Сделка с профессором - Полина Краншевская

– Что-нибудь слышно о бастарде? – вдруг спросил император, впрочем, без особой надежды, а скорее чтобы отвлечься от гнетущих дум о назревающей угрозе.

Вилмор покачал головой. Он перевернул всю империю в поисках беглецов, но они как растворились – ни малейшего намека на то, где спрятались.

Зигрид усмехнулся, и в его взгляде промелькнуло невольное восхищение.

– Джентес ловко всех обвел вокруг пальца, – обронил он, поглаживая короткую бородку. – Удивительно, как из беспутного кутилы и пьяницы мог получиться такой умелый и расчетливый воин.

– Ты как будто перестал на него сердиться, – с осторожностью заметил Иксли.

– Нет, конечно. Он лишил меня последней надежды обрести наследника престола и окончательно укрепить отношения с Дезертскими ханствами. Такое не прощается. Но я не могу не восхищаться им. В свое время я так и не смог поступиться долгом ради любимой женщины, и вот чем это обернулось. Единственная дочь знать меня не желает, а ведь могла бы жить в праздности и роскоши.

– Это не для Сонар, – пробормотал под нос Вилмор, припомнив, как Беатрис отказалась от денег и вытребовала для себя освобождение от заключения контрактов.

Однако Зигрид его услышал и помрачнел.

– Нелегко признавать свои ошибки, но иногда этого не избежать. Я жалею, что не узнал дочь лучше, прежде чем навязывать ей свою волю.

Дверь в кабинет без стука распахнулась, и в комнату вошел Эдман, а за ним – Беатрис.

– Вам еще представится такая возможность, ваше величество, – с легким поклоном сказал Джентес.

Он помог Бетти устроиться на диване, сел подле нее и взял за руку.

– Как вы здесь оказались?! – в изумлении вскричал император.

– Что происходит? – вскочил Иксли на ноги. – Охрана!

– Доброго дня, господа, – как ни в чем не бывало продолжил Эдман. – Не трудитесь, стражи нейтрализованы нашими людьми. Простите, что мы нарушили ваше уединение, но Беатрис хочет кое-что обсудить со своим отцом.

Бетти неуловимо улыбнулась уголками губ, взирая на обескураженные лица императора и главы департамента, и произнесла:

– Прежде всего, ваше величество, я ставлю вас в известность, что мы с максисом Дженетесом сочетались законным браком, и ваши матримониальные планы в отношении меня более невозможны.

Поразительная наглость и самодовольство явившейся пары пробудили жгучую ярость в душе Зигрида, и он процедил:

– Отчего же? Я немедленно прикажу убить твоего новоиспеченного супруга, а тобой на этот раз займутся более основательно.

Серые глаза Беатрис подернулись печалью и разочарованием, но Эдман погладил ее ладонь, и ей тут же стало легче.

– Не выйдет, ваше величество, – покачала она головой. – Во-первых, кого бы вы ни вызвали сюда, за дверями стоят те, кто никого не пропустят внутрь, пока мы здесь. Во-вторых, Эдман и я крепко связаны нерушимой энергетической связью, и ребенка я смогу зачать исключительно от него. А в-третьих, наш брак освящен самими богами, и другого мужа у меня уже не будет.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Эдман и Бетти соединили ладони, устремили ману навстречу друг другу, и тут же на их висках проступили сверкающие серебристые брачные узоры.

– Это невозможно, – прошептал Зигрид, не веря глазам.

– Не может быть! – воскликнул Вилмор, запустив правую руку в темные волосы. – Я о таком только в древних фолиантах читал. Думал, это выдумки выживших из ума магов.

– Не надейтесь, что я смирюсь с этим браком, – отрезал Зигрид и сложил руки на груди. – Вы никогда не получите моего благословения. А как только у вас родится ребенок, я сделаю все, чтобы именно он получил престол. Ноги вашей во дворце не будет.

Эдман стиснул зубы, стараясь подавить рвущиеся наружу грубые слова, но Беатрис положила ему руку на плечо и аккуратно погладила успокаивая.

– Помнится, вы прилюдно обещали мне одно желание, ваше величество, – сказала она, бросив на императора острый взгляд. – Так вот, я хочу, чтобы вы немедленно поклялись, что никогда и ни при каких условиях наши с Эдманом дети не будут вовлечены в борьбу за престол Нодарской империи.

Зигрид расхохотался и снисходительно посмотрел на дочь.

– С чего вдруг я должен ставить крест на законном наследовании престола отпрыском рода Вайзалов? Уж извини, но твое желание абсурдно. Можешь выбрать что-то более удобоваримое, это я исполнить не в силах.

– Вы недослушали меня, ваше величество, – упрямо поглядела она исподлобья. – В обмен на эту небольшую уступку я гарантирую, что излечу вас и императрицу Адию. Ваша супруга родит наследника к началу будущего года.

Правитель побледнел, его глаза приобрели стальной оттенок, а челюсти крепко сжались.

– Да как ты смеешь издеваться надо мной! – взревел он и бросился вперед.

Эдман мгновенно преградил ему путь и нараспев прочел комбинацию охранных рун, вокруг них с Бетти засиял золотистый щит и отбросил императора к окну.

– Как видите, ваше величество, – сказала Беатрис. – Магия никуда не исчезла из нашего мира, но стала иной. Мне, моему супругу и многим другим она полностью доступна, и я готова решить вашу главную проблему. И взамен прошу лишь вычеркнуть меня и мою семью из сферы ваших притязаний. Согласны?

Император и глава департамента смотрели на поблескивающий купол щита с невыразимым ужасом и не могли до конца осознать происходящее.

– Твоя взяла, – наконец выговорил Зигрид. – Если Адия поправится и сможет зачать, я сделаю все, чего бы ты ни попросила. Клянусь.

Он снял с пояса короткий кинжал, полоснул себя по запястью и уже хотел проговорить привычное заклинание, как Бетти опередила его. Она начертила в воздухе специальную руну и наполнила ее маной. Древний знак впитал кровь и магическую энергию, запылав багряным сиянием, отразившимся в стеклах книжных шкафов, и император почувствовал пробежавший по телу холодок чужой магии.

– Собирайтесь, ваше величество, – сказал Эдман. – Мы перенесем вас туда, где вам помогут.

***

В ритуальном зале Северного монастыря всевидящей Иданы возле источника жизни собрались самые опытные и сильные адептки ордена хранительниц древнего знания. Император спустился в купель, держа намеренно усыпленную супругу на руках, и застыл возле каменного бортика, недоверчиво глядя на собравшихся женщин в белых одеяниях.