Последний дракон - Йон Колфер

– Так ты не посылал пацана снять на видео, как я проворачиваю дело? – уточнил Хук.

– Нет, черт дери, не посылал! – заорал Рокэ. А потом сообразил подоплеку такого вопроса. – То есть ты мне тут говоришь, что пацан тебя заснял?

– Возможно, – признал Хук. – Камера имела место. Практически уверен, что ее разнесло на куски, но нынче конструкцию им таки лепят усиленную.

– И во время дела ты, случаем, не упомянул ли Айвори?

– А вот это вопрос уместный, – произнес Хук. – Я, возможно, передал от мистера Конти сообщение – «Это от Айвори», в таком духе.

– Ну не заебись ли, – выругался Джи-хоп. – Просто, сука, превосходно. Лучше б мне тебя, Хук, просто прикончить. Серьезно.

В ответ на угрозу Хук рассмеялся.

– Лучше б тебе не нести пургу, сынок, или кончишь братишка, понимаешь, к чему я?

– Охренеть, – снова ругнулся Джи-хоп. – Что за гребаный бардак. Я доверил дело тебе, Хук, потому как ты клялся, что весь из себя способный и скрытный. Способный и скрытный, твои слова, не мои.

– Я и есть скрытный, – огрызнулся Хук, чувствуя, как сдавливает грудь. – Был скрытный – как и мудак в кустах.

– И ты решил, что я заслал соглядатая? – поинтересовался Россано Рокэ. – Чтобы удержать тебя на поводке.

– Мелькнула мыслишка.

Джи-хоп помолчал, размышляя, потом заговорил:

– Ладно. Я вот что думаю, коп. Может, я и правда заслал соглядатая, а значит, Айвори тебя имеет. С другой стороны, он и так тебя имеет, и еще массу таких, как ты. Но я говорю, что соглядатая не засылал, а значит у тебя по болотам скачет проблемка. На твоем месте я бы предположил, что я этого соглядатая таки не засылал, и начал искать его вдоль и поперек, потому как даже если это я его заслал, ни хера ты с этим все равно не сделаешь.

Звучало справедливо, пришлось признать Хуку, хоть и про себя. Если видео у Айвори, то теперь оно заперто в его кабинете в знаменитом суперсейфе, куда Хук без спеца не влезет. Если видео у Айвори нет, значит, оно у кого-то из Ридженсова прихода, и лучше б ему поскорее разгрести сие дерьмо, пока съемка таки не попала в руки Айвори.

– Тот пацан, который тебя заснял, – произнес Джи-хоп. – Если не от Айвори, то местный, так?

– Верно, – согласился Хук.

Еще одно справедливое наблюдение от Рокэ.

– Есть среди местных пацан, кому охота от тебя избавиться? Знающий байу?

– Епт, полковник, их с пару дюжин. Но я знаю, кто в этом хит-параде на первом месте.

«Пшик Моро, – подумал Хук, и тут же ощутил, что попал в точку. – Крысеныш ненавидит меня за будущие отношения с матушкой. Если снимал он, то когда видео проиграют перед присяжными или еще что похуже – вопрос времени».

«А вот перед нами, ваша честь, момент, где констебль Хук потрошит контрабандиста ножом. Очень хорошо видно кишки».

«И судья такой: “Выруби эту дрянь. Я только буррито съел”».

Джи-хоп, между тем, ждал его мнение.

– Ну, – подал голос «ниндзя», – есть ли мысли по поводу?

Хук не торопился.

– Скажу тебе одну вещь, Джи-хоп, – наконец сказал он, – ни с каким судьей я ни черта не намерен говорить о буррито.

Что чертовски сбило Россано Рокэ с толку.

«Что мне в нем и нравится», – подумал Хук и, не говоря ни слова, сбросил звонок.

«Пшик Моро», – подумал Хук, и сердце забилось так, что чуть ребра не трещали.

«Пшик, мать его, Моро», – подумал Хук, и зрение померкло.