Надежда после жизни - Рина Кумихо

Кожа начинает плавиться под ними. Я вновь делаю это… сама не знаю что. Но это помогает.

Рука отпускает меня и я смотрю на своего похитителя — это мой отец.

Он дует на свой ожог и обращается к худощавому карлику, что ниже меня на голову:

— Теперь, я понимаю о чем ты мне говорил, когда кричал о том, что она выпускает энергию. Это больно! — трясет он рукой.

— Не ври, Граф. Тебе не больно. Если бы тебе было больно от этого ожога, то ты бы уже орал и прыгал по всей площади, — отмахивается от него карлик.

Он одет в белый халат, на его носу-крючке цепляются очки. Он рассматривает сквозь их стекла меня.

— Приятно познакомиться с тобой, Надежда, — протягивает он мне свою руку. У него странный цвет волос — цвет пыли на дороге.

— Кто вы? — протягиваю я ему руку.

— Коди Спенсер — врач и биолог, — кажется, он смущается. От чего?

— Про него я тебе говорил. Но нам надо уходить, здесь опасно… тебе особенно, Надежда, — обнимает меня отец. Я с силой прижимаюсь к нему, как тогда, когда он успокаивал меня в лесу — мне снились кошмары.

— Знаешь, если бы я не был уверен, что она — чудо-творение природы и твоя родная дочь, то я бы ни за что с тобой не пошел, Граф. А теперь, я втянут в… Стоп! А это кто? — ткнул он в Линя. Тот до этого молча стоял в стороне и не особо привлекал к себе внимание.

Робин хихикнул. Хихикнул?!

Я зыркнула в его сторону и показала кулак. Тот покривился и прислонился к стенке одного из контейнеров, скрестив ноги.

Ладно, разберусь с ним позже.

— Ты кто? — возвысился над Линем отец. Роб просто умирал от смеха, видя замешательство на лице бравого парня. Он видел перед собой идеального солдата на расстоянии метра. И тот хмурил взгляд, возводя курок.

— Я — Линь, друг Надежды.

— Надежды? — отец смотрит на меня. Кажется, пришло мой черед держать ответ.

— Линь помог мне в больнице, иначе бы я не выбралась. Он говорит правду, — кивнула я, видя взгляд Линя. Он смотрел не на оружие в руках отца, а на меня.

Отец не поверил, но он убирает оружие от Линя.

— Ладно, посмотрим. Коди, где можно спрятаться?

— Ты меня спрашиваешь?! Я думал, что ты все продумал. Нет?!

Отец отводит взгляд. Он говорит, что таким примочкам научился от моей мамы и дико благодарен ей за это чувство жизни.

— Я могу помочь. — это был Линь. Все молча смотрят на него. — Серьезно, могу спрятать на время. Идемте?

Время выбора.

— Проголосуем? — робко предлагаю я.

— Давайте, — кивает Ванесса. Тетя долго молчала, я даже удивляюсь ее выдержке. — Я — против!

— Я — за! — кричу я наперерез ей. Тетя качает головой.

— Против! — поднимает руку Робин. Неожиданно. Он разводит руками, уловив мой открытый рот от возмущения.

— За! — дергается Коди.

— За! — поднял руку Линь и подмигнул мне. Я не скрываю своей улыбки. Робину это очень не нравится.

— Я — за. Надежда права, Линь — наша единственная надежда на спасение в этом гетто. — отец обнимает меня. — Веди, парень.

Линь кивает и проводит нас между огромными железными контейнерами.

Мы приходим к заброшенному заводу.

— Проходите, мы собираемся здесь.

— Почему? — пробираюсь я через старый забор. Мне помогает Линь: он подталкивает меня под задницу, а Робин должен принять меня с той стороны.

— Правительство считает, что здесь опасно — все рушится и в любой момент может рухнут окончательно.

— И вы не боитесь?

— Нет. Мы живем не тут, — тыкает он на верхние этажи старого здания. — а там, — указывает он вниз, под землю. Вот это поворот. Кажется, я могу стать кем-то, наподобие крота.

Мы все пересекаем забор.

Небо зажигается первыми звездами.

— Идемте, мои собраться будут рады познакомиться с вами, — приглашает нас Линь в свой дом.

— Уверен? — вспоминаю я девушку, что была с ним в больнице.

— Уверен.

Мы входим в здание, где есть вход в подвал. Он огромен и он…

Мини-город под землей. Тут сотни людей и кажется, что Линь — их предводитель.

— Мы те, кто не согласен молча терпеть правительство семи. Народ, все сюда! — кричит он тем, кто находится вблизи. Все рады его возвращению, но с опаской оглядывают нас. Мы и тут чужие.

— Кто это с тобой, Линь? — кричит один из крепких парней в старой, но добротной военной куртке и широких штанах, что подпоясаны ремнем.

— Мои друзья. Ванесса, Робин, Коди и Граф…

— Граф?! — слышится и тут, и там. Кажется, они наслышаны о происшествии в нашем гетто.

— Хладный среди нас? — настороженно произносит одна из девушек в кожаной юбке и черной майке.

— Верно, — выходит вперед мой отец. — я — хладный, а это — моя дочь, Надежда. Мы просим у вас помощи и защиты. Сможете сделать это для нас? Если нет, то прошу сказать сразу и мы уйдем.

— Надежда?! — ахают еще больше все присутствующие. — Она… она… она…?!

— Полукровка, — выходит на первый план Коди. Мы все теперь стоим позади него. — Я — врач и знаю, на что способна эта девушка, — оборачивается он ко мне. Я не привыкла к такому всеобщему вниманию; я ежусь от таких пристальных взглядах. — Она — надежда для всех нас. Надеюсь, вы это осознаете.

Гул переворачивает мое сознание. Мое ощущение, что я попала в пчелиный рой. Кажется, я ощущаю укусы на своем теле.

* * *

Нам позволяют быть здесь.

Я сижу на обрывке железной арматуры, что раньше скрепляла этажи и не думаю спускаться в «улий»; не хочу вниз.

Сюда я поднялась еще пару часов назад, оставив Коди, отца и тетю Ванессу, чтобы они могли обсудить обстановку.

Мне же она кажется ясной. Меня не оставят в покое, пока я не буду мертва и это не увидит совет семи мэров. Кажется или я жалею о том, что оставила тогда Ксандера в живых?! Было бы жаль, если это все же так и есть.

Я слышу шаги: они не ровные и не уверенные. Кто это?

— Привет, — садится рядом со мной Робин и свешивает ноги вниз. Они теперь болтаются в такт с моими.

— Привет. Что случилось?

— Ничего. Я думал, что тебе нужна поддержка… мне бы она была нужна, — добавляет он и опускает глаза вниз. Я знаю о чем он и он знает это.

Все были там: и Робин, и Линь, и… все, когда Коди рассказывал обо мне как о некой аномалии, но очень интересной и сильной аномалии.

— Надежда — уникум! — восхищенно произнес он тогда. Мы были в небольшом помещении, что раньше служило для хранения готовой продукции. Здесь была вентиляция. — Она является человеком, но с геномом биологически модифицированных роботов-солдат, что известны нам как хладные. Они были уничтожены. Все… ну или почти все, — смотрит тогда Коди на отца, тот хмурится, но молчит. — И теперь, в крови Надежды прогоняется ее собственная энергия, что аккумулируется ею же самой. Надежда как самодостаточный генератор и может быть непобедима в боях, но она…