Война без победителя - Руслан Мельников

Сначала Костян выслушал Метиса. Потом – Дмитрия. Задал несколько вопросов, впрочем, не очень опасных. Во всяком случае, на вопросы, адресовавшиеся ему, Дмитрий ответил без затруднения, и врать при этом не пришлось. Костян расспрашивал главным образом об охотничьей Организации, курируемой «скорпионами». Наверное, еще раз проверил, действительно ли Дмитрий тот, за кого себя выдает. Спросил старшой Вольных и о Кристине, а узнав, что она погибла, кажется, даже расстроился. Кроме того, Костяна интересовало, как Дмитрию удалось сбежать из особняка Бронского.

– Взрывом вышибло окно, – объяснил он. – Пока мертвяки шмаляли друг в друга, я выпрыгнул во двор. Оттуда прорвался на бронированном «мерсе». Потом ушел в лес…

В коротком ответе была не вся правда. Но в нем также не было ни слова лжи.

– Кто напал на «скорпионов»? Кто гнался за тобой? – закончил допрос Костян.

– Не знаю, – с чистым сердцем ответил Дмитрий.

Костян задумался.

– Наверное, то, что произошло на даче Бронского, – часть большой войны, которая идет в городе, – наконец заговорил он. – Хотя сейчас, насколько мне известно, мертвяки дружно мочат «факелов», но, видимо, кто-то решил под шумок свести старые счеты и со «скорпионами» тоже. Ладно… – Костян тряхнул головой. – В конце концов, это неважно. Нам нет дела до терок между Орденами. Главное, что мертвяков становится меньше, а нас… – Костян улыбнулся Дмитрию: – А нас – больше.

Дмитрий подумал, что только теперь он принят в Вольные по-настоящему.

– Давай-ка, Митек, я введу тебя в курс дела, – продолжал старшой. – Правила у нас простые. Первое: мочить мертвяков всегда и везде, при каждом удобном случае. Второе: на рожон не лезть, соблюдать осторожность, без нужды не светиться, не попадаться самому и не подставлять других. Третье: собирать информацию о «телах» всеми доступными способами, чтобы… смотри правило один. Все тонкости освоишь по ходу. Думаю, это не составит большого труда. Заниматься будешь тем же, чем занимался и раньше, то бишь охотой. Да, и еще один момент. Мы хоть вроде как и бомжи, но у нас нет времени, возможности и желания побираться или лазить по мусоркам. В общем, чтобы охота велась эффективно и чтобы Охотники ни в чем не испытывали нужды, мы, когда это возможно и не вредит основной задаче, осуществляем экспроприацию. То есть собираем пожертвования на недобровольной основе.

– Кстати! – спохватился Метис. – Забыл совсем! У нас тут удачный экс случился. Вот… – Он принялся вытаскивать из карманов пачки купюр.

– У «тел» изъяли? – поинтересовался старшой.

– У «жильцов». Но там такие «жильцы», Костян, что… – Метис поморщился. – В общем, таких не жалко.

– Ладно, вываливай, – старшой сдвинул ноутбук, освобождая место.

Метис выложил деньги.

Откуда-то из-под стола Костян извлек пластиковое ведро-корзину. Такие есть в каждом офисе. Ничем не примечательное покоцанное ведерко. Для мусора и бумаг.

В этом тоже были бумаги…

Примерно на две трети корзину заполняли мятые купюры различных достоинств от червонцев до пятитысячных. Кое-где из дырявых боков торчали уголки инвалюты.

– Опять бабла накопилось, мать его! – недовольно пробормотал Костян. – Надо будет эксы на время отменить, что ли.

Он смахнул добычу Метиса со стола в ведро и утрамбовал банкноты ногой. Чем-чем, а благоговейным отношением к деньгам Вольные явно не страдали.

Костян поймал удивленный взгляд Дмитрия. Объяснил:

– Это наш банк, Митек. Каждый берет, сколько нужно. Но, чтобы не терять мобильности, сильно обрастать барахлом нельзя, поэтому нужно нам не так уж и много.

– Ну прямо коммунизм какой-то! – покачал головой Дмитрий, уставившись на корзину. – Мечта классиков марксизма-ленинизма.

– Ага! – хохотнул Метис. – Коммуна бомжей, типа.

– Я вижу, у тебя есть вопросы, Митек, – подмигнул Дмитрию Костян.

– Да полно, – признался тот.

– Тогда спрашивай, не стесняйся.

* * *

Хм-м-м, с чего бы начать? Дмитрий огляделся вокруг.

– Сколько вас, Костян?

В первую очередь хотелось узнать, какую силу представляют Вольные и что они могут противопоставить могуществу Орденов.

– Ну, – старшой лежки пожал плечами, – почти всю нашу группу ты уже видел.

– А другие группы есть?

– Конечно.

– И сколько в них народу? Ну хотя бы приблизительно?

– Не знаю, – Костян широко улыбнулся.

Не доверяет, что ли?

– Правда не знаю, Митек. Я отвечаю только за свою группу. В других лежках – другие командиры.

– А много у вас лежек? – поинтересовался Дмитрий.

– Думаю, да.

– Что значит «думаю»? – удивился Дмитрий.

– Наша группа знает об этой лежке и нескольких укромных заимках, где можно отсидеться. Другие группы знают о других схронах…

– Не понял, – Дмитрий недоверчиво смотрел на собеседника. – Вы что, скрываете друг от друга свои тайники?

– Элементарные меры предосторожности, – развел руками Костян. – Боевые группы Вольных сводят к минимуму общение между собой. Кто бы из нас ни попал в руки к мертвякам, «тела» мало что смогут вытянуть из пленника. Даже уничтожив одну группу, они не навредят остальным. Ячеисто-автономная структура без единого центра управления в нашем деле наиболее предпочтительна.

Что ж, может быть, такая осторожность и оправданна. В конце концов, Мертвые Братства тоже действуют по всему миру автономными филиальными системами. Правда, от собратьев по Ордену мертвяки не скрываются, но…

Дмитрий вспомнил Ромку, которого завербовали «факелы» и который сдал и соратников, и базу, и Феникса. Вольные, по крайней мере, застрахованы от таких провалов. Правда, тут возникают некоторые трудности.