Ледяная цитадель - Павел Корнев

– Во, блин, – озадаченно почесал я затылок. – Но смысл?

– Ты их иерархию примерно представляешь? – поинтересовался Гамлет. – Это та же пирамида. Пусть рядовые члены и могут в экстренной ситуации стать сильнее, все остальное время они отдают часть жизненных сил в общий котел, не получая ничего взамен. А новый препарат позволяет им подпитываться напрямую от энергетических линий. Как магам. Понимаешь, что это значит?

– Цех стал значительно сильнее, его численность в перспективе резко увеличится, а гимназисты кипятком писают, желая заполучить формулу препарата для своих нужд. Так?

Меня аж горячий пот прошиб. Большая политика – штука суровая. Рраз! – и осталось от некоего Евгения Максимовича мокрое место…

– Именно. К тому же остановить производство «озверина» силовыми методами Дружина не может. Для этого придется объявить войну Торговому союзу и Цеху, а на это Воевода не пойдет. Да и Лига с Братством наверняка будут против.

– Учитывая, что формулу расшифровать так и не удалось, Гимназия готова заплатить за нее любые деньги. Ну не любые, конечно, – поправил себя Филипп, – но очень серьезные. И тут появляешься ты с практически идентичными колесами…

– Подождите, подождите! – Я лихорадочно собрал в одну кучу обрывки мыслей и догадок и охнул: – Вы полагаете, Торговый союз не устранил изобретателя «озверина»?!

– Твои таблетки совершенно точно изготовлены в кустарных условиях, так что ответ – да.

– Но это же глупо!

– Глупо было бы изобретателю не подстраховаться и не использовать при продаже формулы посредников.

– Тоже верно, – согласился я. – Непонятно только, как меня в эту историю вляпаться угораздило.

– Да элементарно, – впервые за всю дорогу оторвался от экрана «геймбоя» Борис Яровой. – Ты приятелю своему таблетки давал?

– Давал.

– Ну вот! А он решил на них заработать и анализ у алхимиков заказал. А как потом на Семёру вышел, уже не суть важно.

– Ничего не понимаю. – Я задумался и помотал головой: – Нет, концы с концами не сходятся: меня ведь вчера убить пытались. А сегодня с утра и Ямина со мной заодно. И это точно не инсценировка была.

– Да просто кто-то из алхимиков информацию Торговому союзу слил, – пояснил Гамлет. – Сначала торгаши каких-то придурков к тебе заслали, потом Цех подключился.

– Твою ж мать!

Выходит, помимо Семёры меня еще и торговцы на пару с цеховиками со свету сжить вздумали. А это совсем нехорошо. От Торгового союза, пожалуй, даже в Северореченске не укрыться. Разве что в Городе достать не смогут, но мне в Городе делать нечего.

– Да, встрял ты конкретно, – усмехнулся Селин и припарковал микроавтобус рядом с «Ширли-Муры».

– И что теперь делать?

– Ну вот, а мы уж думали, ты никогда об этом не спросишь, – не очень искренне обрадовался Филипп Городовский и прямым текстом заявил: – Нам нужен производитель «озверина».

– Удивили! – фыркнул я. – Помочь вот только ничем не смогу. Таблетки у посредника брал. К господину Марьину, терапевту из Госпиталя, обращайтесь.

– Мы бы обратились, – вздохнул Гамлет. – Да только если большие мальчики о нашем интересе узнают, то сожрут с потрохами. И даже не поморщатся. Поэтому с господином Марьиным ты побеседуешь сам. Без ссылок на нас, разумеется.

– Принц, слушай, а какой мне смысл в это дело еще глубже влезать?

– Знаешь, если честно, ты в нем уже по самую маковку завяз, – резонно возразил Датчанин. – И теперь даже из Форта бежать смысла нет, по большому счету. Скоро на тебя настоящую охоту объявят. Если уже не объявили.

– Допустим, у меня появится нужная информация, что дальше?

– Тогда ты перестанешь быть интересен тем самым большим мальчикам, – зевнул Филипп. – Засунем тебя на время в доходный дом Гадеса, там точно никто не достанет.

– А потом?

– Месяца не пройдет, как о тебе забудут.

– И Семёра?

– И с Семёрой что-нибудь придумаем.

– Точно?

– Мы тебя раньше кидали?

– Все когда-нибудь в первый раз случается.

– Да перестань ты, – отмахнулся Гамлет. – Хотели бы, еще вчера гимназистам сдали.

– Вот только не надо этого, – скривился я, прекрасно понимая, что особого выбора у меня, собственно, и нет. – Поехали в Госпиталь.

– Э нет! – покачал головой Филипп. – Теперь ты сам давай. Тебя с нами никто связать не должен.

– А если по дороге цеховики перехватят?

От одной мысли о прогулке по Форту бросило в дрожь.

Дожил, блин. Скоро от собственной тени шарахаться начну.

– Денис, подвези его, – попросил Гамлет и, распахнув боковую дверь, вылез на улицу. – Только у Госпиталя не светись, подожди где-нибудь во дворах.

– Вечно мне за вас отдуваться! У самого работы по горло, а буду извозчиком подрабатывать! – возмутился Селин, но спорить не стал и прикрикнул на увлеченного электронной игрой Ярового: – Борис Михайлович, а не пойти ли вам…

– Уже иду. – Не отрывая взгляда от экрана «геймбоя», Яровой вслед за Филиппом выбрался из машины и захлопнул за собой дверь.

– Ну поехали, что ли?

С тоской глянув вслед шагавшим к кабаку парням, я перелез на сиденье рядом с водителем и помассировал нывшие виски.

– Да не парься ты, нормально все будет, – попытался успокоить меня Денис и выехал с парковки на Красный проспект. – Узнаешь имя, и все дела.

– Ну да, ну да…

– Ты скажи лучше, как тебя Семёра прихватила? – полюбопытствовал Селин. – Не почувствовал засаду, что ли? Ты ж ясновидящий?

– Таблеточки, между прочим, очень хорошо по мозгам дают, – откинулся я на сиденье и выпрямил ноги. – Да и не караулили они меня. Тупо сидели и в карты играли. А как Ямин, покойничек, им крикнул, уже поздно стало дергаться…

– Да, подловили, – хохотнул Денис, потом свернул с уходившей к Госпиталю дороги во дворы и заглушил двигатель. – Смотри не нарвись ни на кого.

– Уж постараюсь.

Селин как-то странно глянул на меня, покачал головой и протянул тряпичный сверток:

– Держи.

В свертке оказался жезл «свинцовых ос».

– Только, чур, если что, последний себе, – то ли пошутил, то ли на полном серьезе посоветовал парень.

Я молча вылез из микроавтобуса, захлопнул за собой дверь и направился к Госпиталю. Рукоять засунутого за пояс жезла давила на ребра, морозный воздух обжигал ноздри, как-то незаметно вернулась головная боль.

И ведь не верится уже, что еще вчера утром меня беспокоила исключительно мнимая пропажа бумажника! А потом как снежный ком: одно, другое, третье! И ни конца ни края не видать. Остается только надеяться, что жулики свое слово сдержат и не станут меня на растерзание «большим мальчикам» отдавать. И не грохнут по-тихому, чего тоже исключать никак нельзя.