Пангея приветствует тебя - Оливия Штерн

«Ну, ничего, еще посмотрим, кто здесь будет править», — думал про себя Рион. На данный момент ему было откровенно плевать и на зрителей, и на тех, кто отдал приказ устроить столь помпезное зрелище. Он с удивлением копался в собственных ощущениях, пытаясь обнаружить страх — самый обычный, человеческий, от которого все сжимается внутри, а во рту появляется противный кислый привкус. Так вот, страха не было. При этом Рион точно знал, как этот самый страх выглядит и ощущается — но не ощущал. Вон, шагающий позади Ним — тот боялся, и шел, тихо поскуливая от ужаса. Хорошо еще, если не обмочился. А он, Рион, не чувствовал ничего за исключением отстраненного, холодного интереса к происходящему.

Их вывели на площадку, где собралась толпа. Судя по напряжению, повисшему в воздухе и буквально ощущаемому, подобные зрелища здесь были редки: люди вытягивали шеи, толкались, дабы не пропустить представления. Три согбенных и выживших из ума старца тоже присутствовали, даже обрядившись в лохмотья «праздничные».

Рион огляделся, прикидывая, откуда ждать удара: площадка, со всех сторон окруженная пышными порослями сталагмитов, не внушала опасений. Провал? Внезапная пропасть? Подземное озеро? Если последнее, то плохо — дышать под водой Рион не умел, да и вода скорее всего окажется чересчур холодной. Ним за спиной тихо всхлипнул.

Тем временем представление началось. Тот старейшина, что был слепцом, поднял руки — вокруг воцарилась плотная, давящая тишина, лишь где-то на границе слуха тихо шлепались капли воды, выстраивая очередной сталагмит. Как-то запоздало Рион отметил, что среди присутствующих не было ни одной женщины, что, в общем, было и неплохо для жены Нима.

— Братья! — хрипло взвыл старик, взметнулись длинные седые космы, — сегодня настал день, когда Бог Горы получит жертву и будет милостив к нам! Пришлый и предатель — вот лучшая пища для бога! Да примет он жертву, да ниспошлет нам, шелту, свое благословение!

И сделал знак конвою.

Рион почувствовал, как между лопатками кольнуло чем-то острым — либо ножом, либо острием копья. Их с Нимом стали подталкивать с дальней стороне площадки, к монолитной на первый взгляд стене. Скулеж Нима перешел в откровенный вой, и Рион передернул плечами в раздражении.

— Прекрати, — шикнул он Ниму, — не позорься. Ты ж мужчина. Ты смог приручить дракона. Пусть они помнят тебя смелым…

Как ни странно, подействовало: парень затих, только дышал надрывно, со свистом.

— Да примет Бог Горы жертву! — тявкнул за спиной кто-то, и слабый голос тут же был подхвачен многоголосым воем. Да примет. Бог. Жертву. Рион улыбнулся и, резко обернувшись, крикнул:

— Я вернусь!

Наконечник копья угрожающе распорол на груди остатки летного костюма.

— Трусы! — вдруг завопил Ним, — дайте оружие!

— Не дадут, — покачал головой Рион, — мы же приговорены…

Толпа голосила. Что-то про жертву, про бога горы, но Рион уже не обращал на них внимания. Со все возрастающим удивлением он увидел, как старейшина нащупал в стене сдвижную панель. Под ней светляком зеленела большая круглая кнопка — старик кулаком ударил по ней, и часть каменной стены медленно, но верно начала сдвигаться, открывая провал в кромешную тьму. Это было плохо, очень, потому что они запросто могли соскользнуть в пропасть — и тогда идея о разговоре с местным божком никогда не воплотится в жизнь. К тому же, руки оставались по-прежнему связанными, оружия не дадут…

«Твари. Трусливые, мерзкие. Когда вернусь, половину перережу», — мелькнула совершенно неуместная мысль, — «хотя бы тех, кто явился поглазеть на все это».

Ним всхлипнул.

Рион в последний раз обернулся, посмотрел на трех старцев, сбившихся в кучу и видом своим напоминавших мокрых куриц.

Еще через мгновение их втолкнули в провал, и каменная твердь с шипением закрылась. Время остановилось.

— И что… теперь? — прошептал хрипло Ним.

— Не знаю. Судя по всему, нам нужно либо ждать здесь, либо двигаться вперед. Осторожно, чтобы никуда не свалиться.

— Рион, — сказал Ним, — мне кажется, я что-то слышу. Мы не одни здесь.

— Хорошо бы, — он усмехнулся, — не хотелось бы сдохнуть от жажды и голода.

— Думаешь?

Рион вслушивался в тишину, которая уже не была полной. Где-то рядом как будто раздавался тихий шелест, а может быть, это было просто эхо их дыхания.

И совершенно внезапно что-то холодное резко дернуло за щиколотку, тряхнуло немилосердно, и Рион повис вниз головой. Судя по крикам, с Нимом происходило примерно то же.

«Зараза», — молнией пронеслась полная разочарования мысль, — «здесь и говорить не с кем!»

Руки связаны, они болтаются в воздухе — а в следующее мгновение, быть может, неведомому существу придет в голову их сожрать. Или как следует приложить головой о камни. Много ли нужно человеку, чтобы протянуть ноги?

— Эй! — Рион гаркнул во всю силу легких, — мы пришли с миром! Отпусти! Если это ты дал людям электричество, то, значит, ты разумен!

Тишина. Он висит вниз головой неподвижно. Рядом хрипит от ужаса Ним. А потом вдруг -

— Пороговое значение распознавания преодолено. Принадлежность к кластеру. — щелчок. Свист. — требуется уточнение результата.

И Рион заорал, когда в основание шеи впилась ледяная игла. Пожалуй, вот и все. Из своей, именно своей трехлетней жизни и вспомнить нечего.

Щелчок.

— Образец распознан. Запустить процедуру инициализации системы.

В ушах зашумело, иглу — кто бы там ни был в темноте — вынули, и по шее потекла кровь.

— Отпусти нас! — Рион не сдавался, тем более что все им услышанное давало призрачную, но все же надежду, — отпусти. Нас. Обоих!

Жесткие щупы вцепились в него, переворачивая, а еще спустя несколько секунд Рион ощутил под ногами камень.

— Ним, — позвал он, — ты живой?

— Да, — выдохнула несостоявшаяся жертва, — не понимаю…

— Я тоже не понимаю, — согласился Рион, — но пока что кроме легкого кровопускания ничего плохого не случилось, верно?

Щелчок.

И грот озарился мягким изумрудным светом. Рион увидел, что не меньше половины пространства занимает машина, сложенная из устаревших вычисляющих модулей. Из боковых стенок тянулись к ним металлические щупы — именно на таком только что висели они в воздухе. И лишь потом увидел Рион людские останки под ногами — бог горы не отличался человеколюбием.

— Я хочу знать твой идентификатор, — брякнул он первое, что пришло в голову.

— Сигма-ноль-тридцать, — ответила машина.

— Зачем ты здесь?

— Я жду образец, соответствующий заданному.

«А я, значит, и есть тот самый заданный образец?»

— Почему ты убивал другие образцы? — полюбопытствовал Рион.