Зов страсти - Маргарита Чижова

— Немедленно перестаньте! Вы смущаете меня!

— Нельзя стыдиться своего тела, особенно — такого прекрасного!

— Откуда вы знаете, что оно прекрасно, если ничего не видите? — я смело шагнула в воду, которая оказалась теплой, как парное молоко.

— Красота есть в каждом, нужен лишь тот, кто сумеет ее оценить, — Ролло мечтательно улыбнулся.

Плыть было легко и приятно. Я держалась на воде не так уверенно, как эльфийский лорд, боясь угодить в холодный ключ или какой-нибудь утягивающий на дно омут.

— Здесь водятся змеи? Или какие-нибудь хищные твари?

Капитан задумался:

— Если я скажу правду — вы испугаетесь, но и омрачать этот вечер ложью у меня нет ни малейшего желания. Придется уйти от ответа.

Он нырнул и только круги разошлись по поверхности озера. Я пренебрежительно фыркнула. Ролло! Каков хитрец! И наглый тип!

Ролло. Где он?

Я озиралась, ища его взглядом. Время неумолимо бежало вперед, но лорда нигде не было видно.

Ролло. Сердце лихорадочно забилось, кровь застучала в ушах.

— Лорд Ролло? Ролло! Ролло! — я уже кричала с надрывом и отчаяньем.

Тень из глубины промелькнула так быстро, что я не успела отпрянуть, когда она очутилась на расстоянии вытянутой руки от меня. Эльф жадно глотнул воздух, резким жестом отбросил со лба мокрые волосы и закашлялся. Прочистив горло, он улыбнулся и самодовольно заявил:

— Вы наверняка слышали о знаменитом сокровище гоблинов — пещерном жемчуге. Однако вряд ли знаете, что местный озерный жемчуг можно легко выдать за морской. И мало кто заметит разницу.

На его раскрытой ладони лежала бледно-фиолетовая каплевидная жемчужина:

— Это вам. На память о нашем странствии.

Мои глаза округлились от удивления:

— Как вы это сделали?! Признавайтесь! Такое просто невозможно! Я отказываюсь вам верить!

— Ловкость рук и только.

— Какая здесь глубина? — я посмотрела вниз.

— Не советую проверять, — посерьезнел эльф. — Достаточно глубоко.

— И вы смогли отыскать там раковину? И открыли ее голыми руками?

— Я научился многим искусствам у зеленокожих. Они добывают жемчуг летом, когда вода низка. Ищут песчаное или илистое дно. Гоблины — весьма посредственные пловцы. Они предпочитают ходить вдоль берега, поднимая и раскрывая все ракушки без разбора. Порой из сотен выловленных, только в одной оказывается жемчужина, да и та со временем тускнеет. Самые отчаянные пробуют нырять, хотя погружение на большую глубину опасно для жизни и вредит их здоровью. Секрет в том, чтобы нырять наверняка. Это невероятное ощущение, когда в абсолютной темноте и безмолвии, стремишься вперед, подобно стреле, летящей в цель, и пальцы на мгновение погружаются в песок, чтобы цепко схватить добычу. Я слышал легенды о ныряльщиках, способных с помощью веревки и привязанного к ней камня одолеть глубину в пятьдесят локтей. Мои способности гораздо скромнее. И я не соблюдаю необходимых ритуалов.

— Расскажите о них, — попросила я, охваченная жгучим интересом.

— В день погружения ныряльщик ничего не ест, чтобы сделать свое тело легче. Он тщательно моется, не желая оскорбить земной грязью духов воды. Потом начинает петь в полный голос, очищая легкие и вдыхая как можно больше воздуха.

— Но... я полагала, что раковина — слишком крепкая, и открыть ее можно только острым ножом.

— Это второй секрет, — засмеялся лорд Ролло. — Расскажу на берегу.

Он поплыл на мелководье, делая широкие, мощные гребки, выбрался на берег и, чуть замешкавшись, скрылся в кустах.

Когда я вышла из воды, эльф был уже полностью одет и складывал ветки для будущего костра.

— Говорят, — хитро прищурился капитан, — Что у жемчуга, как и у страсти, семь цветов, но бесчисленное множество оттенков. Первый цвет — легкая увлеченность, когда два сердца едва знакомы, и что-то побуждает их прислушиваться друг к другу. Второй — романтический порыв, искры, вспыхивающие и гаснущие одновременно, общие увлечения и зарождающееся доверие. К третьему ведут взаимные обязательства, совместное преодоление трудностей, которое вынуждает открываться друг другу все больше. Четвертый связан с потаенными желаниями: кто-то пылко клянется в любви, другой планирует свадьбу и жизнь на годы вперед, иной лишь робко надеется на взаимность, осознавая всю силу разгоревшегося в груди пожара. Пятый — отчаянный поиск близости, необходимость видеться каждый день, говорить, прикасаться, дарить нежность, делиться самым сокровенным. Шестой — стойкая привязанность, когда перед силой взаимного чувства меркнут и пространство, и время. Двоих могут разделять годы и расстояния, но их сердца всегда будут рядом. Даже смерть не сможет разрушить этот союз. Эльфы называют его просто: "Ты — во мне, а я — в тебе..." Однако вершиной всех любовных страстей является самая светлая и желанная — седьмая. Она — совершенство, вобравшее в себя все прочие цвета и оттенки. Именно такой союз и сулят альвэ, цветы счастья. Каждая влюбленная пара в чем-то похожа на других, они — как сияющие ракушки, но кому-то суждено вырастить жемчуг, а кому-то достанется только пустота.

Он постучал камнем о камень, высекая искры, подул на них, и среди веточек несмело поднял алый язык трескучий огонь. Я нежно перекатывала пальцами драгоценную жемчужину:

— А какую из страстей символизирует этот цвет?

— Он рождается от слияния двух самых могучих стихий — красного огня и синей воды.

— Значит, шестую?

— Значит, шестую.

— Лорд Ролло...

— Я знаю, о чем вы хотите спросить, — нахмурился капитан. — Не ждите от меня ни клятв, ни признаний. Они абсолютно неуместны. Из придворной жизни я вынес один очень важный урок: правда ранит, ложь отравляет.

— Мне следует поблагодарить вас за подарок, — я присела рядом с эльфом и поцеловала его в щеку. — И за все, что вы для меня делаете.

— Не стоит благодарности. Я выменял эту жемчужину у Хока и спрятал в потайном кармане на ремне. Ждал удобного случая, чтобы вручить вам. А потом вдруг подумал: мы все ближе к Юастаму, случай может так и не выпасть. Перед купанием я решил захватить ее с собой. Не знаю зачем, руки сами потянулись. Возникла мысль: если вы не сдержите обещание и будете подглядывать за мной, значит у вас ко мне отнюдь не дружеский интерес. Леди не должна оправдываться. Даже за ложь. И уж тем более за то, что откликнулась на зов страсти. Скоро наступит день разлуки. Нам придется расстаться навсегда. Вы узнаете всю прелесть седьмого цвета, а я пойду дальше своей дорогой. Сохраните мой подарок и хотя бы изредка вспоминайте обо мне.

— Я знала, что вы лжете!

— Нет, не знали, — самодовольно ухмыльнулся Ролло. — Вы поверили каждому моему слову: и правдивому, и выдуманному. Будьте осторожны в Юастаме, не попадитесь в сети негодяев. Я не смогу всегда быть рядом и защищать вас от чужой подлости.