Ониксовый шторм - Ребекка Яррос

“Десять стрел”, - объявляет Таирн с приливом гордости, когда гром сотрясает мое тело, а виверна падает. “Пробило семь”.

Решимость распирает мою грудь. Да, я могу это сделать. Я поднимаю обе руки, жадно черпаю силу, затем снова беру оружие, как раньше. Обрушиваются столбы молний, хотя и не такие мощные, как при первом ударе, и, по словам Таирна, я уничтожаю пять виверн.

-Четыре, - объявляет он после следующего удара.

Снова и снова я безрассудно черпаю энергию, рассчитывая на объем, а не на точность. Все в моем теле горит, как будто меня привязали к погребальному костру, но я иду вперед.

“Шесть. Три. Восемь!” Таирн ведет счет каждому удару.

У нас есть время еще на одно, когда мы приближаемся к северо-восточному краю стен, и я втягиваю обжигающую силу Таирна, как дыхание, а затем применяю оружие.

-Шесть! - объявляет он, и я падаю вперед, у меня кружится голова, когда те, кого я не убила, летят на нас стаей и нарушают воздушное пространство города. “Держись крепче!”

—Мы не можем... - Я хватаюсь за луки, и Таирн начинает подъем, такой крутой, что у меня расплываются очертания глаз. Ветер так чертовски приятно дует мне в лицо, но он не трогает огонь в моих легких. Я борюсь за дыхание с силой, сдавливающей мою грудь, и мне это удается только тогда, когда Таирн очищается от облака виверн и выравнивается на драгоценную секунду.

“Ты не сможешь сражаться, если перегреешься. Вода!” - Приказывает Таирн, и я срываю бурдюк с водой с ремня за седлом, вытаскиваю пробку и выпиваю залпом. Вода обжигает, как масло на сковороде, и мой желудок мгновенно взбунтовался. “Потише”.

Как будто это так просто.

Я вдыхаю через нос и выдыхаю через рот, подавляя позывы к рвоте, затем возвращаю бурдюк с водой на место, пока мое тело поглощает подношение. Жар жжет за глазами, что означает, что температура у меня все еще повышена, но жгучая боль прошла. Мне становится лучше. “Давайте убьем их создателей”.

-Давай, - соглашается Таирн, и мы ныряем к шеренге венинов, сидящих на виверне.

Ветер ревет у меня в ушах, и они взлетают при виде нас. Шестеро устремляются к городу, двое летят в нашу сторону, а трое отступают в горы — включая Теофанию и ее чудовище .

Черт.

“Мы убиваем тех, кто стоит у нас на пути, а затем преследуем их повелителя бури”, - приказывает Таирн.

-У меня остался только один кинжал из сплава. Я сжимаю проводник в руке, когда мы мчимся к темным обладателям. Вместо того чтобы собирать больше, я бережно использую силу, которая уже струится по моим венам, с точностью вырезая только то, что мне нужно.

“Тогда я советую тебе не бросать его”.

Венин слева щелкает запястьем, и ледяное копье летит в нашу сторону. Таирн откатывается вправо, и снаряд пролетает в футе от его крыла, слишком близко для комфорта. Этот человек должен умереть первым.

Сила пронзает меня, и я направляю ее вниз кончиком пальца, обжигая кожу, когда прицеливаюсь. Она поражает венина прямо сквозь развевающийся капюшон его пурпурной мантии, и он вместе со своей виверной падает с неба, мгновенно умирая.

Я переключаю внимание на другого обладателя тьмы, только чтобы услышать, как зубы Таирна щелкают в том направлении, когда пара убегает.

Ревущий ветер усиливается, как река, прорвавшая плотину, и порыв ветра подхватывает крыло Таирна, отбрасывая нас вбок на мгновение, прежде чем он выравнивает нас и поворачивается против ветра.

О, черт.

Торнадо извергается на северном краю поля, где я столкнулся с Теофанией, падая из облаков узким конусом. Земля вращается, медленно приближаясь к Дрейтусу, ее траектория слишком точна, чтобы быть естественной. Это разрушит город на части.

“Подавите беспорядки!” Таирн кричит так громко, что у меня дрожит зрение, и у меня такое чувство, что послание дошло не только до нас, но и до каждого пути.

Теофания.