Хозяйка туманов - Надежда Соколова

Он любит песнь свою, поет он для забавы,

Без дальных умыслов; не ведает ни славы,

Ни страха, ни надежд, и, тихой музы полн,

Умеет услаждать свой путь над бездной волн.

А.С. Пушкин. «Близ мест, где царствует Венеция златая…»

— Выбор подтверждаю, — послышался голос императора, удивленного не меньше своих подданных, но умевшего, в отличие от них, держать себя в руках. — Закрепите будущий союз поцелуем.

Я с трудом подавила дрожь. О поцелуях мне никто не сообщил. Не то чтобы я отказывалась целоваться с Арнием. Но прилюдно изображать…

Додумать я не успела: перед моим лицом появилось лицо Арния. В глазах — торжество, на губах чуть подрагивает улыбка. Он наклонился ко мне, совсем немного, все же роста с ним мы были практически одного, прикоснулся своими губами к моим, и я вдруг почувствовала, что растворяюсь в нем. Мысли исчезли. Остались только нежность, нега и начавшее расти откуда-то снизу желание. Никогда я не думала, что смогу испытать то, о чем писали в различных любовных романах.

Тяжело дыша, мы оба отстранились друг от друга. Мои ноги казались ватными, руки чуть подрагивали, в голове был туман.

— Боги приняли вашу пару, — раздался словно издалека голос императора, — свадьба должна состояться через месяц.

В себя я приходила в выделенной мне комнате, твердила снова и снова, что это было вмешательство богов, что на самом деле подобных чувств я к Арнию не испытываю, что… Самовнушение не помогало. Я раз за разом вспоминала поцелуй, краснела, бледнела, пыталась проанализировать свои эмоции. В конце концов тяжело вздохнула, встала с постели и поплелась под душ. Вечером должен был состояться то ли бал, то ли торжественный прием. На нем я обязана была появиться во всей красе и постараться не отдавить ноги всем желавшим со мной потанцевать.

Сегодня ко мне благоволили местные боги: выходя из душа, я упала на мокром поддоне и подвернула ногу. Танцы отменялись.

Вскрикнув от боли, я кое-как доковыляла до кровати, укрылась покрывалом, чтобы скрыть наготу, и вызвала служанку. Та, едва узнав, в чем, собственно, дело, запричитала и бросилась за доктором.

Мужчина среднего роста, бородатый и широкоплечий, больше всего напомнил мне гнома. Впрочем, возможно, им он и был. От его улыбки коновала меня передернуло.

— Марита? — в комнату весьма некстати заглянул Арний. — Что случилось?

— Ногу подвернула, — ответила я, отметив про себя, что нитор перешел на имя, оставив вежливое обращение, и при этом внимательно следя за действиями «доктора».

Все же я оказалась к нему строга: одно движение, и нога вернулась в привычное положение. Правда, ни о каких танцах и речи быть не могло в ближайшие несколько дней.

На прием я отправилась под руку с Арнием, обряженная старательной служанкой в оранжевое платье, на этот раз с оборками и рюшами — практически свадебный наряд.

На ноги — кожаные мягкие тапочки в тон, пострадавшая конечность радовала глаз местных придворных тугой повязкой.

Теплая и мягкая ладонь нитора поддерживала меня в коридорах, на лестнице, у входа в зал, в котором уже собрался весь двор. Меня, как пострадавшую, ожидала удобная тахта неподалеку от трона императора. С трудом дойдя до цели, я, забыв о приличиях, с размаха уселась и блаженно улыбнулась: теперь здесь можно было и вечер провести.

Первые пятнадцать-двадцать минут прошли спокойно: Арний сидел рядом с обычным непроницаемым выражением лица, я лениво рассматривала бродивших из угла в угол аристократов и мечтала поскорей вернуться в замок, уже без Рения и Валисия.

— Марита, какая приятная встреча! — в стоявшее напротив кресло опустилась женщина лет пятидесяти, плотная, высокая, одетая в синий брючный костюм. Вряд ли встреча действительно была для нее приятной, потому что более искусственную улыбку представить себе трудно. — Как жаль, что ты не вовремя подвернула ногу и не сможешь насладиться танцами в этот вечер!

Фальшивая жалость меня не тронула. Видимо, кузина танцевать любила, потому что незнакомка так и впилась в меня глазами в поисках хоть малейшей эмоции.

— Все, что ни делается, к лучшему, — назидательно сообщила я. — Зато у меня есть возможность провести время с женихом.

Я не ошиблась в возможной реакции собеседницы: ее круглое лицо резко пошло пятнами разного цвета. И я задалась вопросом: а человек ли сейчас передо мной? Вряд ли местные люди сильно отличаются своей физиологией от землян, а значит, и подобные кожные изменения существовать не могут.

— Ах ты… Маленькая дрянь! Думаешь, смогла провести меня?! — визгливо закричала вдруг незнакомка, выбросила в мою сторону руку и закричала сильней — на этот раз от боли. Черта, беззвучно появившаяся позади нее, за секунду профессионально заломила обе руки за спину и невозмутимо слушала крики.

— Мое почтение, лэсса, прошу простить мою жену, она сегодня несдержанна, — высокий, плотный, неуклюже переваливавшийся мужчина подошел к нашей компании, поклонился.

Я кивнула нерте, и та отпустила неудачливую собеседницу. Муж подхватил ее под локоть, поднял и потащил прочь из зала. Черта исчезла. Я вопросительно повернулась к Арнию.

— Тролли, — ответил он так, словно это все объясняло. Хотя кое-что я все же поняла: Марита умудрилась завести дела и с троллями.

Скандал с незнакомкой привлек ко мне внимание бродивших по залу аристократов. Буквально через пару минут к моей тахте потянулась вереница «доброжелателей», фальшиво поздравлявших меня с «таким важным событием в жизни любой девушки». Что такого важного в выборе жениха я, выросшая в мире, где возможны разводы, не знала, но покорно улыбалась и кивала.