Сахарный череп - Марина Комарова

Ну уж нет. Если заключил договор со смертью, то не оборачивайся. Всего один шаг – и ты в Преисподней.

Стоило только выйти, как яркий свет заставил прищуриться. Снова донеслись со всех сторон голоса чиламцев, смех и обычный дневной шум. И тьма ароматов: от цветов на клумбах до крепкого кофе, который варили прямо в палатке напротив.

– Тинаш! – охнула рядом Роза. – Что случилось?

Она даже немного побледнела, в темных глазах плескалось беспокойство.

– Ничего смертельного, – ответил я.

И тут же понял, насколько шутка вышла черной. Действительно, ничего смертельного в святилище смерти с вами не случится.

– У тебя кровь, – нахмурилась Роза.

– Богиня любит дары, – не растерялся я. – Но, если у тебя найдется, чем перебинтовать рану бедного подопечного, я буду очень благодарен.

– А паясничать обязательно?

– Ну-у-у… да.

Роза фыркнула древесной кошкой, но страдать меня не оставила. Оказывается, пока я беседовал с Муэрте-Катриной, моя хозяйка успела кое-что прикупить для дома. И там даже оказалась чистая ткань, из которой мне быстро соорудили повязку.

Правда, потом все же пришлось рассказать, что даром стала моя кровь.

Роза нахмурилась:

– Обязательно было именно так?

– А можно было иначе? – прикинулся я совершенно несведущим в местных дарах богам.

С одной стороны, да. Конечно, можно иначе. С другой… тут дело-то не очень обычное. Муэрте-Катрина могла легко фыркнуть, дать мне пинка из своего святилища и отказать вообще в каком бы то ни было разговоре.

Но она выслушала. Поэтому и скреплять нашу сделку надо было чем-то посерьезнее, чем перец и сахар.

Преодолев приличное расстояние от центра Чилама до окраины, где располагался дом Розы, мне вручили корзину.

– Домой. Мне нужно ехать к клиенткам, – сообщила Роза.

– Может, я смогу чем-то помочь? – само сорвалось с губ.

Роза посмотрела на меня как на ненормального.

– Тинаш, ты вроде парень неплохой. Во всяком случае, как мне кажется. Но сейчас совсем не в том виде, чтобы ходить в гости к женщинам.

После этого выразительно глянула на мою руку, а потом – на повязку на глазу.

Я поднял руки, сдаваясь:

– Убедила. – И, направившись к дому, пробормотал: – Надо же, какие все сейчас пошли трепетные. Не покажи им красивого мужчину в повязках и крови.

За спиной раздался смех Розы.

Чуть улыбнувшись, я качнул головой и зашел в дом. Первым делом меня встретил Чочу, который тут же нырнул в корзинку.

– Почему так мало? – долетел возмущенный возглас.

– Тебя решили посадить на диету, – хмыкнул я.

Чочу возмущенно зафыркал. Выглянул из корзинки, посмотрел на меня пустой глазницей, в которой слабо тлел пурпурный огонек.

– На себя лучше посмотри.

– Я хорош со всех сторон.

– Только изрядно покоцан.

– Заткнись, а?

Чочу довольно ухмыльнулся и снова нырнул в корзинку.

Я же сел за стол и серьезно задумался. Так, что мы имеем? Дом, покровительницу Розу, сделку с Муэрте-Катриной. Рассиживаться некогда, надо как можно скорее восстановить тело. Как там… в здоровом теле здоровый дух и здоровые же нечеловеческие способности.

Физическая форма. С ней тоже надо что-то делать.

Я задумчиво постучал ногтями по столу.

Из корзины донеслось чавканье. Чочу не терял времени.

Так, что еще? Еще такой вот обыденный вопрос: как жить? Сидеть на шее хрупкой женщины не по мне. Конечно, в Оутле подопечные поставлены на временную государственную поддержку, но расслабляться не стоит. Надо найти хоть какой-то заработок.

Не божье дело? Ошибаетесь, дорогие мои. Работали бы боги побольше, того и гляди не занимались бы разной ерундой.

– Что с рукой? – поинтересовался Чочу.

Я уже собрался ответить, как вдруг почувствовал, что за мной кто-то наблюдает.

Тут же слетела вся расслабленность и желание перекидываться ехидными репликами с говорящим черепом. Я подобрался и медленно обернулся. Так…

Ничего необычного: залитая солнцем улица, резвящаяся соседская собака и то и дело проезжающие мимо повозки.

Никого.

Чуть прищурившись, я медленно поднялся со стула, стараясь не делать резких движений. Чочу прекратил портить продукты и посмотрел на меня.

– Что случилось, Тиош?

– Ты что-нибудь чувствуешь?

Воздух вокруг черепа замерцал красным. Хранитель тоже отбросил всякое дурачество и теперь, словно ищейка, пытался определить, есть ли какая опасность.

Время шло. Почему-то стало слишком жарко. Или это просто солнце, которое падает через окно прямо на мою спину?

Я уже был готов двинуться, как Чочу зашипел. Недобро так, предупреждающе. Его глазницы словно залило непроглядной тьмой, в которую лучше не смотреть.

– У нас неприятности? – спросил одними губами.

Чочу снова издал жуткое шипение. Но красный свет исчез, словно не было.

– Пропало, – наконец-то произнес он. – Что-то здесь однозначно было. Но быстро исчезло.

– Испугалось? – предположил я.

Будь у Чочу плечи, он бы непременно ими пожал. Но сейчас он замер, будто что-то шло не так.

– Не знаю. Оно скрылось. Не могу ничего найти.

Прячется, значит.

Учитывая, что сам я не мог ничего больше разобрать, эмоции были смешанными.

– Надо обыскать дом, – наконец-то произнес и, сделав знак Чочу, двинулся вглубь дома.

Не знаю, сколько времени мы потратили. Изучали каждую комнату. Забрались на чердак. Осмотрели внутренний двор. Но, к сожалению, никакой зацепки обнаружить не смогли.

Чочу рядом тихонько бубнил под нос, что до моего появления было все тихо-мирно.

– Не водите домой проклятых богов, не будете знать печали, – ворчал он.

– Я не проклятый, – возмутился я. – Следи за языком, а?

– А… то что? – хмыкнул он.

– Сдам, что ты сожрал все сегодняшние покупки.

– Зануда.

Перепалка немного отвлекала от недобрых предчувствий. Найти ничего не получилось. Тем не менее, на душе скребли верткие сакуйи. Что-то не так, что-то не так. Уж если интуиция встрепенулась, то не просто так.

Куда печальнее было, что я не могу понять: что именно может угрожать в доме Розы? Сразу ничего такого не чувствовалось. И тут два варианта: или я был слишком слаб, или это «что-то» появилось совсем недавно.