Слёзы Шороша - Братья Бри

Палерардцы переглянулись. Озуард заметно помрачнел.

– Лэоэли, ты не припомнишь, на каком языке говорил Мартин? – спросил Фелтраур (сохраняя верность скрытой истине, он искал вопрос, ответ на который мог бы в считанные мгновения укрепить доводы против пленника либо в защиту его).

– Он говорил на языке Нет-Мира, – ответила Лэоэли (лицо её выразило довольство: невольно она помогла Мартину).

– Уважаемый Фелтраур, – не желал сдаваться Ретовал, – мы не должны забывать, что в Выпитом Озере пребывал тот, кто мог передать язык Нет-Мира этому полукорявырю, который теперь выдаёт себя за человека.

– Ты говоришь о том, кого тайная сила соединила с Повелителем Выпитого Озера? – спросил Фелтраур.

– Тронорт?! – воскликнула Лэоэли, противясь доводу Ретовала. – Он не мог! Я не верю!

Ретовал усмехнулся. Эвнар не преминул воспользоваться неосторожным словом Лэоэли:

– Поведай, наша дорогая гостья, что ты знаешь о судьбе Тронорта.

– Он сопровождал меня на Пути в Нет-Мир и отвёз меня к Дэнэду. Потом он ушёл на Перекрёсток Дорог: он дал обещание… и себе, и мне.

– А может быть, он направился к Мартину и приказал ему стать Дэнэдом? Ведь ты не сопровождала его на Перекрёсток? – задавая вопрос Лэоэли, Эвнар обратился взором к тем, кто сидел рядом с ним.

Лэоэли опустила голову и тихо сказала:

– Он не мог.

– Я потревожу тебя ещё одним вопросом, надеюсь, последним, – не унимался Эвнар (ему казалось, что разоблачение пленника близко). – Ты знаешь, как погиб Дэнэд?

Лэоэли тяжело вздохнула.

– Знаешь или нет?

– Знаю… Мы ехали на самоходной повозке. В ней было пять человек.

– Кто? Это важно, – спросил Ретовал.

– Дэнэд, знакомый Дэнэда, я, Мартин и человек, у которого жил Мартин, по имени Сэмюель.

– Это мой дядя, – сказал Дэниел.

– Продолжай, Лэоэли, мы все слушаем тебя, – мягко сказал Озуард.

– Был сильный удар, и я лишилась чувств. Когда очнулась, все лежали, кроме Сэмюеля. Дэнэд и его знакомый погибли.

– Как ты думаешь, Лэоэли, мог это подстроить Мартин, один или вместе с его дядей? – спросил Ретовал и добавил: – Не торопись с ответом, будь взвешенной.

– Сэмюель – добрый человек. Я жила в его доме несколько дней.

– Сторонись чувств. Нам нужна правда, а чувства не прибавляют доверия словам, – сказал Эвнар.

– Я не верю, что это подстроил Мартин, – ответила Лэоэли и обратила взгляд на Дэниела.

– Веришь ли ты, что твой отец и мать погибли случайно, ступив на выступ-призрак? – Ретовал задал вопрос, которого не ожидал никто из присутствовавших в белой комнате. Этот вопрос имел своей целью выявить, насколько сошедшее с уст Лэоэли слово („я не верю“) проникнуто чувством, но не знанием.

Видно было, что Лэоэли растерялась. Все ждали ответа…

– Я никогда не верила, что их смерть была случайной. Но я не хочу об этом говорить.

– Ты уже всё сказала, – заключил Эвнар с нескрываемым довольством.

– Озуард, я хочу сказать.

– Говори, Дэнэд.

– На дороге столкнулись две… повозки. Нашей правил Сэмюель. Но он не виноват. Виноват человек, который правил другой повозкой. Это признало расследование в Нет-Мире.

– Дельное пояснение, – сказал Фелтраур.

– Ты имеешь право сказать всё, что вздумается, – поторопился со словами Эвнар.

– Есть ещё вопросы к Лэоэли? – спросил Озуард и, получив отрицательный ответ, от кого словом, от кого молчанием, поблагодарил её и отпустил.