Сахарный череп - Марина Комарова

– Отойти куда? – не растерялся я.

Роза фыркнула.

Но я сел за стол. Все же не стоит отказываться от приглашения за стол. Ибо позвавшая женщина может обидеться и больше не звать. (Народная мудрость народа кийче, пятый столбец справа, священная книга «Околь-тух»).

Кофе она варила потрясающий. Я даже на время позабыл о своих проблемах.

Однако не Роза.

– Чем тебе не нравится шкаф? И скажи… что это за боевое искусство?

– Ты о чем?

Интересно, сколько она успела увидеть? Как долго смотрела на мою неуклюжую тренировку?

– О том, что держит тело в отличной форме, а воздух окрашивает зеленым сиянием.

Твою ж!.. Увидела достаточно.

Чочу довольно клацнул зубами. И тут же сделал вид, что грызет яблоко и даже не думал злорадствовать.

– Это всего лишь разминка, – сказал я как можно небрежнее.

Если я назову какое-то из местных человеческих боевых искусств, Роза спросит, откуда мне о нем известно. Если же что-то божественное – еще хуже. Поэтому… разминка и разминка! И вообще нечего подглядывать!

– Очень такая продуманная разминка, – задумчиво протянула она. – Как это называлось в твоем мире?

– Драка с палкой?

– Нет, сияние…

– Это неверный свет в сумерках, я не волшебник, – со вздохом произнес я.

Чочу хрюкнул.

Роза прищурилась. Она явно не верила, но признаваться не считал нужным.

– А чем тебе шкаф не понравился?

– Он странный, – сказал я почти правду. – Знаешь… у меня ощущение, что в доме кто-то за нами следит.

А что? Я сюда из другого мира упал, тьфу, попал. Мне можно быть параноиком. В конце концов, даже Муэрте-Катрина признает, что после смерти люди, э-э-э, меняются.

Карие глаза Розы округлились от удивления. Потом изящная ладонь коснулась моего лба, мягкая такая, прохладная.

– Тинаш, ты как себя чувствуешь?

– Жара нет, – заметил я. – Но… если тебе нравится, можешь руку не убирать.

– Сейчас тресну.

– Ладно-ладно, убедила.

Кажется, она немного расслабилась, но я ловко ухватил Розу за запястье и потянул в комнату.

– Тинаш, перестань!

Куда там. Если бы я реагировал на каждое «перестань», то не оказался бы здесь, дорогая. Роза начала упираться, однако тут же позабыла об этом, стоило нам оказаться в комнате.

Увиденное заставило и меня замереть.

Дверцы шкафа были распахнуты. Хотя мы с Чочу их прикрывали.

От пола до потолка часть комнаты, где находился злосчастный шкаф, все пространство было залито чернотой. Такой… Живой тьмой. Прямо как в легенде, когда Лунный кролик сумел собрать в сосуд ночь и смешать ее с вином. А потом, катаясь на полумесяце, уронил прямо в Мексианское море. С тех пор можно прийти и посмотреть на жидкую ночь, именно она превращает волны в черную смолу, которую можно расплескать.

Так и тут. Смотришь – и видишь море из легенды.

Но еще больше поражало то, что неведомо откуда будто набегал ветерок, и по черной глади проходила еле заметная рябь.

– Что это? – еле слышно прошептала Роза.

– Замечательная мебель из Теоукана, – напряженно произнес я, становясь так, чтобы закрыть девушку собой.

Все же она всего лишь человек. Я хоть что-то сумею сделать, если произойдет что-то нехорошее.

Что это такое? Решило больше не прятаться? А если бы мы сейчас не вошли? Или ничего бы и не было, и наоборот – это нечто ждало нашего появления.

Однако… Я вдруг осознал, что пока не чувствую враждебности. Только зачаровывающая чернота. И странное желание подойти поближе и коснуться рукой. Голова немного кружится. Воздух словно изменился. В какой-то миг мне показалось, что все поверхности в комнате отражают нас с Розой. И еще Чочу, который парит прямо над моим плечом. Только вот Хранитель дома молчит и тоже пытается понять, что происходит.

– Тинаш, ты чувствуешь? – вдруг тихо просила Роза.

Я втянул воздух. И правда, что-то есть такое. Табак?

Или… клянусь своим черепом, какая-то зараза курит табак с нуа-нуа!