Крах фальшивых богов - Кларисса Рис

Медленно перебирая в голове все что помнил или узнал о собственной семье, я дожидался прихода одиозной матушки, которая грозила разобрать весь этот мир по винтикам и низвергнуть в пучины ада. Ладно, выражалась она далеко не такими словами, но примерный смысл хорошо угадывался. Так что остается просто заказать ей любимый кофе с грецким орехом и карамелью и молиться всем богам, что она примет такие странности в поведение любимого сыночка. Если нет, то дело пахнет не только керосином, но и огромными неприятностями.

Мадам как истинная леди бессовестно опаздывала и вряд ли испытывала по этому поводу хоть какие-то угрызения или муки совести. А если сложить общее количество журналистов, ходящих за нами, понятен восторг на лице владельца небольшой кофейки, которому я объявил, что у меня встреча с матушкой и мне нужен самый лучший столик и желательно оснащенный чарами тишины, дабы разговор не оказался достоянием общественности. На удивление мою просьбу выполнили достаточно споро и выдали необходимое место у окна и с полной шумоизоляцией по высшему разряду. Так что постные мины акул, жаждущих крови, были вполне объяснимы.

— Милый мой, какой приятной сюрприз, мамочка по тебе так соскучилась, — завопила хрупкая на вид женщина, по которой точно не скажешь про наличие детей и мужа.

— Матушка, — растянув губы в приветливой улыбке я поднялся ей на встречу.

— Как ты поживаешь мое любимое сокровище? — раскинув руки в стороны она едва ли не с разбегу повисла у меня на шее.

— Все замечательно, твое любимое кофе уже стынет, — галантно отодвинув стул помог ей устроиться за столом.

— Ты что творишь, зачем тут заглушка, — разъяренной гарпией зашипела матушка, стоило чарам сомкнуться. — Мы столько сил приложили, чтобы испортить тебе имидж.

— У меня частичная амнезия, — все так же улыбаясь на камеру выдал я. — Последние несколько лет вообще пропали, все до в тумане. Так что улыбайся, пей кофе и объясни, что тут происходит вообще. Ничего не понимаю!

— Что ты такое говоришь, — мгновенно осеклась матушка и растянула губы в непонятной улыбке, — как такое могло произойти?

— Несколько дней назад я шел по улице, — приступил я к самой серьезной части своего вранья, — даже среагировать не успел. Просто почувствовал, как меня повело в сторону и мир содрогнулся. В следующее мгновение я помню, что открыл глаза и обнаружил кровь на лице. Кто конкретно это сделал не знаю, но скорее всего человек испугался что убил меня и удрал. Даже не начинай панику, в больницу я не сунулся. Пришлось бы многое объяснять. А когда на утро открыл глаза в кровати, понял, что практически ничего не помню из последних событий, а вокруг меня творится настоящий цирк с клоунами.

— Черт не думала, что они все же рискнут так поступить при свете дня, — она стиснула пальцы на фарфоровой чашке, едва не сравнившиеся по цвету с самим материалом.

— Не переживай, об этом никто не узнал, мне удалось избежать огласки, — поптылся успокоить взволнованную женщину. — Просто объясни, что вообще происходит?

— Сейчас опасно об этом говорить, — лицо матушки застыло подобно восковой маске, которую сделал неумелый скульптор.

— Но мне необходимо знать, хоть из-за чего начались все эти проблему, — старался говорить ровно и убедительно, дабы не нарваться на гнев матери.

— Это очень плохо, что ты вообще не помнишь, но возможно это и к лучшему, — ее глаза подернулись поволокой задумчивости.

— Сейчас не время впадать в прострацию, — не выдержав, я все же повысил на нее голос, — от этого зависит моя жизнь, я не могу допустить, чтобы из-за твоего нежелания второй раз рассказывать меня еще раз огрели по голове, и не факт, что не летально!

— Не смей орать на собственную мать, — женщина со всей силы ударила рукой по столу, да так, что чашки звякнули. — Никогда больше не сомневайся в том, что твоя жизнь мне дорога. Просто сейчас действительно не то время и место для таких разговоров. Просто продолжай встречаться с женой архиепископа и выполнять указания, присланные Орфеем. Тьфу ты! Ты же не помнишь! Вот ведь напасть. Придешь домой проверь тайник в кровати, думаю, так будет понятнее. Потом и я постараюсь как можно подробнее расписать все что надо знать и передам тем же способом. Так что главное, что ты додумался об этом мне поведать.

— Хорошо я его проверю, — стараясь не выказывать собственного удивления, послушно протянул я, — просто это все настолько странно для меня сейчас…

— Я тебя прекрасно понимаю, но потерпи еще немножко, самое главное, что на историю с Алексис все купились, — она осторожно потрепала меня по руке.

— В каком смысле? — вопросительно вскинул бровь. — Репортер же был не просто так приглашен, мы едва смогли все к сроку организовать.

— Вот видишь, последнее события ты помнишь, а значит есть шанс, что память полностью восстановится, главное в это верить и не опускать рук, — тихо захлопала в ладошки матушка, словно ей было всего десять лет.

— Просто было немного страшно кидаться в омут с головой, неизвестно как бы отреагировал ее муж на подобную провокацию с моей стороны, — склонив голову на бок, я внимательно наблюдал за реакцией женщины на свои слова.

— Самое главное, что общественность поверила, актрису ты подобрал хорошо, даже я поверила, в то, что у тебя роман с женой архиепископа, — ее глаза в этот момент сверкали ярче драгоценных камней.

— Матушка, Алексис не нанятая мною актриса, она на самом деле Алексис, из плоти и крови, — тихо произнес я и отодвинулся на всякий случай подальше от стола. — Именно это я хотел рассказать тебе в тот день, когда получил по голове. Она собралась разводиться и уже переехала ко мне и теперь живет со мной.