С черного хода - Александр Башибузук

– И не смейся… – буркнула шведка.

– Не думаю.

– Я смелая.

– Догадываюсь.

– Я снежного леопарда пристрелила в Тибете, не боялась, – Катарина понянчила в руках стаканчик с коньяком. – А вот всякую мерзость ползающую терпеть ненавижу. Обычный таракан может до инфаркта довести…

Истерика у нее давно прошла, и теперь девушка изо всех сил пытается восстановить свое реноме. А я не препятствую и даже в меру сил стимулирую. Как мудрый и опытный командир нашего маленького отряда. Вы же не сомневаетесь в том, что я мудрый и опытный?..

Солнце уже садилось, мы решили поужинать и заодно отметить первый свой день пребывания незнамо где. Или заочно помянуть себя? Хотя нет, рановато. Но бутылку французского коньяка все равно открыли. На ужин бог послал остатки хлеба, какой-то красный соус… острый, зараза, но вкусный, а в качестве основного блюда охотничьи колбаски. Это остатки провизии с пикника. Завтра придется вскрывать аварийный запас, которого должно хватить на двадцать дней. Так Катарина говорит. Сама калории высчитывала. Ну… где двадцать дней, там и двадцать пять, а то и тридцать. Есть и более печальный опыт. Значит, в ближайшее время смерть нам не грозит. Это от голода, а вот от всего остального?.. На все остальное будем посмотреть.

– Может, наконец-то выпьем? – я с намеком покачал перед глазами шведки стаканчиком.

– Ну да… я забыла, что русские все алкоголики, – съязвила Катарина и прикоснулась своим стаканом к моему.

– Как я вижу, алкоголик все-таки ты.

– Почему это?

– Да потому что, собираешься пить без тоста.

– Прозит.

– Слушай, избавь меня от ваших убогих обычаев. Что значит «прозит»? Должна же быть какая-то культура пития. Этим словом ничего не выразишь. Тост – это пожелание. Тост – это констатация свершившихся фактов, как раз закрепляющая свершение. Я бы даже сказал так: тост – это некая сакральная фраза, иносказательно выражающая состояние души, и определенная смысловая кодировка планируемых событий в жизни. Без нее ритуал потребления спиртных напитков превращается в обыкновенную пьянку. Попробуй еще раз.

У-уф… кажется, без ошибок повторил. Ну да… Не я это придумал. Это все Качарава из отдела обеспечения. А я, как постоянный его собутыльник, просто запомнил.

– Не думала, что ты такой… такой философ. Ну… за то, чтобы все было хорошо? – шведка вопросительно посмотрела на меня.

– Вот. Уже лучше. Ничего, научишься. Выпьем за это…

Девушка опрокинула в себя коньяк и пожаловалась:

– Б-р-р… ну как можно залпом пить коньяк десятилетней выдержки? Такими темпами мне скоро станет не на чем учиться. Не успею… У нас всего бутылка коньяка и литр специального спирта в НЗ.

– Коньяк, пожалуй, уже можно не считать… – выпив, я макнул кусочек колбасы в соус и отправил в рот. – М-м-м… а вкусно. Только у меня сейчас кожа с языка слезет. Острый… Что это?

– Чили… я тоже люблю.

– А что за специальный спирт?

– Спиртовая настойка. Там и женьшень, и мумие… и еще что-то… особо не помню. В нашей конторе медики нахимичили. Мощное энергетическое средство получилось. Иммунитет и тонус пинками подгоняет, хотя в больших дозах может и убить. Я его не пробовала, но напиток, по моему заказу, специально разрабатывали для набора выживания. Он еще подводникам и пилотам дальней авиации планировался. Там, в наборе, много интересного есть. Были вовсе уж интересные разработки, но когда нас перекинули в тридцать девятом году под крылышко к Гиммлеру, жлобы из ревизионной комиссии сразу половину разработок зарезали, в связи с экономической нецелесообразностью. Ты представляешь?

– Ну да, в СС все поголовно такие. Ты мне лучше вот что скажи. Готовились вы серьезно, соответственно ресурсы вбухивались колоссальные. А цель какая? Вы же сами не понимали, куда ваша чертова установка может занести. Не похоже на экономных швабов. Только не надо мне про всякие Валахии рассказывать.

– Вальхалла, не коверкай язык, – в очередной раз поправила Катарина и подставила мне стаканчик. – Что смотришь, наливай… Надеюсь, ты же понимаешь, ни о какой Вальхалле речь не шла. Это сказочки для импотента и его сброда, просто помешанных на всем оккультном. Хотя признаю, в свите все-таки разумные люди есть, но они вынуждены подстраиваться под остальных. А вот Шамбала как раз реальна. Я ее видела.

– Ну и? Заинтриговала.

– Сначала давай выпьем, затем ты меня сопроводишь в кустики, а потом я попробую объяснить. Потому что это о-очень длинная и запутанная история. Я даже не уверена, способен ли ты понять.

– Я понятливый. Вперед.

Вечерний моцион затянулся. После кустиков пришлось отконвоировать шведку к ручью, который протекал в пяти метрах от капсулы, а это, сами понимаете, в незнакомой местности, кишащей неведомыми чудовищами, еще то удовольствие. Да и самому помыться не мешало…

Пока баррикадировал вход в капсулу колючими кустами, завешивал палаткой и изгонял летающих тварей, налетевших поживиться нашей кровушкой целыми воздушными армиями, пока оборудовал спальные места, почти совсем стемнело. Так что укладываться пришлось при свете фонаря.

Но справились, хотя, честно говоря, я бы не назвал наши ложа особо удобными. Вот чего стоило присобачить в эту гребаную капсулу откидные койки?.. И я о том же.

– …как я тебе уже говорила, я во многом была не согласна со своим отцом и руководством «Аненербе» по вопросу Тибета. Они искали там силу, а я мудрость и знания, поэтому, накопив материала, добилась разрешения отправиться туда отдельной экспедицией.

– Подожди, подожди… а с чего вы взяли, что эта самая мудрость и сила находятся именно там? И что за сила?

– Вот тебе возьми и все расскажи… – фыркнула Катарина в темноте. – Лучше капни мне еще немножечко коньяка.

– Давай… И рассказывай.

– Хитренький… – хихикнула опьяневшая шведка. – Ну ладно, так уж и быть. Но ты мне тоже расскажешь все, что я пожелаю. Договорились?

– Договорились.

– Как бы уже не секрет. что працивилизации на земле обладали воистину великими знаниями…

– Для меня секрет.

– Заткнись, товарищ Алекс.

– Есть, фрекен Катарина, продолжай…

– Так вот… К примеру, в древнем санскритском трактате упоминается отрезок времени, равный трехсотмиллиардной доле секунды, которым ученые того времени вполне себе свободно оперировали.