Вирус волшебства - Крэйг Шоу Гарднер

– Вы совершенно правы, — перебил ее Эбенезум. — Это никому не интересно. Так вы, значит, решили умереть, потому что с неба сыпались жабы?

Старуха вздохнула; солнце скрылось за вершиной холма.

– Не только. Просто мое тело износилось и ему пора на свалку. Тогда я подумала: «Старушка Мэгги, ты потеряла форму!»

– Мэгги? — Эбенезум задумчиво почесал место комариного укуса. — Это уменьшительное от Мэгредел? — Он вгляделся в иссохшее личико.

– О, так я не называю себя уже давно. С тех пор, как покинула эти скучные Западные Королевства. В свое время немного занималась колдовством. Поэтому вы и слышали обо мне. Но узкой специализации у меня не было. Так, колдунья широкого профиля!

– Мэгги… — все повторял Эбенезум. — Тетушка Мэгги?

Мэгги прищурилась:

– Скажите, мы с вами случайно не знакомы?

У меня за спиной что-то взорвалось. Мы все трое обернулись и увидели продолговатый бледный призрак. Он возвышался над самым крупным из семи камней.

– Приветствую, дамы и господа! — выкрикнуло привидение, куртуазно взмахнув полой своего одеяния. — Добро пожаловать на Окаянную Ночь!

– Привет тебе, Смерть, — ответила Мэгги. — Надеюсь, сегодня, как и обычно, все будет на уровне?

Смерть засмеялась высоким звенящим смехом, и я похолодел. Когда я позже рассказал об этом Эбенезуму, он сказал, что именно на такой эффект Смерть и рассчитывала.

Призрак над камнем исчез.

– Это была церемония знакомства, — сообщила Мэгги. — Сейчас пойдет потеха!

Я в ужасе пробормотал:

– П-потеха? А откуда вы знаете, что будет дальше?

– Это просто. — Старуха расплылась в беззубой улыбке. — Я уже пережила одну Окаянную Ночь.

Теперь, когда Смерть ушла, опять наступила полная тишина. Учитель откашлялся.

– Эбенезум! — воскликнула Мэгги. — Конечно же! Я бы тебя из тысячи узнала по этому нервному покашливанию. Бедный маленький Эбби! Он вечно то кашлял, то чесался, то теребил что-нибудь — в общем, ни минуты покоя! На месте ему было не усидеть. — Мэгги весело подмигнула мне. — В первый год, пока я его учила, он ни одного заклинания не выговорил, чтоб не переврать! А что творилось у нас на кухне! — Она расхохоталась.

Учитель бросил тревожный взгляд на камень, за которым только что стояла Смерть:

– Пожалуйста, тетушка Мэгги! Сейчас не время обсуждать…

– О, не волнуйся! — Старуха хлопнула Эбенезума по плечу. — У нас еще есть время. Им же надо подготовиться. При одном представлении в сто тридцать семь лет и актеры, и реквизит, естественно, теряют форму.

– Но что это за представление? — спросил я, невольно сжав свой посох так сильно, что заболела рука.

– Привидения, привидения и привидения, — ответила старуха и досадливо сплюнула на землю. — Смерть, видите ли, любит поиграть. В сущности, она с каждым из нас играет и неизменно выходит победительницей. В некоторые игры, которые ей особенно по нраву, она играет снова и снова здесь, в Долине Врунга.

– Так значит, духи просто играют? — Я почувствовал некоторое облегчение.

– Вся жизнь — игра, запомни это. А Смерть играет в самые интересные игры: например, война… или… любовь.

Вдруг Мэгги взвизгнула и отскочила в сторону.

– Утю-тю, утю-тю! — раздался тоненький голосок ниоткуда.

– Полтергейст! Уу-у! Уу-у! Прочь отсюда! — Мэгги дико замахала руками. — Сюда слетятся тучи привидений. И Смерть постарается занять вас во всех своих играх. Берегитесь! Я уже говорила: она всегда выигрывает.

Старуха снова взвизгнула и подпрыгнула.

– Ну что? Уу-у, Уу-у? — ехидно спросил тоненький голосок ниоткуда. — Старо, бабушка! В наши дни в призрачных кругах в ходу протяжные стоны.

– Началось! Мне очень жаль, Эбби, но тебе придется испить чашу до дна!

Она визжала, хихикала и бегала вокруг семи камней, подгоняемая неумолимым «Утю-тю, утю-тю!».

Эбенезум чихнул и высморкался в расшитый серебром рукав.

– Это низшие духи. Мне они почти не мешают.

Я вдруг осознал, что болезнь Эбенезума впервые проявила себя за все время, пока мы находились в заклятой долине. Может быть, суровые условия и смертельная опасность отчасти излечили учителя? Эбенезум ни разу не чихнул в присутствии Смерти!

Однако, когда я изложил волшебнику свою теорию, он лишь покачал головой:

– А с чего мне было чихать? Смерть — самая обыкновенная, самая естественная вещь на свете. — Он подергал себя за бороду. — И боюсь, что, если мы не выработаем плана действий, нам обоим очень скоро предстоит познакомиться с ней ближе, чем хотелось бы.

Поднялся сильный ветер.

– Держись поближе ко мне! Если нас разделят… — Учителю пришлось кричать, чтобы я услышал.

Эбенезум и чихнуть не успел, как три привидения подхватили его на свои сани и умчали ввысь. Привидения, сани и отчаянно чихающий Эбенезум скрылись.

Я остался один в непроглядной ночи. Но ненадолго. Вокруг меня тут же собралась куча народу. Они расселись рядами на склоне холма. Толпа ревела, глядя на группу людей в форме на зеленом лугу. Некоторые из них бегали, но большинство стояли не двигаясь.

Ко мне подошел какой-то мужчина с большим серебряным коробом.

– Хот-доги! — кричал он. — Хот-доги!

«Он не настоящий», — сказал я себе. Все, что творилось вокруг, было выше моего понимания. Я посторонился, чтобы пропустить продавца хот-догов. Но, похоже, он шел именно ко мне:

– Хот-дог не желаете?

Собрав весь свой здравый смысл, я сумел справиться с нервной дрожью. Я посмотрел на свой посох и сжал его покрепче. Если призрак начнет возникать, я ему врежу! Хотя, с другой стороны, если верить тому, что я слышал о призраках, мой посох просто пройдет насквозь.

Я с опаской осведомился:

– А что это такое — хот-дог?

– Я так и думал, — понимающе кивнуло привидение. — Ты не местный. Это твой первый матч? В таком случае ты сделал правильный выбор, приятель!

Я посмотрел на поле внизу.

– Матч… — растерянно повторил я, силясь понять, о чем речь.

– Ну! Всем матчам матч! Списали «Красные Носки»! А они еще всем покажут! Теперь Торрес задаст этим янки! Семьдесят восьмой год будет наш! Это точно!

Я внимательно смотрел на призрака, надеясь, что его мимика и жестикуляция помогут мне разобраться в той ахинее, которую он нес. Но, кроме фанатизма и одержимости, в его глазах ничего не было.

– Это точно? — переспросил я.

– Как пить дать! — Он немного помолчал. — «Красные Носки» должны выиграть… Иначе… — Он содрогнулся. — Представляешь, торговать хот-догами вечность напролет?