Королевство душ - Рена Баррон

Тай не принимает и не отклоняет приглашение моего отца. Дрожащими руками она смахивает со стола хлебные крошки. Терра ставит поднос и выскальзывает из комнаты, чтобы позвать Нези. Раньше это делала я. Всякий раз, когда у Тай случался приступ, я бежала за Нези – единственной, кто мог ее успокоить. Эпизоды всегда проходят, но тяжело видеть ее в таком состоянии.

– Суп сегодня был великолепный, – комментирую я, пытаясь вернуть ее к действительности. – Ты такой еще не делала.

Она хмыкает, но ее губы не шевелятся, и тишина пожирает ее слова. Интересно, расстроило ли ее известие об исчезновении детей? Пока она убирает со стола, я внимательно всматриваюсь в ее кожу – от переживаний она приобрела серый оттенок. Вдруг Тай перестает двигаться. Моя мама тоже не двигается, она молча сидит напротив меня. Тай вдруг отступает в угол, качая головой, ее глаза широко раскрыты, отчего они похожи на две потрепанные медные монеты.

– Достаточно только попросить, Тай, – говорит Арти напряженным голосом. – Я могу сделать так, чтобы это прошло.

Я прикусываю губу и сжимаю кулаки. Арти переняла один из даров бабушки – способность манипулировать разумом. Но и у ее способностей есть свой предел. Она не может заставить воспоминания исчезнуть навсегда – только похоронить их на время. Тай не отвечает Арти.

Когда Нези ковыляет в гостиную вместе с Террой, я облегченно выдыхаю. Ее взгляд скользит по нам, на лице появляется недовольная гримаса. Тай старше всех в нашем доме, а за ней следует Нези. Черные локоны старшей пронизаны серебром и торчат во все стороны. Я смотрю на ее покрытые шрамами руки. Они похожи на корни дерева – такие же узловатые и кривые. Она рассказывала мне, что обожгла их, когда черпала магию с неба.

– Я здесь, – раздается эхом хриплый голос Нези. Она не приближается к Тай, ведь это только ухудшит ситуацию. Еще ребенком я выяснила это слишком дорогой ценой. Нези царапает свои старые шрамы. Она всегда так делает, когда расстроена или взволнованна. – Хочешь, Арти тебе поможет?

Тай резко поворачивает голову, ее взгляд падает на подругу. Между ними есть взаимопонимание. Какой-то тайный язык, на котором говорят другие женщины в моем доме, но я не знаю его. Тай моргает в ответ, ее ногти впиваются в каменную стену, а дыхание становится резким и прерывистым. Вскоре я чувствую легкое прикосновение магии моей матери – словно пером провели по коже. Магия проносится по комнате, и Тай закрывает глаза. Она издает долгий стон, ощущая облегчение.

Пока Тай приходит в себя, отец велит Терре убрать посуду. К тому времени, когда она возвращается, Тай уже в порядке. На ее лице вновь маска строгой матроны. Она и Терра подают нам следующее блюдо: жареную рыбу с перцовой корочкой и мятный рис. Тай с благодарностью кивает Арти, и та отвечает ей тем же. Тень умиротворения появляется на лице нашей матроны, когда она возвращается на кухню с Нези и Террой. Я тоже чувствую облегчение.

Арти выглядит очень уставшей. Магия истощает людей – даже самых могущественных. Она вздыхает, ее кожа приобретает желтоватый оттенок, а глаза еще больше краснеют. Но она поправится: в отличие от шарлатанов, которые пользуются магией временно, у нее это не отнимает целые годы жизни. Магия с радостью отвечает на ее зов. Оше тоже выглядит усталым. С ним всегда так после долгого тяжелого дня. Мы только наполовину покончили с едой, и я все еще дрожу от случая с Тай. Оше объявляет:

– Утром я уеду, чтобы поохотиться на белого быка.

Мне не нужно спрашивать, зачем ему это. Я достаточно помогала ему в лавке, чтобы знать, для какой магии требуется белый бык.

– Мне не нужен защитный амулет. – Я злобно втыкаю вилку в рыбу-нить на тарелке. – Мне нужна моя собственная магия.

Арти сжимает челюсти, но ничего не говорит.

Мой отец сглатывает ком в горле.

– Не могу сказать наверняка, имеем ли мы дело с демоном. Нам они знакомы только по рассказам. Я пробовал провести ритуал, чтобы видеть сквозь пространство и время, но магия мне не подчиняется. У меня нет к этому особого таланта.

Я достала вилку из рыбьей мякоти и перешла к вонзанию ножа между костями.

Я могла бы помочь, унаследуй я хотя бы часть этого дара от Арти и бабушки. Я могла бы сделать что-нибудь, чтобы остановить похитителя детей и защитить Кофи. Но от меня никакого толку.

– Я сделаю тебе самый сильный защитный амулет, известный в пяти племенах. – Оше не замечает моего протеста. – Я уеду всего на несколько дней. Нужно отправиться в долину Алу, чтобы найти зверя.

– В долину Алу? – выпаливаю я. – Это же недалеко от Темного леса.

Территории крейванов.

Никто не видел их с тех пор, как они напали на Всемогущую армию в долине Алу. Это было много поколений назад. Мало кто в Королевстве отважится на такое путешествие, потому что никто не хочет искушать судьбу. С долины Алу началась династия и слава Омари.

Согласно одной детской сказке, дальний предок Руджека Ошин Омари был последним, кто сражался с крейванами. Ошин возглавил освободительный поход, чтобы оттеснить крейванов обратно в Темный лес. Тогда они угрожали границам нашего государства. Он разместил свою армию в долине Алу между самой южной точкой Королевства и Темным лесом. Крейваны, умные и хитрые, убили половину его людей за одну ночь.

Устав проигрывать, Ошин пошел в лес один, приказав своим людям не следовать за ним. Он углубился в болота, так и не увидев ни одного чудовища. Наконец он вышел на поляну. Они окружили его. Ошин вытащил свои скимитары, готовясь умереть с честью. Но они не нападали. Его храбрость произвела впечатление на их предводителя, и тогда ему предложили сразиться с ним в честном поединке. Мечи против когтей и зубов и кожи из древесной коры. Крейван был быстр и хитер, но Ре’Мек благоволит храбрым. Ошин выиграл, и крейваны уступили его доблести в бою. В знак уважения к его победе они обещали не вторгаться в Королевство, ибо их впечатлили его ловкость и смелость. Он забрал павшего крейвана с собой, а позже обнаружил антимагию в его костях.

– Рядом с Темным лесом, – повторяет Оше, – а не в нем, дочь моя. Долина Алу является безопасным местом вот уже на протяжении многих поколений. Именно там у меня больше всего шансов найти быка. Мы должны беспокоиться не только о похитителе детей, но и о людях, которые позволяют страху управлять ими.

Мой умоляющий взгляд встречается со взглядом матери. Если и есть что-то общее между моими родителями, так это упрямство. Я не хочу, чтобы мой отец уезжал, но я знаю, что нет смысла просить его об этом. В такой ситуации семья должна держаться вместе. Никто не в безопасности.

– Вы с провидцами сможете найти демона, не так ли? – шепотом спрашиваю я у матери.

Кольцо жрицы Ка звенит о ее тарелку. Сегодня у него цвет изумруда.

– Демон, человек, – вздыхает она, – я сделала все, что было в моих силах. Пусть Суран сам разбирается с этим. Защита Королевства – его обязанность.

– А если он не справится, тогда что? – выпаливаю я. – Пропадет еще больше детей.