Бродяга Гора - Джон Норман

— Возьму ту, что в алькове, — сказал я Тасдрону и кинул монету на заляпанный прилавок.

— Она твоя, — ответил Тасдрон, протирая кубок для паги мягким полотенцем. Я пересек таверну и вошел в альков. Там, у стены, выложенной красной плиткой, дожидалась на коленях обнаженная блондинка. Отвернувшись, я задернул и застегнул тяжелые кожаные занавеси, после чего снова обратился к ней.

Запястья рабыни были привязаны к железным кольцам по обе стороны ее тела, чуть ниже уровня плеч. Предыдущий клиент, воспользовавшись девушкой, оставил ее в этом положении, и не подумав освободить. Меня это вполне устраивало, ибо я собирался допросить эту рабыню.

Девушка стояла коленями на рыже-красных мехах в тусклом свете крохотной коптилки с жиром тарлариона.

— Что угодно господину? — спросила она, вжимаясь спиной в красную плитку.

— Помнишь меня? Я тот самый малый, который на пари бился в этой таверне врукопашную и к которому потом стал задираться пират по имени Клиомен. Тогда меня выручил некто Каллимах.

— Да, господин, — отвечала она. — Я находилась здесь и все помню. Это Каллимах из Порт-Коса.

— Он когда-то был воином, да?

— Среди девушек хотят такие слухи.

— А раньше ты меня не видела?

— Навряд ли, господин. Я всего лишь рабыня.

— А вот мне показалось, будто в тот раз ты смотрела на меня по-особенному, словно я тебе знаком.

— Это правда, господин. Мне действительно показалось, будто я видела тебя раньше. Но почему — я и сама не знаю.

— Ты всегда была рабыней?

— Нет, господин, я родилась свободной женщиной.

— На Горе? — уточнил я.

— Нет, господин, — девушка улыбнулась. — Боюсь, что на Горе таких женщин, как я, считают созданными для рабства.

— Так где же ты была свободной? — спросил я.

— В далеком, нездешнем мире.

— Где не существует рабства?

— Да, господин.

— Как тебя зовут?

— Пегги, если гак будет угодно господину.

— Это земное имя, — сказал я, — Ты с планеты Земля?

— Да, господин, но, пожалуйста, не бей меня. Я ведь не виновата, что родилась на Земле, и сделаю все, чтобы угодить тебе. Из земных девушек выходят превосходные рабыни.

— Ты говоришь по-английски? — спросил я.

— Да, господин, — ответила девушка по-английски.

— Какое имя было у тебя на Земле?

— Пегги, — проговорила она, — Пегги Бакстер.

— Где ты работала?

— В городе под названием Нью-Йорк, в тамошней таверне, которую называли рестораном.

— Да! — воскликнул я. — Именно!

— Что, господин? — растерянно произнесла она.

— Я вспомнил. Это было там.

— Где?

— На тебе были черные туфли на высоких каблуках, без ремешков.

— Лодочки, — поправила Пегги.

— А еще чулки в черную сеточку, черная мини-юбка и белая блузка с длинным рукавом и глубоким декольте. И черная лента в волосах.

— Не чулки, а колготки, — покачала головой Пегги, — У меня их забрали.

Я понимающе кивнул. Мужчины Гора редко позволяют рабыням прикрывать свои прелести.

— Очевидно, я был не единственным, кто видел тебя. Некто рассудил, что на Горе ты сможешь стать прекрасной рабыней.

— Именно так, господин.

— Не могу не воздать должное вкусу этих людей.

— Спасибо, господин.

— Как же случилось, что ты попала сюда?