Драконов бастард - Илья Крымов

— Наглеете, юноша. Вы пока что не архимаг, чтобы самому себе имя выбирать.

— Знаю, ваше могущество, но это всего лишь нижайшая просьба!

Гаспарда с громким сопением уставился на Тобиуса.

— Давайте, что у вас там? Кем мечтаете называться? Разрушителем? Грозным? Что у вас на уме?

— Моль!

— Что?

— Моль! Если вас это не затруднит, если вы окажете милость и пойдете мне навстречу, я бы хотел зваться Тобиусом Молью!

— Это шутка у вас такая, чар Тобиус? Боевой раж еще не прошел? Может, вас еще и Сыном Безымянного наречь?

— Я не посмел бы над вами шутить, ваше могущество! Прошу, рассмотрите мое предложение! Если это возможно, дайте мне именно это имя!

Великий пиромант дернул щекой.

— Моль так Моль. Чар Бородо, запишите, теперь в Академии есть магистр по имени Тобиус Моль. До чего мы дошли…

— Уже записываю, чар Гаспарда, — кивнул великий големостроитель.

— Вот и славно. А теперь ступайте прочь, чар Тобиус Моль! Приведите себя в порядок и возвращайтесь завтра.

Тобиус покинул аудиторию в одиночестве, так и не дотронувшись до посоха и меча Ашария. Вокруг было множество волшебников, но все они держались в стороне от него. В одиночестве же он вышел на площадь. Не отходя далеко от главной башни, Тобиус сел на каменную скамью и окинул взглядом статуи основателей. Дышалось тяжело, запас магических сил почти иссяк. Кто мог подумать, что придется так выложиться в показательном бою!

— Вы всех изрядно удивили, чар Тобиус. — Маг с усталыми глазами сел на другой край скамьи.

— Чар… Фасилех Самум, верно?

— Просто Фасилех. Раз уж мы оба теперь магистры.

— Да… оба… ваша способность управлять песком весьма впечатляет. Большинство геомантов этого не могут.

— Да, они не могут на него опереться, не чувствуют в нем любимой ими твердости. Благодарю, — улыбнулся Самум, — но это мутация генома, а не приобретенный навык. Нельзя этому научиться, а следовательно, все мои заслуги делятся на два. В вашем же случае каждый успех вдвое ценнее.

— Неужели? — без особого интереса спросил серый волшебник. Он слишком вымотался, чтобы изображать внимательного собеседника, тело ныло, живот сводило судорогой.

— Да. Всем известна тяжесть развития серого Дара. В Академии нет и не было техник для помощи серым волшебникам, поэтому они и считаются слабыми. Никто не знает, как надо вас учить. Но вы, видимо, сами развиваетесь, без посторонней помощи. Шарите впотьмах, с потом и кровью пробивая себе путь. Много плохого можно сказать о магах, чар Тобиус, но уж если мы ценим что-то наравне с властью, то это старание, трудолюбие и усердие.

— Благодарю. Простите, я должен кое-что сделать.

Тобиус увидел Никадима Ювелира, спускающегося по ступеням главной башни.

— Ваше могущество!

— Тобиус! Ты в порядке? Кровь из ушей не течет? Ничто нигде не кипит?

— Нет. Я устал, но Ашарию, кажется, пришлось хуже. Ваше могущество, я хотел просить вас о помощи в некотором вопросе. Сейчас, когда экзамен пройден, я должен переговорить с Гаспардой.

Никадим удивленно наморщил лоб.

— А с Джассаром Ансафарусом тебе переговорить не надо? — с легкой улыбкой спросил он.

— Прошу прощения за наглость! Еще раз! Но я должен сообщить ему нечто важное, касающееся не только меня, но и всей Академии! И даже Церкви! Поверьте, ваше могущество, я не лгу и не преувеличиваю!

— Тише, тише, я знаю, что ты не склонен к таким вещам, это правда, — протянул Никадим Ювелир. — Но зачем?

— Речь пойдет о нарушении закона. Не о том, о чем мы с вами говорили. Я имею в виду колдовство и запретную демонологию, аморальные эксперименты над людьми, убийства и некротические практики.

— Постой-постой! — резко оборвал его архимаг. — Если все это имеет место быть и ты знал о чем-то подобном по приезде, то почему молчал целую неделю? Ты что, с ума сошел?

— У меня были причины. — Тобиус старался говорить ровно, но голос постоянно норовил вырваться из-под контроля и дать петуха. — Одна из них такова, что человека, повинного во всем этом, я убил собственноручно. Вторая причина: в этом деле уже разбирается Орден Петра и Святой Официум. Мне нужно было время… я виноват, простите.

Никадим нервно пожевал губами, огляделся, убеждаясь, что никто не набросил на них подслушивающих чар, и склонился к бывшему ученику.

— Гаспарда очень занятой волшебник. Но если все это действительно правда, завтра у тебя будет несколько минут. Это самое большее, что я могу сделать.

— И я понимаю, как это много! Благодарю вас, ваше могущество! — Тобиус глубоко поклонился.

— Постой-ка, отрок, — задержал его Никадим. — Ответь-ка мне — почему «Моль»?

Молодой волшебник нахмурился, припоминая все передуманные мысли.

— Потому что я Тобиус Моль, а моли бывают и красными, и черными, и желтыми, и коричневыми, и оранжевыми, и белыми, и пестрыми, и серебристыми, и лазурными, а не только серыми. Когда-нибудь будет так, что никто не сможет использовать это слово как оскорбление, потому что оно будет накрепко связано с моим именем. С именем, которое будут упоминать почтительно.

— Хм…

— Да. А «Сын Безымянного» просто не очень понятно звучит, поэтому я выбрал «Моль».

— Ну-ну. Встретимся завтра перед церемонией, чар Тобиус.

— Всенепременно!

Вернувшись к лавке, Тобиус нашел магистра Фасилеха на прежнем месте.

— Не хотите выпить?

— Я, увы, должен экономить средства.

— А я пока могу себе позволить. И вам тоже. Идемте, я знаю несколько неплохих мест. А скажите, чар Фасилех, откуда у вас проблемы с финансами?

Самум выдавил неловкую улыбку.

— Не поверите, чар Тобиус, но никому не нужны услуги повелителя песка в стране, где не так много песка.

Маги пошли по каменной дороге к воротам Академии.

— Ну тогда поезжайте куда-нибудь, где есть песок.

— Уж не в Семь ли Пустынь?

— А хоть бы и туда, — пожал плечами Тобиус.

— Ну нет! Не хочу, чтобы меня оттуда тоже погнали, как нашего дорогого Мабурона, да будет он жив, цел, здрав!

— Не будем забывать о том, насколько дурной нрав у Мабурона Прилива. Посадите его в пустую комнату наедине с зеркалом — он и там сможет скандал устроить.

Фасилех Самум искренне хохотнул.

— Подумайте, чар Фасилех. У нас с некромантами Черных Песков вялотекущий конфликт идеологий, но при некоторых обстоятельствах можно ужиться и среди них. Думаю, ваши таланты будут оценены по достоинству местными правителями.