Кровавое солнце - Мэрион Зиммер Брэдли

— Зачаточные телепатические способности плюс, подозреваю, эмпатия, — произнес Кеннард. — То есть вы улавливаете достаточно, чтобы чураться любого физического контакта.

— Ну, не то чтобы совсем уж любого… — усмехнулся Кервин.

Брови Кеннарда взлетели в сардонической усмешке.

— Любого, кроме искренней демонстрации душевного расположения, так?

Джефф кивнул, прокручивая в памяти немногочисленные случаи подобного рода.

— Сколько вам лет? Двадцать шесть? Двадцать семь? Что ж, наконец-то вы вернулись в свою стихию.

— Как бы не так в свою стихию! — огрызнулся Кервин. — Не подскажете, как я вписываюсь во всю эту неразбериху?

— Постараюсь, — Кеннард задумчиво сплел узловатые пальцы. — Полагаю, Элори сказала вам, что всего на Даркоувере семь семейств телепатов: Хастуры, Райднау, Ардуэ, Эльхалины, Альтоны — мое семейство, и Эйлларды — ваше.

— Пока что я насчитал шесть.

— Альдараны не в счет. — Лицо Кеннарда неожиданно посуровело. — Они продали наш мир землянам. Это долгая и постыдная история. Не хотел бы сейчас останавливаться на ней, даже если б у нас было время; правда, времени у нас все равно нет. В любом случае, вас это никак не касается. Но, с учетом того, что на Даркоувере всего шесть семейств телепатов — сами можете прикинуть, в каком все должны быть близком родстве.

— Вы хотите сказать, что обычно браки заключаются только внутри вашей касты? Между телепатами?

— Не только, — ответил Кеннард. — И дело не в каких-то официальных ограничениях. Но если вы телепат и долгое время вращаетесь в замкнутом кругу телепатов… это как наркотик. — Голос его дрогнул. — Вы совершенно отучаетесь… общаться с людьми со стороны. Вы настолько отвыкаете от обычного воздуха, что не можете больше им дышать. Посторонние раздражают вас; люди, которые не разделяют всех ваших чувств, побуждений, стремлений… не телепаты… они кажутся варварами или какими-то непонятными животными…

Недвижный взгляд его буравил пространство над головой у Кервина; вздрогнув, он пришел в себя.

— Ну да ладно. Из-за этой вот нашей… неспособности терпеть посторонних мы все в невероятно близком родстве в ментальном плане — даже ближе, чем в физическом. Смешанные браки могли бы спасти положение, но… большинство из нас на это не способны. — На мгновение Кервину показалось, будто он хотел еще что-то добавить и с трудом сдержался. — Так что, похоже, мы вымираем. Все меньше и меньше детей в каждом поколении наследуют ларан, или Дар. — Теперь он говорил быстро, по-деловому, без следа прежней горечи. — Среди комъинов существуют две фракции. Одна требует, чтобы мы до последнего придерживались древних обычаев и сопротивлялись любым переменам, пока не вымрем, а там уже все равно. Другая считает, что раз изменения порядка вещей все равно неизбежны, лучше выработать компромиссное решение с приемлемыми для нас условиями — чем ждать, пока навяжут неприемлемые. Нам необходимо было выяснить правду, о матричной науке. Вторая фракция считает, что посторонних можно — и должно — учить всему, что умеют комъины. Эта фракция была во главе Совета всего несколько лет; но именно в это время, всего поколение назад, появилась такая профессия, как матричные механики. Выяснилось, что обычных людей с крошечными задатками телепатических способностей можно научить пользоваться простейшими матрицами.

— Я встречал несколько таких.

— Следует помнить, — продолжал Кеннард, — что все осложнялось успевшим сформироваться с незапамятных времен очень эмоциональным отношением к… обсуждавшемуся вопросу. Это ведь была почти религия. Какое-то время комъины считались чуть ли не духовенством. Особенно Хранительницы… они были объектом самого настоящего религиозного поклонения; дело доходило до откровенного фанатизма. Даже теперь… ладно, впрочем, речь не о том. Теперь — при чем тут ты.

Тридцать лет назад — а я тогда был еще совсем юнцом — Хранительницей была Клейндори Эйллард, Золотой Колокольчик. Она происходила из одного из самых знатных на Даркоувере семейств и входила полноправным членом в Совет комъинов. Она была моей молочной сестрой, и я очень любил ее. — Кеннард замялся; в лице его снова появилась горечь. — Клейндори была Хранительницей. Это означало, что она — кроме того, что была вай леронис — давала обет девственности. Но Клейндори считала, что все это сплошные предрассудки. В глубине души она была… наверно, вы бы назвали ее реформатором. Она всячески боролась с новым руководством Совета, насаждавшим тотальную секретность и квазирелигиозный статус комъинов. И в конце концов она сбежала из Арилинна. С землянином.

Джефф уже начинал догадываться; и все равно это был шок.

— С Джеффом Кервином? Моим отцом?

— Да, — кивнул Кеннард. — Вот почему Остер ненавидит тебя, вот почему для некоторых твое появление на свет — святотатство. Впрочем, у Остера есть особенные причины для горечи. Клейндори бежала не одна, и всех их Совет объявил предателями. Остер тоже родился среди землян и, хотя сам этого не помнит, тоже какое-то время жил в Приюте Астронавта. Нам удалось заполучить его назад, и это не менее загадочная история. — Кеннард улыбнулся. — Но Совет был крайне возмущен святотатством, что совершила Клейндори; и одно твое появление на свет они готовы были счесть личным оскорблением — как же, сын Хранительницы, поправшей священные обеты, и (о, ужас!) землянина. Тебе еще повезло, — он снова помрачнел, — что тебя отправили на родину отца. Было немало фанатиков, готовых убить сына предателей в святой уверенности, что мстят за поруганную честь вай леронис.

Кервин похолодел.

— Но в таком случае, — спросил он, — какого черта я тут делаю?

— Времена изменились. Мы вымираем. С каждым годом нас становится меньше и меньше. В Арилинне есть Хранительница, в полной мере унаследовавшая ларан; на всем Даркоувере наберутся еще двое-трое с ограниченными способностями, плюс подрастают несколько маленьких девочек, которые когда-нибудь, возможно, станут Хранительницами. Фанатики или повымирали, или с возрастом стали менее твердолобыми. Сменилось руководство Совета. Когда ты вернулся на Даркоувер, не так уж сложно было догадаться, кто ты такой. Потом Элори увидела тебя на матричном экране и подтвердила мои подозрения. Она выступила за тебя на Совете, и я поддержал ее. Если есть хоть малейший шанс, что ты унаследовал ларан … в общем, не то у нас положение, чтобы разбрасываться такими возможностями. Мы тебя позвали; ты откликнулся на зов. И вот ты здесь.

— Да, и вот я здесь. Чужак…

— Не совсем чужак, — возразил Кеннард. — Иначе ты не прошел бы сквозь Вуаль. Может, ты уже догадался, что мы не любим, когда поблизости не-телепаты. Это очень болезненно — особенно во время работы. Вот почему нам прислуживают одни только кирри; вот почему все хозяйство лежит на Месир, хотя она давно не работает с матрицами. У кирри есть некоторые телепатические способности, но они… работают только на прием. С точки зрения обычного человека, они глухи и немы. — Он улыбнулся. — С тобой я не чувствую ни малейшего напряжения. Это хороший знак.