Зеркало Грохашша, или Отраженные - Игорь Пронин

– Нормально, – Паша улыбнулся и постарался выдохнуть в сторону. – Устал только. Не выспался.

– Это ничего, я тебя сейчас отведу к себе домой, там и поспишь, и помоешься. А вечером обратно, так?

– Наверное, так… – пожал плечами Павел, который и не надеялся на экскурсию по городу.

– Отлично, идем. Здесь недалеко.

И на самой станции, и уже наверху Павел несколько раз оглядывался в поисках Гали, но она как сквозь землю провалилась. Зато ему показалось, что где-то в стороне мелькнул высокий человек в шляпе. Белка явно не стремился попасться Лене на глаза. Может быть, подсказать ей о слежке?

– А что я повезу в Москву-то? – имитируя непринужденность спросил Павел. – Николай Николаевич как-то не рассказал, а…

– Портрет там, – на ходу сказала Лена. – Двусторонний, совершенно а-ляповатый. Дешевка. Ну, я покажу тебе, конечно.

– А что такое «двусторонний портрет»?

– Я так называю. Там с одной стороны наш нынешний президент, а с другой – прежний. Лучше бы Сталина там нарисовали, смешнее было бы… Вот сюда, во двор, почти пришли.

Над ларьками у метро кружили чайки. Павел втянул носом сырой воздух: хоть какие-то впечатления от посещения северной столицы останутся…

Москва-0 (скГ)

16 августа, ночь

Моргон очень боялся, но голод не тетка даже вампиру. С наступлением темноты он все-таки выбрался с уютного чердака, на котором просидел весь день, осмотрел, поеживаясь, лежащие внизу улицы.

– Из-за этой дуры двое суток не жрамши… – пробормотал он.

Пайпа заставила отнести ее к порталу. Вообще-то, про себя тайный народ предпочитал называть эту затею «ходом» или «подкопом», но Ведомство приказало говорить «портал». Словечко иностранное и прижилось бы не сразу, да только кое-кого показательно подвесили за жабры… А именно – трех русалок. Сестры перепугались, и потребовали от всех перехода на установленную верхами терминологию. А с русалками шутки плохи, порвут сгоряча – они же ненормальные.

Вот и в этот раз сестры доказали, что не зря о них такая слава. Вылезли на другом плане, все было тихо, и вдруг рядом появилась дыра в земле, пышущая жаром и чужим инферно. Мерзкий запах! Надо было доложить Старшим, но хваленый портал оказался заблокирован. Моргон бы на месте русалки Дьяры немедленно отступил в близлежащие леса и там затаился, а она полезла в колодец. Еще и друзей Моргона с собой потащила… А потом как начала орать – у вампира тоже есть нервы! Кричат русалки тоже как ненормальные.

Прошлой ночью ему не дала насытиться Пайпа, приспичило ей поглядеть, что случилось с сестрой. Что ж, Моргон принес ее к колодцу, но когда там внизу опять начался грохот, когда Дьяра завыла на все голоса, когда инферно забило струей…

– У вампира тоже есть нервы! – сказал московской ночи Моргон. – Я не нарушал Клятвы Тьмы! Я просто испугался… А Пайпу наверняка уже засосало туда, в эту вонючую дыру.

Вампир раскинул крылья и уже готов был сорваться вниз, начать поиск добычи, как вдруг застыл в довольно нелепой позе. Что-то мешало отдыхать ему днем, что-то, что он упустил своим упырским умишком… И вот теперь – понял! А как, собственно говоря, Пайпа вообще попала в Москву-0, если уж использовать систему координат, принятую хозами? Значит, есть другой портал?

У Моргона задрожали поджилки. Если придут другие русалки, если Пайпа им наябедничает, что он бросил ее, невесомую, в чужом городе… Они не простят, будут искать столетиями. А шанс, что Пайпа выживет и доберется до второго, работающего портала, всегда есть. Русалки глупы и истеричны, но очень упорны… Вампир прикинул так и эдак, и пришел к выводу, что единственный способ попробовать отмазаться – самому найти портал, вернуться в Москву-1, и первому прилететь с докладом к Старшим.

– А как найти портал? – сам у себя спросил Моргон, тихонько завыл и кувыркнулся вниз. Голод есть голод.

Жертву он нашел довольно быстро, потому что не привередничал. Старая толстая тетка лежала, раскинувшись под тонкой простыней, у открытого окна и громко храпела. Так громко, что Моргон спокойно влетел в комнату, быстренько прошелся по квартире и даже проверил, хорошо ли заперта дверь. Человека, даже двух-трех, победить не трудно, но если кто-то его заметит и хозы устроят облаву – вампиру придется туго.

– Кого?! – не открывая спросила старуха, когда Моргон впился зубами ей в горло. – А?!

Бабка сопротивлялась недолго. Два дня назад отъевшийся на вольных хлебах вампир побрезговал бы ее кровью, и жидкой и комковатой одновременно. Но голод есть голод… Моргон высосал ее всю, до капли, и прилег рядом поразмышлять о втором портале. На сытый желудок мир выглядит не таким светлым, все еще как-нибудь устроится…

– Ох… – сказала мертвая старуха.

– Этого мне не хватало, – заворочался пригревшийся вампир.

Он уже собрался было покинуть квартиру, но остановился, присел на подоконнике. Жертва оказалась из числа «интуитивно сочувствующих Тьме», как писали Старшие в своих Протоколах. Проще сказать, Моргон только что создал вампира, размножился. Никаких теплых чувств он к своему «потомству» не испытывал, но не грозит ли это какими-то неприятностями? Бабка будет вампиром неумелым, наверняка попадется, будет шум, прознают хозы…

– Ох…

– Помолчи, я думаю.

– Кто ты?.. Ох… Грехи мои тяжкие…

– При жизни надо было о грехах думать. Вот же угораздило! – Моргон стукнул лапой о подоконник. – Не надо было тебя до конца выпивать-то… Колдовала, что ль?

– Ворожила! – призналась старуха, села на постели и принялась несильно бить себя в грудь: – Грешна, грешна, грешна…

– Да не грешна, а зла как собака, – уточнил Моргон. – И я еще, как на зло, голодный был. Короче, бабка, слушай сюда: сиди дома, никому не открывай, соседям через дверь скажешь, что приболела, но ничего не нужно. Ясно?

– А ты кто?

– Ясно, я спрашиваю? Ангел я клыкастый, лучший и единственный твой друг… – вампир прикидывал, какие выгоды может поиметь со старухи. Вообще-то, отыскать подходящего кандидата для пополнения рядов темного народа – дело хорошее, Старшие одобрят. А еще у бабки дня через три-четыре изменится физиология, потом на крыло встанет – вот и помощник, портал искать. – В общем, лучше я пока у тебя останусь, так вернее.

– Да что ж теперь будет-то?.. – бабка натянула на себя простыню. – Что ж будет-то? Козлу задницу целовать придется?

– О, какая продвинутая! – захихикал Моргон и вернулся в постель, обнял заробевшую старуху. – Много чести, карга! Хотя, если будешь себя хорошо вести, может и найдем тебе черного козлика… Сыт я. Спать буду. А ты смотри, без глупостей, а то ведь сожгут тебя. И вот еще что: утром шторы не забудь задернуть. Вредно нам с тобой солнышко.

– Ох… – только и сказала старуха. – А звать тебя как?

– Моргон.