Попаданка в академии драконов - Любовь Свадьбина

Подхватываю подол, степенно спускаюсь по лестнице. Арендар снова смотрит на меня, слегка улыбается, я улыбаюсь в ответ. В его позе и походке уже меньше напряжения.

С лестницы мы почти сразу попадаем в небольшую столовую. Слева, почти загороженный двумя креслами и столиком, бодро полыхает камин. Справа у окна сервирован овальный стол, в бутылках и бокалах отражаются огненные блики.

Арендар подводит меня к этому столу. Отодвигает стул. И когда я начинаю присаживаться, он поднимает стул и меня вместе с ним, аккуратно задвигает.

— Э… спасибо, — схватившись за столешницу, выдыхаю я, не понимая: то ли он силу все же не рассчитал, то ли у них принято так девушек усаживать.

— Не стоит благодарности. — Арендар устраивается напротив.

Смотрит на меня. Молча. Испытующе. И у меня внутри все начинает подрагивать.

— Мило тут у тебя. — Оглядываю комнату, но то ли от волнения, то ли от смущения едва замечаю богатое убранство. Даже не могу сказать, натюрморты оправлены в золотые рамы или пейзажи. — Ничего, что я так по-простому с тобой разговариваю? Ты же принц, наследник…

— Все хорошо. С мамой… с мамой мы наедине всегда общались так, по-простому. — Он опускает ладонь на стол, и кончики его пальцев мягко касаются моих. — Она тоже из непризнанного мира.

От его прикосновений по телу пробегает волна то ли тепла, то ли дрожи, и сердцебиение учащается. И кажется, к щекам приливает кровь.

— Мм. — Отчаянно хочу избавиться от ощущения неловкости. — Слышала, она пропала.

— Да, когда мне было одиннадцать, она вышла в сад, и больше ее не видели.

— Императрица пропала так просто? — восклицание вырывается прежде, чем я успеваю задуматься, каково Арендару от такого вопроса.

— Не просто. На самом деле это совсем не просто — бесследно исчезнуть из императорского сада, даже если ты императрица.

— Прости, не хотела напоминать… — Опускаю взгляд.

Наверное, мне стоит отодвинуть руку, но Арендар не спешит этого делать, более того, кончики его указательного и среднего пальцев будто невзначай накрывают мои.

— Ничего страшного, я уже привык…

— И все же…

— Мне действительно неприятно об этом вспоминать, но в остальном… В остальном ты будишь самые светлые воспоминания моей жизни, Валерия.

К лицу приливает горячая волна. Морально меня никто не подготовил ни к таким комплиментам, ни к томным ноткам в его сильном, будто созданном приказывать голосе.

— Лера… Называй меня Лера, — нервно прошу я, чтобы не отвечать на его странную фразу. — Мне так привычнее. Валерия — это слишком официально… как на экзамене.

Поглаживая кончики моих пальцев, Арендар медлит.

— Наедине можешь называть меня Арен.

Градус неловкости резко подскакивает: что он творит? Что я молчу? И что вообще делать? Подобных разговоров с наследными принцами у меня еще не было, да и с просто принцами тоже, я совершенно не знаю, как себя вести.

— Проголодалась? — так и не дождавшись от меня ответа, интересуется Арендар.

Киваю. Надо брать себя в руки, в конце концов, Арендар хоть и принц, но тоже человек, в смысле живое существо, и смущаться перед ним глупо.

Арендар отпускает мою руку, чтобы позвонить в миниатюрный колокольчик.

Возле нас возникают трое невозмутимых слуг в черных ливреях, выставляют тарелки на стол: прямоугольник мяса с цветами из овощей, желтые палочки, салаты, пирожные.

Взмах руки Арендара, и слуги мгновенно исчезают.

— Я попросил подать сразу все. Не хочу, чтобы нам мешали.

Не собиралась смущаться, но что-то в интонациях его голоса, в самой этой фразе есть такое, что лицо опаляет жаром.

Откупорив бутылку, Арендар разливает в бокалы светлое игристое вино, источающее хмельной персиковый аромат.

Наконец беру себя в руки — насколько это возможно, когда красивый мужчина ласкает тебя неотрывным взглядом золотистых глаз, — и задаю вопрос, ответ на который мне обещали дать на ужине:

— Почему ты подошел ко мне на инициации?

Отставив бутылку, Арендар внимательно смотрит на меня, будто ищет ответ на этот вопрос. Я обхватываю бокал ладонями — плевать, если это не по этикету, — и вдыхаю насыщенный аромат. Даже запах вина пьянит. Арендар поднимает свой бокал. Неотрывно глядя на меня, делает маленький глоток. На мгновение его зрачки расширяются, и снова золотистые радужки занимают положенное им пространство.

— Мне доложили, что прибыла девушка из непризнанного мира, — окутывает меня бархатом голоса Арендар. — Я собирался только взглянуть на тебя. Не знаю, что на меня нашло, но я остановился, а потом… — Он невесело усмехается и делает глоток побольше. — Ты сама знаешь, что случилось дальше.

— Лучше не напоминай.

Я и так прекрасно помню: и бурную реакцию свидетелей инициации на его заботу обо мне, и то, как он меня на руках нес, и приглашение в ложу, и спасение от кары Фабиуса. И то, как неожиданно перенеслась к нему нагишом, тоже помню слишком хорошо.

Пробую вино: в сладости персика чувствуются нотки ореха и еще чего-то слегка терпкого, но приятного. Улыбнувшись этому солнечному вкусу, признаюсь:

— Так хочется, чтобы об этом перестали судачить.

— Со временем все забудется… Но я придумал, как решить часть твоих проблем уже сейчас. — Арендар улыбается. В ответ на мой вопросительный взгляд он указывает на угощения. — Расскажу чуть позже, а пока отдадим дань стараниям повара. Вести серьезные разговоры на голодный желудок — плохая примета.

А мне почему-то приходит шальная мысль, что таким образом Арендар подстраховывается на случай, если я, получив ответы на свои вопросы, предпочту сразу уйти.

Эта догадка сковывает меня смущением, но первые же вопросы Арендара о моем мире ломают преграду неловкости: я рада поговорить о Земле, вспоминать, объяснять. Особенно такому чуткому слушателю. В ответ Арендар рассказывает о трудностях, с которыми столкнулась его мама, попав на факультет боевой магии. Мне повезло: сейчас на подобное вторжение девушки в мужскую среду смотрят снисходительнее. Отчасти благодаря бывшей императрице, доказавшей, что женщина способна воевать.

Поужинав, мы перебираемся в кресла у камина. Я удивленно оглядываю тарелку с фруктами и, что примечательно, с виноградом, которой не было на столике, когда я входила, но быстро догадываюсь, что это доставили с остальными блюдами, просто я не заметила за широкими спинами слуг.

Арендар снова наполняет и подносит мне бокал с вином. Помедлив, проводит освободившейся рукой над камином, и затухающее пламя взвивается с новой силой. Тепло волной доходит до меня, овевает раскрасневшееся лицо. Приподняв бокал, разглядываю сквозь него языки огня. Они придают вину янтарные и золотые оттенки, словно в бокале у меня само пламя. Легкость в голове и теле намекают, что этот бокал будет лишним.