Маруся. Столичные игры - Галина Гончарова

– Надеюсь, что нет.

– Я тоже надеюсь. Но с этим надо разобраться сейчас.

Ёжь твою рожь!

И больше мне сказать было нечего.

* * *

– Ёжь твою рожь!!!

Больно же!!!

Это единственная мысль, которая у меня осталась. А все так хорошо начиналось…

Всего-то и надо было пойти и купить шляпку. Ладно, и перчатки мне нужны были, и сумочка, и хорошо бы еще два веера, один к новому платью, второй – мне просто очень понравился, а платье я к нему потом куплю…

И что?

Ходить по лавкам теперь запрещается законом?

Законом надо запретить этих гадких террористов! А лучше не запретить, а по методу того умного градоначальника – десяток повесить, а остальных пороть.

Долго. Вдумчиво и со вкусом, я сама возьмусь!

Ваня вызвался сопровождать меня. Бедный, бедный братик. Ходить с женщиной по магазинам? Это жестоко…

Но сам нарвался.

И я нарвалась.

С девушкой я столкнулась в магазине вееров. Она выбирала себе веер, я вошла внутрь, она обернулась – и я чуть назад не шарахнулась. Столько ненависти полыхнуло в голубых глазах.

Словно я у нее любимую собачку джипом переехала, два раза.

– Ты!

Когда не знаешь, как себя вести, – будь вежлива. Это главное правило жизни.

– Добрый день, госпожа?..

Веер полетел на прилавок.

– Что-то здесь помойкой запахло!

Девушка вылетела так, что только пыль взвилась. За ней поспешила дама лет сорока пяти, а я в удивлении воззрилась на приказчика за стойкой.

– И что это было?

– Эм-м-м… Анастасия Матвеевна бывает немного резка, – заюлил приказчик. Еще бы. Он отлично видел и мое платье, и украшения, да и спутать меня с простолюдинкой не получится.

– Матвеева? – переспросила я.

– Да.

Суду все ясно. Эта и правда на меня злиться будет… ну и пусть. Черт с ней.

Мы выбрали веера, потом в соседней лавке я приглядела замечательную шляпку, маленькую, из тех, что закалывают булавками, потом капор…

Все шло нормально. Но на выходе из третьей лавки…

– Сдохни, тварь!!!

И меня со всей дури ударили ножом.

В грудь.

Я даже не поняла сначала, что произошло. Закричал Ваня, зашумели люди, а я упала, простите, на задницу. Сила толчка была такой, что меня просто отбросило назад. Я сидела посреди дороги и глазами хлопала, как сова-шизофреник. Это что вообще было?

Убийца хотел ткнуть меня еще раз, но кто-то оглушительно засвистел, и мужчина бросился в толпу, которая шарахалась от него. Да, мир другой, а люди нигде не рвутся грудью на амбразуру…

– Маша! Машенька, ты в порядке?

Ваня бросился ко мне. Я попробовала вдохнуть, выдохнуть…

– Да все в порядке, Ваня. Все хорошо.

– Но… он же…

Я рассмеялась.

– Ваня, ну не зря же я сидела над защитой?

– Маша?!

Брат уже дышал ровнее, видя, что я не собираюсь умирать. И крови на мне нет. И нож рядом валяется, вот он…

– Что случилось?

Городовой. Вовремя…

Ваня принялся объяснять, что на меня напали, а я сидела дура дурой. Подниматься пока не хотелось. Что произошло?

Да ничего особенного. Просто, всласть поэкспериментировав с кевларом, я поняла, что нормальной защиты мне не видать. Либо клади сорок слоев – и тогда я буду напоминать робокопа по габаритам, либо…

А что – либо?

Защищаться ведь нужно!

Толчок инженерной мысли дали комбинезоны из латекса. А если вот такое же, но…

Материал должен быть другой. Нечто вроде очень тонкой кольчуги, легкой и гибкой. Реально ли это?

Вполне. Особенно если ты – маг земли.

Я думала вшить пластинки, но если меня ткнут между ними? Я защищу сердце, а получу ножом в печень? Или под лопатку? Или вообще в спину… кто сказал, что убийцы хорошо знают анатомию?

Пока мы ехали на рудник, пока мы ехали в Москву…

Образцы металлов у меня были. А Благовещенский честно тыкал в каждую пластину кинжалом со всей дури. Пулю, конечно, этот импровизированный корсет не остановит, в лучшем случае мне ребра переломает. А вот нож…

Дышать было больно. Двигаться – тоже. На платье дыра, попа в грязи, но я жива, цела и у меня ничего не сломано. Этого вполне достаточно.

– Ваня, помоги мне подняться и поймай пролетку.

– Да, сестричка.

Меня подняли на ноги. Городовой смотрел с уважением.

– Госпожа Храмова?

– Да. Мария Ивановна. А вы?

– Сидор Афанасьевич. К вашим услугам.

Я потерла грудь.

– Сидор Афанасьевич, я напишу заявление, но хотелось бы отдохнуть и переодеться.

Городовой закивал.

– А как это… он вас ножом, а вы вроде как…

– Маг я. Маг, – процедила я.

Не демонстрировать же всей улице неглиже? И не рассказывать про сталь с добавками и присадками… я чего только туда ни мешала. И титан, и молибден… на поток явно поставить не выйдет. Тут маг земли нужен, да не из худших. Проще списать все на магию – и обойдутся.

Городовой стал намного почтительнее.

– Понятно, госпожа. А куда явиться прикажете?

– Особняк Храмовых знаете?

– Старшего или младшего?

– Сергея Храмова, – кивнула я. – Младшего.

– Когда прийти, госпожа?

– Давайте часа через два, – попросила я. – Буду себя в порядок приводить.

Ваня уже поймал пролетку и теперь правил прямо ко мне.

Фу-у-у…

Домой и только домой. Отмываться и подсчитывать синяки. Нет, ну что за жизнь такая? Из дома нормально не выйти!

* * *

Романов навестил меня через час после того, как я оказалась дома.

– Мария Ивановна, здравствуйте.

– Здравствуйте, – кивнула я. – Здоровье нам всем пригодится.

Синяк на груди болел нещадно. Бил, сволочь, в самый центр…

– Я привез с собой врача, надеюсь, вы не возражаете против осмотра?

– Не возражаю. Игорь Никодимович, я у вас «под колпаком», да?

– Под колпаком? Интересное выражение…

– Игорь Никодимович?

– Скажем так, я посчитал, что на всякий случай рядом с вами должны быть помощники. Мало ли что?