Ледяная цитадель - Павел Корнев

– Без разницы. – Мне с трудом удалось сдержать зевок. Уникам экомаг как мертвому припарки. А вот что там еще за шприцы одноразовые – уже интересней.

– Две инъекции «Нирваны» – это обезболивающее. Универсальный антидот, сам понимаешь для чего. Хорошая штука, кстати. Даже на ранних стадиях поражения серым инеем помогает.

– Буду знать.

– Теперь… это «Незамерзайка», ее колют при укусах ледяных змей, снежных червей и нападении прочих поражающих холодом тварей. А вот стабилизатор «Карнавал»…

– «Карнавал»? – удивился я.

– Ага, какой-то шутник придумал. Помнишь фильм «Карнавальная ночь»? Там еще песенка «про пять минут» была.

– Помню, конечно.

– Вот пять минут тебе эта инъекция и обеспечит при поражении нервной системы атакующим заклинанием индивидуального характера. Правда, сам его себе, как правило, вколоть уже не сумеешь.

– Это понятно.

– И последнее – десять грамм «Лазаря». Штука хоть и не такая мощная, как «Небесное исцеление» или «Синий доктор», зато без побочных эффектов. Применяется местно при открытых ранениях. Кровоостанавливающее и заживляющее в одном флаконе.

– А не полопаются они на холоде? – засомневался я, глядя на шприцы и пузырек.

– Какой! – захлопнув крышку, протянул мне коробочку Смирнов. – Там руны специальные нанесены. Не волнуйся, срок годности только в следующем году истекает.

– Ну спасибо тогда.

Коробочка с препаратами прекрасно уместилась во внутреннем кармане куртки. Очень удобно.

– Не за что, – подмигнул мне начальник арсенала. – Пошли в оружейку.

– Туда-то зачем?

– А как я тебя без оружия выпущу? Не, сейчас подберем что-нибудь.

– Петрович, ты чего? Где я и где оружие? – Возмущению моему не было предела. – Сам себя ведь подстрелю ненароком!

– Ничего не знаю, – хлопнул по столу ладонью Смирнов. – Порядок есть порядок!

– Пошли тогда. – Я понял, что протестовать бесполезно, и поднялся на ноги. – Тоже списанное?

– А как же? – расплылся в довольной улыбке Петрович и повернулся к Евстафьеву: – Как думаешь, что ему предложить?

– Совсем с оружием никак? – с сомнением оглядел меня капитан.

– Совсем.

– Тогда двустволку обычную дай, пистолет и нож. За глаза хватит. И лучше револьвер в закромах посмотри.

– Куда мне столько? – удивился я. – И нож, зачем мне нож? Я ж не Рэмбо!

– Нож, чтобы резать. И банку тушенки элементарно открыть. Без ножа никуда! – наставительно заметил Евстафьев. – Двустволка основным оружием будет. Патроны дадим с картечью, особой меткости на средней дистанции и не надо. А в упор пальнуть – так и вовсе за милую душу. Ну а пистолет – это уже на крайний случай.

– Застрелиться там и все такое? – пошутил я.

– Вот, ты же и сам все понимаешь! – Смирнов выгнал нас из бендешки и запер дверь. – Револьверов нет, на револьверы очередь. К ним патроны проще переснаряжать, да и с пулями сложностей меньше. Вот любители этого дела и клянчат. Казенных же патронов на тренировки не выдают.

– Ну посмотри что есть, – пожал плечами Евстафьев.

– А может, вместо двустволки «сайгу» дать?

– Заклинит ее, и что он делать будет? – возразил капитан. – Нет, чем проще, тем лучше.

– Убедил…

В оружейке Петрович долго перебирал составленные в пирамиду ружья, потом отложил одно из них на стол и направился к стеллажу с пистолетами.

– ТОЗ-34? – повертел в руках двустволку Евстафьев. – Пойдет.

– Патронов две коробки дам. Обычных, алхимические не могу выделить. Будет время, оружие пристреляешь. И патронташ бери, без него никак. А лучше сразу два.

– Зачем два?

– Второй на приклад. Сам понимаешь, бывают ситуации, когда промедление смерти подобно.

– Понятно.

– Хорошо, что понятно. Будет возможность, кстати, стреляные гильзы, особенно от пистолетных патронов, собирай. Их и переснаряжают, и выкупают за хорошие деньги. Хотя кого я учу…

– Насчет этого в курсе, – подтвердил я.

Смирнов кивнул, немного повозившись с тугим замком, отпер его и подозвал меня:

– Ну выбирай!

– Вот ничего себе! – присвистнул я, разглядывая лежавшие в ящике пистолеты.

Я-то думал мне ПМ, а то и вовсе наган обломится, а тут сплошь забугорные стволы. И в чем подвох, интересно?

– Петрович, откуда такое богатство?

– Говорю же, Дружина за унификацию арсенала взялась, весь… неформат нам сдают.

– Деньги некуда девать?

– Такое впечатление, – подошел к нам Евстафьев, – им со складов долговременного хранения прямые поставки идут. Младшему командному составу «макаровы» выдают, рядовым АКМС и карабины какие-то гладкоствольные.

– Говорят, в технопарке макаровские патроны уже в промышленных объемах снаряжают. И производство семь шестьдесят два начать планируют, – поделился слухами Петрович и поторопил меня: – Давай выбирай уже!

– Что – выбирай? Я в них ничего не понимаю!

– Ну вот «Desert Eagle» возьми, – предложил заведующий арсеналом.

– Издеваешься? – Я к указанному им пистолету даже не притронулся. – Ты где это чудовище откопал? Мне эту бандуру не поднять даже!

– «Где откопал», «где откопал…» – пробурчал Смирнов. – Принесли! У меня и маузер, вон в коллекции есть. И ППШ-41. – И заведующий арсеналом сразу же переключился на другой вариант. – Вот! Классика! «Кольт М1911»! Красавец ведь, а?

– Красавец-то он красавец… – Пусть в моих оружейных познаниях и зияли чудовищные пробелы, но вот в ценах на боеприпасы я ориентировался неплохо, а потому посмотрел на Петровича уже с раздражением: – Калибр не подскажешь только?

– Сорок пятый! – с гордостью заявил Смирнов. – У тебя какой амулет? «Щит веры»? За пять пуль выбьет. И не думай, если с порохом не мудрить, отдача не очень сильная.

– Сорок пятый? Тогда вопрос: во сколько мне обойдется пополнение боекомплекта, а? И с какой скидкой потом придется продавать сам пистолет?

– Зачем продавать?

– А куда он мне? Патроны мало того что дорогие, так их еще и не найти, ко всему прочему!

– Зато…

– Не надо, – отказался я. – Дай мне нормальный ствол, и хватит уже об этом.

– Ладно, только для тебя. – Петрович раздраженно глянул на прыснувшего со смеху Евстафьева и достал откуда-то с нижней полки черный пистолет. – Вот тебе тогда «Зиг-Зауэр П226», раз такой привередливый.

– Калибр?

– Девять миллиметров. Но патрон парабеллумовский. Девять на девятнадцать.