Вооружен и очень удачлив - Людмила Горбенко

Восстановленные файлы памяти утилизированных «глаз», работавших в графском замке

Итак, что мы имеем? Замок, который следит за каждым твоим шагом глазами любящего отца и в случае шалости может надавать по попе крепкой каменной ладонью. Воздух, насыщенный джинновыми волосами и еще чем-то мелким и противным — перхотью, что ли? Прошлое, заглядывающее тебе в глаза. Разочарование в жизни. Троих претендентов на наследство. Репутацию главного бабника, отягощенную легкой шизой на тему погоды. Заведомо невыполнимое задание от главы филиала — проникнуть в хранилище. Надвигающийся мировой катаклизм. Сутки времени до него в запасе. Резь в животе от жестокого голода.

Спрашивается, что делать в первую очередь?

Правильно. Как говорится, авось мир подождет, а начальство не узнает. Дорогой папочка Замок! Надеюсь, ты не будешь возражать, если твои мелкие частички немного перекусят? Ведь даже глисты должны питаться по расписанию, если хотят быть здоровенькими, веселенькими и главное — работоспособными…

— Пятый! Пятый! Вы уже на месте?

— Почти, товарищ куратор, — ответил я, стараясь не шуршать упаковкой от только что съеденного пайка. — Можно сказать, уже да. Через минуту точно будем.

В наушнике раздался треск выдираемых волос и вопль ужаса:

— Да что же это за дисциплина, вашу… Немедленно! Пулей! Минуту назад замковые «глаза», летающие около двери сокровищницы, начали трансляцию в эфир посторонних шумов биологического происхождения! Немедленно к хранилищу! Не-мед-лен-но!!!

— Есть немедленно к хранилищу! — Набросив невидимость, я выскочил из комнаты, на лету подхватывая за воротник Третьего, вальяжно шагающего по коридору.

— Да что стряслось?! — возмутился толстяк, брыкаясь и выворачиваясь.? Э! Пусти! Куда ты меня тащишь, ненормальный?

— Не трепыхайся, к хранилищу, — коротко ответил я. — Приказ куратора — пулей туда.

— Он же говорил, что у нас сутки до конца света! — напомнил Третий. — Да пусти ты! Я сам! Что стряслось? Помер кто? Наследники договорились между собой и уже артефакты по карманам рассовывают?

— Если бы! — горько усмехнулся я. — В хранилище кто-то есть, представляешь? Живой!

— Мыши? — вздрогнул Третий, чуть не врезаясь на лету в мраморную колонну. — Фу-у! Товарищ куратор, объясните ситуацию!

— Какие мыши?! — взвыл куратор. — Там люди! Обыкновенные люди! С собакой! И они переговариваются друг с другом!

Душистый порыв ветра задел наши волосы — рядом пристроилась Вторая. Перекусить с нами за компанию чертовка отказалась, сославшись на то, что «негоже чернавке с высокородными господами пищу принимать». Действительно, негоже. Особенно, если высокородные господа давятся сухим пайком, а чернь ужирается на кухне остатками праздничного вегетарианского ужина до икоты.

— Я что-то пропустила? — скромно уточнила красавица, слизывая малиновые «усы» от ягодного мусса и незаметно отряхивая с груди бисквитные крошки.

— Поступил приказ немедленно проникнуть в сокровищницу! — доложил я. — Обстоятельства усложнились! Внутри люди, выгуливающие собаку!

— Собаку? Но как они туда попали?! — изумилась Вторая.

Третий гомерически расхохотался. Я вместо ответа развел руками.

— Немедленно к хранилищу! Спасайте артефа!.. — заорал куратор и пропал. Как отрезало. «Раз-раз-раз… как слышно меня, Каперия? Раз-раз… Теперь сдвинься на одну сотую. Раз-раз-раз…» — деловито вещал чужой голос.

Что сказать о дальнейших событиях?

После них я убедился в том, что человек на самом деле очень могущественное существо. Просто люди уверовали в собственную уязвимость и оттого боятся всего подряд. Или прикидываются?

Ровно сто тринадцать попыток нашей бригады проникнуть в сокровищницу сквозь стену, пол или потолок потерпели фиаско. При этом за этой самой стеной переговаривались и гремели бесценными артефактами простые смертные. Прямо вот так — грязными сапожищами по реликвиям. «Ко мне, Полкан!» — вполне по-человечески.

Мы как проклятые аккуратно дробились на атомы, аккуратно внедрялись в верхний мраморный слой — и баста. Далее стена выплевывала нас обратно. Причем с такой брезгливостью и энергией, что впору было заподозрить у кирпичей личную неприязнь к нечистой силе.

Я и раньше недолюбливал эльфов, но после очередного пинка камнем под зад окончательно возненавидел. Третий так вообще отбросил церемонии и стал бросаться на стену отчаянными прыжками, на манер спятившего хомяка, пытающегося любой ценой покинуть тесный горшок, куда его усадили жестокие дети.

Честно говоря, именно в этот момент у меня возникла крамольная мыслишка. А что, если отлучиться на минутку и шандарахнуть одного из оставшихся наследничков копытом по голове со всей дури? Единиц эдак на 30–40?

Тут же явятся Положительные, мы им пожалуемся на злого дядьку, заколдовавшего хранилище, и расплачемся (за нас с толстяком я точно ручаюсь). Авось ангелы будут так добры, что после вскрытия хранилища не заберут все. Что там обозначил куратор как главную цель? Эльфийскую шарманку и коробочку с подарком? Выпросим. И тут же порубим ангелов мечами, как побочную ветвь реальности.

Рядышком тихонько сползла на ковер усталая Вторая.

— Ты уже запрашивал Базу?