Евангелие от Зверя - Василий Головачев

За столом в гостиной сидели трое парней и две девушки, завернутые в простыни, с влажными волосами; видимо, они только что вышли из ванной. Еще один мужчина, приземистый, крупногабаритный, могучий, грудь колесом, волосатый, стоя в углу у телевизора, что-то втолковывал водителю Шейникиса, и здесь не снявшему черные очки и белый пиджак.

Первыми Тараса (его черную тень) заметили девицы. Одна завизжала, вторая вскочила в испуге, показывая на него пальцем. Оглянулись и мужчины, не понимая, в чем дело. Самым трезвым и проворным среди них оказался волосатый богатырь, разговаривающий с парнем в очках. Он оттолкнул собеседника и выхватил из-под ремня за спиной пистолет. Однако выстрелить не успел. Тарас метнул в него иглу, которая попала в кисть руки, держащей пистолет, и с басовитым вскриком богатырь выронил оружие.

Водитель Шейникиса опомнился, тоже сунул руку за пазуху, и Тарасу пришлось бросать еще две метательные пластины. Одна попала в локоть парня, вторая в левое стекло очков. С криком водитель отшатнулся, схватился за лицо.

В гостиной стало тихо.

— Всем лечь на пол! — отчетливо проговорил Тарас, добавляя ментально-волевой посыл. — Лицом вниз! Вам тоже! — он указал на девиц в простынях.

Парни за столом проворно легли на пол, трезвея. На ногах остались пригнувшийся богатырь с волосатой грудью и поскуливающий от боли водитель Шейникиса. Звездочка сюрикэна разбила ему очки и, очевидно, поранила глаз.

— Ты кто? — густым протодьяконовским басом осведомился волосатый.

— Ангел возмездия, — усмехнулся Тарас. — Тот самый пидор, которому ты звонил. Ваша кодла избила моего друга, а так как следствие не торопится с поиском бандитов, я решил ускорить этот процесс. Вопрос первый: вы действовали самостоятельно или по приказу босса?

Волосатый выдернул из руки иглу, бросил на пол, глянул на Тараса исподлобья.

— Как ты нас нашел?

— По запаху. Спасибо за звонок, иначе я не скоро определил бы это гульбище. Итак?

— Пацан, ты сам себе роешь могилу. Знаешь, на кого ты наехал?

— На подонков, на кого же еще. Я задал вопрос! — Последние слова Тарас выговорил резонансно, так, что звук физической волной хлестнул по лицу обладателя баса. Тот отшатнулся, в глазах мелькнули озабоченность и растерянность.

— А если мы действовали самостоятельно, то что?

— В соответствии с этим и наказание будет назначено.

— Ты или кретин, или… — Волосатый не договорил.

Тарас перешел в темп, прыгнул через всю гостиную и нанес удар ногой в челюсть богатыря. Тот с гулом ударился спиной в стену комнаты, разнес этажерку с книгами и кулем осел на пол.

Тарас повернулся к водителю Шейникиса.

— Теперь твоя очередь. Ты ломал пальцы моему другу?

— Пошел ты!

Прыжок, два удара: один — ребром ладони по кисти руки, так называемый китэнкэн, или «серп», сломавший кисть, как соломинку, и второй — торцом ладони в подбородок. Водитель Шейникиса отлетел к телевизору, сбил его головой и без звука рухнул в угол.

— Браво, ученичок! — раздался сзади чей-то пренебрежительно-насмешливый голос. Кто-то трижды хлопнул в ладоши.

Тарас обернулся.

Из коридора в гостиную вышел невысокого роста, но широкоплечий, с шеей атлета, молодой человек в черной футболке с черепом и костями и спортивных черных штанах с бело-сине-красным кантом От него пахнуло угрозой и волной силы, качнувшей внутренние защитные барьеры Тараса.

— Не узнаешь?

— Дмитрий, — глухо проговорил Тарас. Парень улыбнулся, и от этой улыбки у Тараса свело скулы.

— Значит, узнал. Это радует. А где учитель?

— Его здесь нет.

— Понятно. Значит, ангелом мщения ты стал самостоятельно, не поставив его в известность. И это радует. В свое время я тоже ценил личную свободу и не терпел диктата. Может быть, пойдешь дальше? Зачем тебе нужен этот нудный старик? Ведь ты взял у него все, что он мог дать. Выходи на индивидуальный уровень, как я, и присоединяйся. В нашей системе ты будешь иметь все.

— В этой системе? — Тарас кивнул на лежащих на полу парней.

— Ну что ты, это не мой уровень, — усмехнулся бывший ученик Елисея Юрьевича, — да и не твой. Я работаю в Управлении «Т» Федеральной службы безопасности, знаешь, что это такое?

— Служба антитеррора.

— Совершенно верно. Хочешь, замолвлю за тебя словечко своему шефу?

— Мне вполне хватает того, чем я занимаюсь на работе.

— Смотри, больше предлагать не буду. Хотя лучше бы ты согласился сейчас Надо ведь это как-то обосновать. — Дмитрий небрежно кивнул на зашевелившегося волосатого амбала.

— Это наказание.

— Они получили приказ.

— Я найду и того, кто этот приказ отдавал. Бывший ученик Елисея Юрьевича засмеялся.

— Тебе до него не добраться, парень. Шейникис — один из отцов-основателей «Купола». Тебе это о чем-нибудь говорит?

— Мне плевать, чей он отец. Он будет наказан!

Улыбка сбежала с губ Дмитрия. Он оценивающе оглядел расслабленную с виду фигуру Тараса в черном наряде «ниндзя», покачал головой.

— Похоже, ты еще не научился оценивать противника. Может быть, хочешь размяться, пройти меня?

— Если потребуется, — бесстрастно сказал Тарас, переводя организм в сингл-состояние и настраиваясь на вибрационный уровень ответа.

— Ну-ну. — Дмитрий подобрался, качнув пространство гостиной мощной волной пси-энергетики. — Похоже, после Посвящения у тебя голова пошла кругом и ты решил, что можешь все. Ошибаешься, приятель. Даже если ты меня догонишь, тебе до меня далеко.

И он вдруг оказался буквально в полуметре от Тараса, на расстоянии гарантированного удара, близком к сфере поражения. Единственное, что успел сделать Тарас, это мгновенно выровнять внутричерепное давление в месте удара в голову, чтобы ослабить удар. И все же удар оказался достаточно сильным. Он потряс не только физический каркас Тараса, но и энергетическую оболочку, сбросив сознание в сферу психосоматики. Спасло его только сингл-состояние, превращавшее бойца в «робота» и позволявшее телу продолжать бой даже в беспамятстве, «на автопилоте», на уровне рефлекторных триггерных переходов, да вибрационная синхронизация этих переходов, поддерживающая высокоскоростные кондиции.

В течение двух десятых долей секунды Тарас успел нанести по трем векторам атаки два десятка ответных ударов, создавая веер защиты, и заставил противника прервать атаку.

Дмитрий отступил, с некоторым замешательством разглядывая поединщика, не только оставшегося на ногах, но и ответившего темповой контратакой.

— А ты хорош, ученичок, далеко пойдешь, если не остановят. А как тебе вот такой трюк?

Он качнулся вправо-влево, как бы гипнотизируя Тараса, неуловимо быстро переместился за его спину, «размазываясь» от скорости, и нанес несколько ударов с обеих рук в затылок и в висок противника. При этом он выкрикнул короткое и страшное слово «мор!», громом отразившееся в ушах Тараса и погрузившее его в полубессознательное состояние. Тем не менее от удара в висок он уклонился, отвел молнию боли от удара в затылок, в черепные кости, и снова ответил вибрационным «веером» по трем векторам атаки, отбивая «мечи» и «копья» рук Дмитрия и заставляя его работать в защитном варианте.