Цена любви: в объятьях Смерти - Людмила Черныш

— Ну что же, — Пеймонт повернулся ко мне и медленно подойдя, прижал к кухонной тумбе. Он заглядывал в глаза так, что сердце вот-вот было готово остановиться от страха. — Кажется, ты уже все поняла, так ведь? Я и есть тот демон, которому принадлежит твоя душа. Пришлось изрядно постараться, чтобы тебя отыскать, но ты сама пришла в мои руки. Кто бы знал, что твоя судьба сама тебя отдаст мне, желая помочь и защитить.

— Моя судьба? — дрожащим голосом переспросила я.

— Хантер. Огромная редкость, когда ангелу предназначено быть с демоном, да только ты принадлежишь мне, и я не собираюсь тобой делиться. Пари заключено, душа получена до совершеннолетия, и теперь нужно закрепить все это дело поцелуем. Ты же так и не поцеловалась со своим суженым, — его лицо озарила улыбка.

Моя попытка возразить была прервана страстным поцелуем. Я даже опомниться не успела, как все произошло и меня заклеймили во второй раз. Страшно признаваться, но я получила удовольствие от этого поцелуя. А когда наши взгляды снова встретились, мир, словно изменился. Магия?

— Будь ты проклят, — закричала моя мама, пытаясь высвободиться.

— Я и так проклят, — холодно ответил ей профессор, не сводя с меня взгляда, а потом добавил. — Вот документы на поступление, ты принята. Так что будь готова, завтра я тебя вызову. И запомни, что с этого дня ты моя, — Пеймонт бросил папку на тумбочку, к которой меня прижимал.

Затем медленного и осторожно наклонился ко мне, видимо желая еще одного поцелуя. Но я смогла найти в себе силы, чтобы отвернуться в сторону. Мужчина просто ухмыльнулся и, отстранившись, растаял как сигаретный дым. Прошло несколько минут, после чего наши гости словно очнулись от гипноза. Кажется, они не помнили, что произошло, и появление незваного гостя осталось в памяти только у нас с мамой.

Мое сердце колотило с такой силой, что вот-вот могло выпрыгнуть из груди. Я дрожала от страха, а ноги подкашивались из-за осознания произошедшего. Я же с самой первой секунды, когда увидела этого профессора, что-то почувствовала. Я больше всего не хотела, чтобы этот демон оказался тем, кому была продана моя душа. Но все оказалось именно так. Мы играли в прятки восемнадцать лет, и когда до победы оставалось просто дотянуться рукой, мы проиграли.

— Что произошло? — растерялась мамина подруга. — Такое чувство, что меня отрубило на некоторое время, — неуверенно проговорила она, потирая у виска.

Профессор постарался прийти сюда, сделать свое черное дело, и уйти так, что о нем помнили только мы. Я была напугана, но пыталась держать себя в руках и не показывать этого состояния другим. Хотя подруги явно что-то заподозрили, потому что такой меня они видели исключительно редко.

— Кажется, вино, которое я купила, прострочено, — попыталась выкрутиться мама, но ей как-то не особо поверили. Даже для меня такое объяснение было не правдоподобным.

— Почему ты секунду назад была за столом, а сейчас находишься в другом месте? — поинтересовалась Мери.

— Абрина, возьми, пожалуйста, с верхней полки маленькую черную баночку, — попросила меня мама.

Очищающий порошок. Именно так она и называла этот серый песок. Благодаря которому можно было частично изменять человеческие воспоминания и мысли. Она пользовалась им каждый раз, когда мы переезжали в другой город или когда кто-то узнавал о нас слишком много. Человеку он никакого вреда не причиняет, так что я не боялась его применять.

Достав старую жестяную банку из-под кофе, и взяв щепотку волшебства, я бросила его на головы нашим гостям. Мама подошла к каждому из них, и что-то прошептала на ухо. После этого опять села за стол, словно ничего не случилось. Я последовала ее примеру, и вернулась на свое место. Прошло всего несколько мгновений.

— Что-то я уже устала, наверное, нужно возвращаться домой, — зевая, проговорила мамина знакомая.

— Мы, тоже пойдем, завтра утром в школу. Абрина, кажется, ты уже не болеешь, значит, тоже возвращаешься к учебе? — Хлоя вопросительно посмотрела на меня, а я повернулась к маме, ожидая ее решения.

 — Спасибо всем за то, что пришли, — всего лишь ответила она, поднявшись из-за стола и выпроваживая всех по очереди.

Когда в квартире мы остались вдвоем, я сразу же поняла, что пора обговорить все, о чем мы так долго молчали. А ведь если бы я и правда знала о своем проклятии, то не допустила бы такой жестокой ошибки. Даже смешно из-за собственной глупости.

— Мам, я…

— Восемнадцать лет я оберегала тебя от этого демона. Восемнадцать долгих лет страданий и никакой человеческой жизни. И вот когда финал наших мучений мерцал перед глазами, все разрушилось.

— Если бы ты мне обо всем рассказала раньше…

— Ничего бы не изменилось. Жить в неведении, куда лучше, чем знать то, что знаю я. Думаешь все, что с тобой произошло это самое страшное? Поверь, это были просто сказки. Теперь ты поймешь, что такое страдания и ад на земле. Ты даже не представляешь, от какого опасного и жестокого мира я тебя прятала. Я так старалась спасти тебя от всего этого. Но ты скрыла от меня возвращение магии, и сама навлекла на нас беду.

— Магии? Ты же все время говорила, что это обычные видения. Что это чуть ли не психическое заболевание и обычные фантазии, — было всегда обидно и неприятно слышать о себе такое. Всю жизнь мне врали и скрывали правду. Вот и последствия всего этого. За что боролись на то и напоролись. — Мам, может быть, пришло время поговорить начистоту? Может быть, пора обо всем рассказать? Ты можешь уберечь меня от ошибок, которые я могу совершить в будущем.

— Я… не знаю… — она была растерянной и напуганной. Но сделанного уже не изменить. Почему же тогда не упростить то, что мы имеем на сегодняшний день?

— Хорошо, тогда молчи, а я из-за незнаний всей истории буду дальше допускать ошибки, — я рассердилась и направилась к себе в комнату.

— Твой отец ни разу не заикнулся о том, что у него была сделка с дьяволом, — внезапно начала говорить мама, усевшись на свободный стул. — Об этом я узнала от шамана, который тебя скрывал от магического мира. И который готовил удивительный отвар, чтобы видения отступали.

Я подошла к ней и села рядом, прикасаясь своей рукой к ее руке, желая поддержать. Возможно, я просто не понимала, что ей пришлось пережить и с чем столкнуться. Возможно, мама молчала из-за того, чтобы меня уберечь. И надеялась на то, что сумеет сохранить меня до совершеннолетия. И в том, что этого не случилось, виноваты мы обе.

— Почему мою душу продали? Почему именно мою, а не чью-то другую? — осторожно поинтересовалась я, хотя от обиды в глазах начали собираться слезы.

— Этого я не знаю, да и никогда не спрашивала. Самое важное было в том, чтобы скрыть тебя от этого магического мира и не давать твоей магии проснуться. И когда ты станешь совершеннолетней, контракт аннулируется, а магия могла исчезнуть. Она, конечно, могла и остаться, но самое важное было в том, что ты станешь свободной от этого долга. Но теперь ничего невозможно сделать. Я так старалась. Я так надеялась, что смогу тебя спасти, но теперь мы ничего не сможем изменить.