Война без победителя - Руслан Мельников

– А как же координация совместных действий? – спросил Дмитрий.

– Есть способы. Посредники, гонцы, сообщения в тайниках… На крайний случай – мобильная связь и соцсети.

– А что ты сейчас делаешь в Инете? – Дмитрий выразительно глянул на работающий ноутбук.

– Пассивный мониторинг, – ответил Костян. – Ищу виртуальные площадки мертвяков.

– Хочешь взломать?

– Не-е-е, такое нам пока не под силу, – вздохнул Костян. – Толковых хакеров у нас нет, да и магическую защиту Братств вскрыть будет непросто. Это я так, на всякий случай. Но вообще-то компьютер с выходом в сеть позволяет решать и другие задачи.

Как выяснилось, Вольные умудрились незаметно подсоединиться к подземным оптико-волоконным линиям и теперь имели возможность прямо из лежки, не оставляя следов, шастать по виртуальному пространству и даже подключаться к некоторым видеокамерам на улицах и в метро. Более того, несколько хорошо замаскированных тепловизорных камер, совмещенных с обычными, были вмурованы в стены и своды подземных коммуникаций, что позволяло Вольным контролировать подступы к лежке.

– Вот только нашпиговать мертвяков «тленом», не выходя из лежки, мы не можем, – пошутил Костян.

– Кстати, а откуда у вас «тлен»? – встрепенулся Дмитрий.

Вольные, не брезгающие «эксами», похоже, не испытывали недостатка в наличности и могли купить многое. Но вот «тлен»… Вряд ли такой товар будет продаваться даже на самом черном-пречерном рынке.

– Метис, посиди пока, – Костян кивнул на место за компьютером. Затем повернулся к Дмитрию: – Пойдем, покажу кое-что.

Предводитель Вольных повел его к небольшому темному проходу, объясняя на ходу:

– У нас собственное производство. Кустарное, правда, по дедовским и прадедовским методам, но нам пока хватает.

Дмитрий шагал за ним.

Выйдя из общей лежки, они оказались в тесном коридоре, который вскоре привел в казематного вида зальчик с округлыми сводами.

Вошли…

* * *

Первое, что бросилось в глаза Дмитрию, был чудной аппарат, собранный из самого разнообразного хлама, который можно найти на любой свалке. В сюрреалистическую конструкцию были объединены мятые ржавые бачки, котелки, стеклянные банки, пластиковые емкости и много чего еще. Железо, пластмасса, стекло и фарфор образовывали странную устройство, оплетенное пластиковыми и металлическими трубками и толстыми резиновыми шлангами и обмотанное для прочности скотчем, изолентой и веревками… Рядом на полу сидели два человека. На вошедших эта пара внимания не обратила.

– Дежурная смена, – пояснил Костян. – Они заняты, не отвлекай.

Вольные поочередно бормотали одно и то же заклинание и, кажется, находились в трансе. Когда замолкал один, говорил второй. Когда переводил дух второй, подхватывал первый. В итоге слова волшбы звучали практически непрерывно.

Под странным аппаратом плясало бездымное пламя – Дмитрий так и не понял, то ли работала газовая горелка, то ли это был магический огонек, то ли и то, и другое вместе. Внутри тоже что-то светилось и бурлило. Из тонкой трубочки в ржавую консервную банку – кап-кап-кап-кап – текла густая бесцветная жидкость. На полу лежала воронка. У стены стоял ряд наполненных и закупоренных бутылок – стеклянных и пластиковых.

Воздух аж вибрировал от магии: Дмитрий чувствовал ее кожей. Или, может быть, магию ощущал пробудившийся в нем Феникс. Над аппаратом поднимался пар и клубился остро пахнущий дымок, однако, несмотря на отсутствие дверей, запах не покидал помещения и не распространялся по лежке. Его словно притягивало что-то к алхимической аппаратуре бомжей.

Вольные гнали здесь явно не самогонку.

– «Тлен», – подтвердил Костян догадку Дмитрия. И провел его дальше – в смежную… комнату – не комнату, зал – не зал.

Это был небольшой, хорошо освещенный закуток. Здесь тоже работали Вольные. Несколько мужчин и женщин тонкими кисточками наносили «тлен» из открытой бутылки на метательные звездочки, короткие стрелы и клинки ножей. Дмитрий прислушался. Ага, тоже бубнят заклинания…

Густая прозрачная субстанция прилипала к стали. «Тлен» ложился слоями, заметно увеличивая толщину металла и покрывая его коркой, похожей на ледяную. Особенно тщательно оружейники обрабатывали лезвия ножей и сюрикенов. Наверное, это очень кропотливая работа.

На остриях и режущих кромках Дмитрий разглядел множество зазубринок, как у пилы. Пространство между мелкими зубцами заполнял вязкий, быстро затвердевающий «тлен». Вот почему холодное оружие Вольных так легко входит в мертвую плоть.

Впрочем, тут обрабатывали не только металл. Отдельно лежала пара хрупких колб от лампочек, уже наполненных «тленом», а за специально оборудованным столиком оружейники тем же «тленом» вперемежку с дробью снаряжали патроны двенадцатого калибра: Вольные готовили боеприпасы для своих обрезов.

– Не мелковата дробь? – поинтересовался Дмитрий.

– В самый раз, – ответил Костян. – Бронежилет из обреза все равно не пробьешь, а если броника на мертвяке нет, то чем больше дробин в него войдет, тем быстрее его разъест «тлен». Но вообще-то огнестрелы мы используем редко. Предпочитаем обходиться холодным оружием. Так получается мочить «мертвяков» вернее и без лишнего шума.

Они вернулись обратно в жилую часть лежки.

* * *

– Теперь все понятно? – спросил Костян.

– Так… вроде бы, – не очень уверенно пробормотал Дмитрий.

Собеседник уловил сомнение в его голосе.

– Но что-то смущает, верно?

– Вообще-то да.

Он хорошо помнил, какая лаборатория имелась на Охотничьей базе. А тут… Самопальное производство «тлена» в «самогонном аппарате», собранном из подручных средств, пусть даже и при помощи магии, не внушало доверия.

– Неужели ваш перегонный куб способен выдать качественную м-м-м… смесь? – спросил Дмитрий.

Спросил и запнулся. Сам же видел, как группа Метиса оприходовала мертвяков в лесу. «Тела» под «тленом» метисовцев потекли пеной практически сразу же. И еще как потекли! Так что куда уж качественнее-то? Вряд ли разлагающая субстанция, которой пользовались Вольные, была хуже той, которой снаряжали свое оружие «скорпионьи» Охотники.

– Главное – не место, не аппаратура и даже не магия, которая используется при изготовлении «тлена», – принялся объяснять Костян. – Главное – информация о его составе. Лаборатории ведь нужны не столько для производства, сколько для усовершенствования уже известного вещества. А если быть точнее – то для исследований, опытов и поиска ингредиентов, способных улучшить качество «тлена». Но, когда формула известна и нужный ингредиент найден, обновленный «тлен» можно создавать в самых примитивных условиях.

– Ты хочешь сказать… – осторожно начал Дмитрий.

– Да, Митек. Новые разработки для Вольных не секрет. Они быстро попадают к нам. Не все, но многие.