Кровавое солнце - Мэрион Зиммер Брэдли

— Как тебе должно было быть одиноко… — произнесла Таниквель, не отпуская Кервина.

«Всю жизнь, — подумал он, — я искал корни».

«Теперь ты их нашел».

— Не хотелось бы прерывать столь трогательную сцену… — начал Остер. Таниквель, пожав плечами, отстранилась от Кервина, но продолжала сжимать его ладонь. Остер же все говорил, но снова на диалекте, которого Кервин не понимал.

— Прости, — сказал Кервин на кахуенге, когда Остер подошел к нему, — но я тебя не понимаю.

Остер, повернувшись к Кеннарду, пожал плечами.

— Ты что, совсем его не понимаешь? — удивился тот.

— Нет, и это чертовски странно, потому что и вас, и Таниквель я понимаю прекрасно.

— А из того, что я говорю, ты тоже все понимаешь? — поинтересовался Раннирл.

— Да, практически все; кроме каких-то отдельных слов.

— Джефф, скажи-ка мне — только быстро, не задумываясь — на каком языке я сейчас говорю?

«На диалекте Тендары», — хотел было ответить Кервин, но в замешательстве замер.

— Именно так, — кивнул Кеннард. — Это-то первым нам и бросилось в глаза. Сегодня вечером я заговаривал с тобой на четырех разных языках, а Раннирл на пятом, и ты все понимал, даже не задумываясь. Но когда говорит Остер, ты понимаешь едва ли половину — если он говорит не на кахуенге. Ты самый настоящий телепат. Наверняка тебе всегда очень легко давались языки, правда? — Он вновь кивнул, не дожидаясь ответа Кервина. — Так я и думал. Ты сразу схватываешь мысль, не дожидаясь слов. Но с Остером у вас, похоже, просто разные частоты.

— Может, со временем это пройдет, — сказала Элори, — когда они-получше узнают друг друга. Так, ладно; о том, что слабой экстрасенсорной перцепцией он обладает, мы знали и раньше, иначе его б тут не было. Что дальше?

— Техник у нас ты, — отозвался Кеннард, поглядев на Раннирла.

— Позвольте взглянуть на вашу матрицу, — обратился тот к Джеффу.

Кервин извлек из кармана кристалл. Стоило пальцам Раннирла коснуться матрицы — и Джефф мгновенно ощутил смутное, ползучее чувство дискомфорта. Повинуясь неосознанному импульсу, он выхватил у Раннирла свой кристалл, и неприятное ощущение тут же исчезло. Джефф ошеломленно уставился на собственные руки.

— Так я и думал, — кивнул Раннирл. — Он умудрился — пусть и грубовато, неосознанно — настроиться под матрицу.

— Такого раньше не было ни разу! — произнес Кервин.

— Наверно, это случилось, когда мы вели тебя через Старый город, — сказала Элори и протянула свою узкую ладонь. — Можно мне, Джефф?

Собравшись с духом, Кервин позволил Элори взять кристалл. Ему показалось, он чувствует, как легкие руки касаются его оголенных нервов, но прикосновение не было болезненным; скорее — даже успокаивающим.

— Я — Хранительница, — пояснила Элори. — Я могу подстроиться под кого угодно. Тани?

Таниквель положила на ладонь матрицу Кервина, и тот ощутил, что чувство дискомфорта окончательно сходит на нет. Тани улыбнулась и свободной рукой обвила Кервина за талию.

— Мы с Джеффом все еще в раппорте[3], — сказала она, — так что это не считается; потом попробую еще раз. Корус?.

Кервин невольно поморщился, ощутив по всему телу сильное покалывание; Корус вздрогнул, словно ужаленный, и быстро передал кристалл Кеннарду. Прикосновение того не было явно болезненным; Джефф ощутил только слабый малоприятный зуд. Кеннард передал матрицу Остеру.

У Остера перехватило дыхание, и кристалл выпал у него из рук, словно раскаленный уголь. Кервин судорожно дернулся и почувствовал, как задрожала у него под рукой Таниквель и отстранилась. Она подобрала выпавший кристалл, и боль утихла. Кервин перевел дыхание. Остер был белый, как мел; его колотило.

— Великий Зандру! — прошептал он, и во взгляде его, направленном на Джеффа, был не столько гнев, сколько страх. — Честное слово, Кервин, я не нарочно.

— Он знает, знает, — успокаивающе Сказала Таниквель.

Выпустив руку Джеффа, она поспешила к Остеру, обняла за талию и стала поглаживать по плечу. Кервин изумленно замер; он ощутил укол самой настоящей ревности. Да как она может — разорвать такой близкий эмоциональный контакт с ним и суетиться над этим, чертовым Остером? Не обращая внимания на ревнивый взгляд Кервина, Таниквель заставила Остера опуститься на диванные подушки, и в конце концов напряженные складки на лице у того разгладились.

Элори подобрала упавший кристалл и вручила Кервину.

— Очевидно, матрица настроена под тебя, — произнесла она. — Теперь ни в коем случае не позволяй никому ее трогать, если не уверен, что вы в раппорте. Это может закончиться болевым шоком.

Джефф сунул кристалл в карман и сердито покосился на Таниквель, чувствуя себя покинутым.

Губы Раннирла дрогнули в короткой сардонической усмешке.

— И весь сыр-бор — лишь затем, чтобы подтвердить факт, понятный с самого начала, когда ты явился с окровавленной физиономией — что вы с Остером не больно-то друг с другом ладите.

— Им придется поладить, — напряженно произнесла Элори. — Мы не можем позволить таких трений в Башенном Круге.

— Мое мнение ни для кого не секрет, — не раскрывая глаз, произнес Остер на кахуенге. — Но я же сказал, что подчинюсь решению большинства, и назад своего слова не беру.

— По крайней мере, честно, — согласился Кеннард и обвел взглядом всю группу. — Структурный тест? — предложил он.

Кервин внутренне подобрался. Пока что тесты были достаточно простенькими; но теперь Кеннард озабоченно хмурился, а Таниквель снова сжимала ладонь Кервина.

— Если он сумел сам самостоятельно настроиться под матрицу, — с надеждой произнесла она, — может, и со структурой получится само собой?

— Может, и свиньи умеют летать, — в тон ей отозвался Кеннард. — Можно было бы даже поэкспериментировать; только сомневаюсь, выйдет ли что-нибудь. Кервин… — Секунду-другую он помолчал, изучающе разглядывая землянина. — Достань-ка кристалл… Нет-нет, оставь его у себя, — отвел он руку Джеффа, когда тот уже собрался вручить Кеннарду матрицу. — Тани, дай-ка мне твой бокал.

Он поднял хрустальный кубок на уровень глаз.