Миледи и притворщик - Антонина Ванина

Он откинул мышь в сторону, и только звук крыльев в ночи давал понять, что она улетает прочь от нас.

– Кажется, она его укусила, – принялся он осматривать шею Гро. – Наверное, пила кровь, пока он спал.

– Но как он этого не почувствовал?

– Видимо, в слюне этой летучей мыши есть какой-то обезболивающий компонент. И ещё для понижения свёртываемости. Надо бы остановить кровь и обработать рану. Можешь принести аптечку?

Пока Гро послушно лежал на боку, положив голову на колени хозяина, я делала всё, что говорил мне Стиан: нашла пузырёк бриллиантовой зелени, растолкла в миску таблетку антибиотика.

– Я такое только в страшных сказках про нечисть читала, – честно призналась я, глядя на окровавленную шерсть пса. – Нетопырь, который пьёт кровь. Но наши аконийские летучие мыши такого не делают.

– И тромские тоже, – посыпая позеленевшую шерсть порошком, сказал Стиан.

– А предания о нетопыре-кровопийце есть. Что, кто-то из северян в незапамятные времена побывал на Гамборе, встретился с этой тварью и привёз на наш континент предание о летучих кровопийцах?

– Может, и так. А может, это просто совпадение.

Как-то излишне безучастно он мне это сказал, будто думал в этот момент о чём-то другом.

– Как твоя шея? – догадалась спросить я.

– Нормально.

– Больше не чувствуешь, что тебя кто-то кусает?

– Нет, всё хорошо.

– Стиан, те две мошки были зубами нетопыря на шее Гро, я ведь правильно понимаю?

Он ничего не ответил, а я пришла в ужас от осознания, насколько сильна связь Стиана и его пса.

– Это неправильно, так не должно быть, – не хотела я верить в случившееся.

– Почему же? – спокойным тоном заявил Стиан, – Гро ведь не чувствовал боли, не знал об опасности, зато всё это ощутил я и пришёл ему на помощь. Так и должно быть, мы ведь с ним единое целое.

– Нет, это ненормально, – качала я головой. – а если бы ты не успел отогнать нетопыря, а Гро бы так и не проснулся…

Я не хотела думать, что бы было дальше – мне было несказанно страшно от одной лишь мысль, что здесь и сейчас Гро мог утянуть за собой Стиана в иной мир, если бы внезапно умер.

– Эмеран, ты что? – заметив, предательскую слезу на моей щеке, Стиан подошёл ко мне и коснулся плеча. – Ничего страшного ведь не произошло. Та мышь слишком мала, чтобы навредить большой лайке. Много крови она бы не выпила, да и действие её слюны не должно быть длительным. Гро бы проснулся, кровь сама бы свернулась. Я просто решил обработать рану, чтобы в неё не попала инфекция.

– А если она уже попала? А если Гро заболеет? Тогда в Лилафуре, когда на вас обоих напали храмовые коты, ты ведь лечил прежде всего Гро, потому что и тебе передалась его боль и болезнь, так ведь? Ты должен был спасти его, чтобы спастись самому? Или ты принял на себя часть его болезни? Та шишка на шее ведь вздулась не просто так?

Я уже не могла сдержать рыданий, а Стиан обнял меня и проникновенно сказал:

– Эмеран, ты преувеличиваешь силу нашей связи. Не волнуйся, всё будет хорошо.

– Нет, не будет. С этим надо что-то делать.

– Если я узнаю, что именно, то обязательно сделаю.

– Мы узнаем. И мы сделаем.

Остаток ночи Стиан дежурил у костра рядом со своим верным другом, а я лежала в палатке не в силах заснуть. Меня мучили страхи и сомнения. Что я на самом деле могу сделать, чтобы помочь Стиану? Только убедить, что я не брошу его и буду рядом до самого конца – это всё, что на данный момент в моих силах.

А дальше? Как быть, когда мы вернёмся домой? Да, во Флесмере Гро не будут грозить нетопыри, но его время неумолимо утекает, он уже немолод. Три года – столько ведь у нас со Стианом есть в запасе? Значит, мы проведём это время с пользой – организуем ещё одну поездку в Сарпаль, найдём храм могущественнейшего божества, чьи жрецы точно знают, как разорвать незримую нить, которой старая шаманка связала Стиана и Гро. Да, мы найдём, обязательно найдём решение проблемы. Надо только поскорее разыскать большую птицу и покончить с этой поездкой. Издадим книгу, выручим деньги на новую экспедицию и снова в путь… И снова… и снова… и снова…