Война без победителя - Руслан Мельников

– Отпечатки? – спросил Квинт, глядя не на Командора, а на сюрикен.

Цианан покачал головой:

– В наших базах совпадений не обнаружено.

Что ж, есть специалисты, умеющие менять узоры на пальцах, как те же перчатки. Квинт мрачнел все больше:

– Пока я слышу только плохие новости, Цианан. У тебя есть чем меня порадовать или мне пора искать нового кандидата на должность Старшего Командора?

– Мы собрали видеозаписи камер наружного наблюдения в особняке «скорпионов», господин Магистр.

Квинт откинулся на спинку кресла и внимательно посмотрел на Командора.

– У нас есть изображение Феникса. Очень четкое, в хорошем качестве.

А вот это уже интересно. Снайперы Братства, всадившие «маячок» в машину, на которой Феникса увезли в загородную резиденцию «скорпов», толком его не разглядели. Словесных описаний Феникса, которые могли бы дать участники недавнего штурма, тоже недостаточно для его поисков. Съемка в таких делах гораздо предпочтительнее. Особенно – четкая и качественная.

Цианан вынул из своей папки распечатанный снимок и положил на стол Магистра. Качество действительно оказалось весьма достойным. Даже в цвете. Либо в особняке Танутамуна-Бронского установлены очень хорошие камеры, либо их возможности усиливала магия. А скорее всего, и то, и другое.

Квинт с любопытством посмотрел на изображение. Незнакомое вытянутое лицо с хищным носом и выступающим подбородком, светлые глаза и брови, кудрявые темно-русые волосы, маленькие усики, небольшая бородка. Так вот ты какой теперь, Феникс. Человек, смотревший с фотографии, не был похож на журналиста «Метрополии» Дмитрия Павлова, фотографию которого разведка «якорей» с небольшим запозданием, но все же добыла для Магистра. Но это и неудивительно: магическо-пластические операции способны изменять внешность людей до неузнаваемости.

– Его новое лицо после магипластики, – Цианан, почувствовав интерес Магистра, заговорил увереннее. – Пока Феникс снова не сделает операцию…

– На это ему потребуется время, – перебил Магистр. – Да и вообще…

Цианан, поняв, что сейчас надо умолкнуть, замолчал.

Квинт размышлял. Если Феникс не ушел вместе с Танутамуном, значит, он убегал и от «скорпов» тоже. Значит, связь с Орденом у него разорвана, и воспользоваться возможностями Братства Скорпиона или Охотников этого Братства Феникс уже не сможет. Тогда кто будет делать ему пластику? А получается, что некому. Пока, во всяком случае. Значит, его внешность на некоторое, возможно, очень долгое время останется неизменной. Плохо, конечно, что Феникса в лицо знают «скорпионы».

Но хорошо, что и «якоря» его теперь знают тоже.

– Я хочу, чтобы снимки Феникса были у каждого Брата.

– Этим уже занимаются, господин Магистр. Я распорядился.

– Отлично, – удовлетворенно кивнул Квинт. Он подумал, что пока не стоит менять Старшего Командора. – Можешь идти, Цианан. Займись рукой и шеей.

– Служу Братству!

– Погоди, – Квинт взял со стола и протянул Командору распечатанный снимок. – Повесь на доску.

Выходя из кабинета Магистра, Цианан прикрепил фотографию к информационному стенду возле двери. Туда Квинт помещал самые важные документы и там же делал записи о неотложных делах. Теперь, сидя за своим рабочим столом, он постоянно будет видеть перед собой новое лицо Феникса. И не сможет забыть о нем, пока Феникс не попадет в силки «якорей». Это слишком важная птица, чтобы о ней забывать.

Когда дверь за Командором закрылась, Квинт вновь сосредоточился на сюрикене. Четыре луча-лезвия, отверстие в центре, хорошая аэродинамика, острая заточка, мелкие зубчики на лезвии и глубокие насечки – видимо, чтобы лучше держался «тлен». Сразу видно: сделано добротно, с душой. Но кем?

Оружие экзотическое, почти забытое, однако если знаешь, как с ним обращаться, – очень эффективное. Уж кому-кому, а Квинту об этом было известно.

На столе зазвонил телефон. Квинт снял трубку:

– Да?

– Господин Магистр?

По голосу Квинт узнал Маббона – Рыцаря, которого отправил на межорденское собрание в Ботаническом саду вместо себя. Сам он был слишком занят охотой на Феникса и не мог отвлекаться.

– Говори, – велел Квинт. – Что нового?

Важных новостей с этой сходки, посвященной совместной операции против «факелов», Магистр не ожидал. И, как оказалось, напрасно.

– В городе Егерь, – сообщил Маббон. – Есть жертвы.

– Ко мне с докладом. Быстро, – глухо сказал Магистр и положил трубку.

Похоже, поиск сбежавшего Феникса все-таки придется отложить. Резким движением кисти Магистр метнул металлическую пластинку с лучами-лезвиями. Сюрикен с тихим свистом взрезал воздух, вертясь, пролетел по кабинету и сухо стукнулся в информационную доску у двери. Звездочка вонзилась туда, куда Квинт и целил: в недавно повешенную фотографию. В переносицу Феникса.

Даже толстая перчатка не помешала броску. Что ж, отрадно осознавать, что за столько веков сноровка не утрачена.

* * *

Тук, тук, тук… Три «звезды смерти» поразили самурая, изображенного на досках мишени, в живот и грудь.

– Не так! – Бамбуковая палка со свистом опустилась на руку нерадивого генина. Хира сюрикены, в метании которых тот упражнялся, посыпались на землю.

– Простите, учитель, – молодой синоби стерпел боль, как подобает нин-дзя – «претерпевающему и выносящему лишения», и ответил на удар поклоном.

– Целься туда, где нет доспехов: лицо, глаза, горло, руки, ноги. И действуй быстрее.

– Да, учитель.

Квинт, носивший в то время японское имя и являвшийся старейшиной-дзенином небольшого клана тайных убийц и похитителей чужих секретов синоби, отложил палку.

– Подними, – велел Квинт, кивнув на лежавшие в траве «звезды смерти».

Генин собрал сюрикены.

– Дай.

Генин почтительно вручил ему метательные звездочки.

Дзенин начал очередной урок.

– Ты хорошо владеешь ниндзято, – сухо произнес он, кивнув на торчавшую из-за спины ученика рукоять синоби-гатаны, – но у противника тоже могут оказаться опытные фехтовальщики, а с двумя или тремя мастерами кен-дзюцу в открытом бою тебе не справиться. Ты умеешь обращаться с кусари-кама, – дзенин скользнул взглядом по боевому серпу на веревке, заткнутому за пояс генина, – но несколько проворных врагов сумеют достать тебя копьем яри или нагинатой. Однако если ты в должной мере овладеешь искусством метания сюрикенов, то сможешь остановить своих противников еще до начала рукопашной схватки. А если достигнешь вершин мастерства сюрикен-дзюцу, то даже вражеский лучник тебе будет не страшен.

Молодой синоби слушал молча и внимательно. Генин – низшая ступень в клане. Тот, кто занимает ее, обязан слушать и подчиняться.