Ириска и Звезда Забвения - Вадим Панов

Вокруг расстилался просторный луг, красивый, как будто какая-то волшебница собрала на нём лучшие цветы Прелести. Луг занимал всю вершину холма, который величественно возвышался посреди густого леса. Куда ни посмотри – всюду кроны деревьев, и кажется, что если крикнешь громко, то слова весело поскачут по зелёным верхушкам и без труда долетят до виднеющихся на горизонте гор.

Однако сейчас с вершины холма летели не слова, а утробный рёв, гулко бьющий по деревьям и заставляющий боязливо прятаться обитателей луга и леса.

– Почему здесь так шумно?! – прокричал Дикий Страус, выбираясь из салона машины и морщась так, словно его заставили сжевать лимон.

– Что?! – не оборачиваясь, спросил стоящий возле двигателя Петрович.

– Почему так шумно?

– Чай в термосе!

Ириска, расположившаяся чуть позади инженера и слышавшая весь разговор, прыснула со смеху.

– А если покопаешься, то и сахар найдёшь! – закончил Петрович, не отрывая взгляд от работающего мотора.

– Я не об этом!! – заорал Хиша.

– Кофе у меня нет!

– Проклятье!

Однако Страус не зря славился настырностью и упорством. Поняв, что инженер его не слышит, Дикий внимательно оглядел Петровича с ног до головы, поразмыслил, после чего подошёл ближе и гаркнул ему в самое ухо:

– Привет!

И так сумел привлечь к себе внимание.

– Чего орёшь?! – вздрогнул инженер.

– Ага! – Обрадованный Страус потёр крылья и повторил первый вопрос: – Почему здесь так шумно?

– Машина работает, – резонно ответил Петрович. – Шестерёнки крутятся.

– У машины есть двигатели, а двигатели – шумные, – добавила Ириска. – Ты что, в школу не ходил?

– У нас в школе было ещё шумнее! – тут же сообщил Хиша. – Так шумно, как ни в какой другой школе! Потому что никто не умеет так шуметь, как маленькие Дикие Страусы!

В представлении Хиши его сородичи были «самыми-самыми» во всём.

– Тогда ты должен радоваться, – хмыкнул инженер, указывая на работающий двигатель. – Считай, домой попал. Или в школу.

В этот момент машина поднатужилась и взревела особенно сильно, заставив Страуса обхватить голову крыльями.

– Зачем ты это делаешь?

– Прогреваю перед полётом.

– Выключи! Или я оглохну!

– Лучше бы ты онемел.

– Что?!

– Сейчас выключу.

Петрович поднялся по лесенке в кабину, покопался там, и через несколько секунд ужасный рёв стих. Большой пропеллер по инерции покрутился немного, со свистом рассекая воздух, и остановился. На холме наступила долгожданная тишина.

– Уф-ф! – Хиша театрально вытер лоб крылом и тут же похлопал по кожуху двигателя: – Ночью эта штука так не орала.

– Ночью темно, поэтому ты не слышал, – хмыкнул спускающийся из кабины инженер.

Ириска звонко рассмеялась. Она поняла, что Петрович пошутил, однако у Страуса замечание вызвало иную реакцию:

– Не слышал потому, что было темно? – Дикий театрально вытаращился на инженера. – У тебя в голове шестерёнки перепутались?

– Не хотел тебя обижать.

– Как?

– Не хотел говорить, что ночью ты был напуган, вот и не обратил внимания на шум.

– Я был напуган? – молниеносно вскипел Хиша. – Да я! Да мы! Да тебе просто повезло, что я до них не добрался, понял?!

И топнул, показывая, до чего он зол.

Хотя на самом деле все присутствующие, включая Страуса, прекрасно понимали, что Авессалом Петрович – инженер, изобретатель и пилот удивительной летающей машины – спас беглецов от плена или смерти. И при этом сильно рисковал: опомнившиеся твари продолжали атаки до тех пор, пока не отстали от набравшей скорость машины и так сильно навредили, что Петровичу пришлось остановиться для ремонта. Не сразу, конечно, остановиться, а через пару часов, когда они достаточно далеко улетели от места сражения, и поэтому Ириска успела немного поспать.

А проснувшись, девочка приняла активное участие в ремонте странного устройства, которое Авессалом ласково называл «Бандурой». Солнце давно взошло, лучи заиграли на металле и стекле отдыхающей машины, Ириска разглядела «Бандуру» во всей красе и призналась себе, что никогда раньше не видела ничего подобного.

Летающий агрегат Петровича походил на самолёт, к которому присоединили дирижабль, после чего два раза уронили, растоптали, завернули в фольгу, перемотали изолентой, обработали на токарном станке, покрасили, поставили новые дверцы, скрестили с вертолётом и получили золотую медаль на выставке «Что можно сделать из нестарого пылесоса с помощью крестовой отвёртки и богатой фантазии».