Затерянные в Полынье - Александр Трапезников

Я очнулся в своей кровати от солнечного луча и пытливого взгляда. Принадлежал он доктору Мендлеву, который сидел на стуле, закинув нога на ногу и сцепив на груди руки. Стекла его очков поблескивали.

– Нуте-с, хорошо, – сказал он. – Хорошо, что вы наконец-то очнулись.

– А… что было? – невнятно спросил я.

Я чувствовал, что тело мое горит, и ломает кости, а голова кружится. Мысли путались. Меня позвала за собой Девушка-Ночь. И мы пришли к Волшебному камню… Мы любили друг друга. Потом… Как я вернулся обратно и оказался в своей постели? Куда подевалась она? Было ли это вообще или мне приснился чудесный сон? Я провел под одеялом рукой по своему телу: из одежды на нем не было ничего. Вот так так…

– Что было? – переспросил доктор. – Не знаю. Шел мимо, гляжу: дверь вашего дома раскрыта настежь. Я и зашел, чтобы напомнить вам о сегодняшнем спиритическом сеансе у Дрынова. Но когда я заглянул в вашу комнату, то увидел вас в состоянии тяжелейшей горячки. Вы метались по подушке, бредили, звали кого-то… Я ввел вам два кубика аминазина. И вы успокоились. А сейчас выглядите гораздо лучше… Нехорошо-с! – добавил он строго.

«Что – «нехорошо-с»? – подумал я. – Что выгляжу лучше или что впал в горячку? Когда этот доктор начнет разговаривать нормальным языком?»

– Ночью вы, как я полагаю, где-то бродили? – продолжил между тем Густав Иванович. – Если в грозу, то это вообще безумие. Возможно, у вас начинается воспаление легких.

– Глупости, я совершенно здоров, – отмахнулся я. – Просто легкое головокружение. Знаете, доктор, произошла совершенно невероятная вещь… Я… только не считайте меня сумасшедшим… Я встретил Девушку-Ночь.

Доктор вздрогнул, словно его коснулись оголенные провода, лицо скривилось, а взгляд стал жестким и гневным.

– Не говорите ерунды! – сердито выкрикнул он. – Девушки-Ночи не существует. Вы больны.

– Нет, Густав Иванович. Я был с ней. Она привела меня к Волшебному камню.

– Нет! – вновь почти вскричал он.

– Отчего вы так волнуетесь? Не приснилось же мне все это?

– Вот именно – приснилось. На кухне я обнаружил початую бутылку джина и ликера. Вы что, пили и то и другое? Хорошенькая смесь… Вот и свалились замертво.

– Предварительно раздевшись догола? Сомнительно. Будьте любезны, отвернитесь, я надену халат… А теперь пойдемте на кухню.

Меня слегка покачивало, и я все еще чувствовал себя не в своей тарелке. Поставив на плиту кофейник, я уселся и с сомнением поглядел на бутылку джина, решая сложный гамлетовский вопрос: пить или не пить?

Потом, махнув рукой, плеснул себе в стакан немного жидкости.

– Не следовало бы! – осуждающе покачал головой доктор. Он явно был чем-то расстроен.

– Присоединяйтесь.

Густав Иванович все еще качал головой, но тем не менее произнес:

– Разве что ликерчика? Ну, налейте немного.

Мы выпили, глядя друг на друга. У доктора был какой-то жалкий, потерянный вид, словно он только что лишился крупной суммы денег.

– А вы знаете, эта Девушка-Ночь – чудо как хороша, – сказал я, чувствуя, что мой разговор неприятен доктору, но не в силах остановиться. Она и в самом деле занимала сейчас все мое воображение. Странно, но я не ощущал никакого стыда или неловкости перед моей отсутствующей женой Миленой. Как будто я изменил ей не с живой женщиной, а с ирреальным явлением в образе Девушки-Ночи. Милена – это одно, а моя ночная чародейница – совершенно другое. Их жизненные судьбы никогда не пересекутся. Доведется ли и мне когда-нибудь увидеть вновь Девушку-Ночь?

– И вот что любопытно: как я добрался обратно? – продолжил я, дразня доктора. – От Волшебного камня? Там же кругом болото. Да еще ночью. Да еще в таком эйфорическом состоянии духа. По идее, я сейчас должен бы лежать в болотной жиже, на самом дне…

– Может, еще будете там. А пока я дам вам порошки и микстуру.

– Давайте лучше я угощу вас коктейлем «Полынья». И вот что: сходим-ка к Волшебному камню. Если я действительно был там ночью, то должны остаться какие-то следы.

– Без меня! – отрезал доктор, но приготовленный мною коктейль выпил. Я видел, что ему и хочется пойти вместе со мной, и что-то мешает, словно он не желал поверить в существование Девушки-Ночи. Некоторые научные мужи до того прагматичны в своих ортодоксальных учениях, что готовы отрицать даже реальные факты.

А факты были таковы: когда я все же уломал доктора Мендлева и мы прошли на островок суши в болоте, где лежал Волшебный камень, то обнаружили там всю мою одежду. Выходит, я добирался до своего дома совершенно голый? Забавно… Хорошо, что мне не встретился кто-нибудь из жителей поселка, страдающий бессонницей. Тогда бы в Полынье появилась еще одна легенда, о каком-нибудь Лунном человеке.

– Ну-с, что вы теперь скажете? – торжествующе спросил я, собирая в охапку свои шмотки. Доктор заметно побледнел, губы его подрагивали.

– И все равно это ничего не доказывает, – упавшим голосом произнес он. – Вы могли прийти сюда в гипнотическом состоянии, раздеться, забыться во сне, а потом вернуться домой.

– Что же я – зомби?

Доктор не ответил: он был очень расстроен. Даже присел от огорчения на Волшебный камень и провел по нему ладонью. Затем резко поднялся, словно обжегся.

– Пойдемте отсюда, – сказал он. – Меня ждут дела.

На улице мы молча расстались, и я вернулся к себе. Сегодня был мой последний свободный день – завтра, в субботу, должны были приехать гости и моя жена. Оставалось закончить мелкие работы по дому и заранее приготовить какие-нибудь экзотические блюда. Но в этом мне должна была помочь тетушка Краб.

Она пришла ко мне к обеду и принесла целого поросенка, купленного у жены Горемыжного. Пятачок с хреном и гречневой кашей – объедение для москвичей. Пока же она принялась месить тесто, чтобы испечь расстегаи с грибами и луком, а также и торт с клубничной начинкой. Я же приготовил различные холодные закуски, сложив их затем на ледник в подвале.