначенной герцогине не поздоровиться. А вот если баронесса изволит наговаривать на добропорядочную верноподданную короля, то она предстанет перед судом немедленно. И добавил, что у тебя есть алиби!

— Она поняла, что такое алиби? — припомнила я начитанность Жозефины.

— Ты хорошо её изучила! Конечно, не поняла. Ей популярно объяснили, что человек десять свидетелей поклянутся в том, что во время совершения преступления леди Алфея была с ними. Не обвиняет ли баронесса в заговоре против своей драгоценной особы такое количество достойных человек? Она сразу пошла на попятную, и сняла с тебя все обвинения, промямлив что-то про суровые условия конкурса.