Лик Черной Пальмиры - Владимир Васильев

— Швед, — наконец встрепенулся Шереметьев.

— Да, шеф? — хмуро отозвался николаевец.

— Ты хоть понимаешь, что сорвал, к чертям свинячьим, все наши первоначальные планы?

— Понимаю. — Швед сделался вообще мрачнее грозовой тучи. — Я не оправдываюсь, шеф. Я не знаю, как это произошло. Мною будто кто-то управлял, как кукольник марионеткой. Сознательно я не творил никаких глупостей, хотя желание было еще в ювелирном.

— Первоначальные планы отследить шабаш и всех там придушить вообще были наивны и практически неосуществимы, — неожиданно подал голос Арик.

Выглядел он спокойным и очень уверенным в своих словах.

— Думаешь? — немедленно заинтересовался Лайк. — Объяснись.

— Всех Черных трудно собрать в одном месте, слишком они своенравны и разобщены. Вокруг Тамары кучкуется только небольшая группа. Вокруг утренней пленницы — другая, поменьше. Думаю, таких групп здесь десятки и каждая куролесит на свой манер, это же очевидно. Да и о каких планах можно было говорить без предварительной разведки на месте?

— Когда ты до этого додумался?

— Да сразу же, — чуть заметно пожал плечами Арик.

— А почему молчал?

— Потому что высшие маги ничего не делают зря. Уж это-то я осознан крепко. Нужен был спектакль «Легионеры намечают план по разгрому Черных» — вы с Ираклием разыграли спектакль. Вероятно, для соглядатаев из Светлых.

— Не только. — Лайк искривил губы в асимметричной усмешке. — Еще для Ефима и Симонова. Собственно, потому-то я их сейчас и отослал. Вас я нынче воспитывать стану. Словесно.

— А Ефима с Симоновым почему нет? — на всякий случай поинтересовался Арик.

— Ефиму еще рано, — кратко объяснил Лайк.

— А Симонову?

— А Симонову уже поздно, — безжалостно и, как всегда, убийственно точно сформулировал Шереметьев. — Симонов достиг потолка. И как маг, и как просто сапиенс. А вы — еще нет. В моих интересах подтягивать вас. Особенно тебя, Арик. Вся эта вылазка в Питер имеет одну высшую цель: дать тебе и в какой-то мере Шведу опыт. Поэтому я делаю здесь только то, что ни один из вас сделать не в состоянии.

— Спасибо, шеф.

— Спасибо будешь говорить, когда из категорий выйдешь. — Лайк величаво повел дланью, словно античный император в дрянном фильме. — Швед! Расслабься. И не дергайся, даже если больно будет. Внимай; Арик, делай как я.

В тот же миг у Шведа в голове разорвалась бомба, и он отключился совсем как тогда, перед избиением Черных и атакой девчонки-вундеркиндши. Швед закричал и растворился в бесконечности, но крика его никто не услышал, потому что сумрак и его обитатель призрачный мох поглотили звук без остатка.

А еще они поглотили боль.

Очнулся Швед все в том же кресле; Лайк, как и раньше, валялся на кровати, Арик сидел через стол от Шведа, в соседнем кресле, и выглядел более задумчивым, нежели в начале разговора. Сколько прошло времени с момента впадения в беспамятство, Швед не смог определить даже приблизительно.

— Ожил? — Лайк приподнялся на кровати, опершись на локоть.

Николаевец потряс головой и сел ровнее — до этого он в кресле полулежал.

— Ф-фу… Вроде да, ожил…

Лайк выглядел нехорошо. Словно выяснил что-то очень и очень неприятное. У Арика было абсолютно непроницаемое лицо — тоже верный признак плохих вестей.

— Что такое? — насторожился Швед.

— Беда, дружище, — хмуро сказал Лайк. — Тобой и правда управлял кто-то посторонний.

— Во время свалки?

— Да.

Швед побледнел. Одно дело — догадываться о постороннем воздействии на твою личность, на твое поведение. И совсем другое — знать. Знать наверняка, что ты марионетка, что ниточки тянутся куда-то вверх и тому, кто находится там, наверху, не составит никакого труда дернуть за любую из них. И вот ты уже не принадлежишь себе, ты улыбаешься там, где нужно плевать в лицо или бить не раздумывая. Лезешь в драку там, где лучше потерпеть и выждать, несмотря ни на что.

— Кто? Черные?

— Не знаю, — ответил Лайк. — Не могу понять. Почерк, который не в состоянии разобрать даже я, и метод, о котором я только слышал давным-давно, в Египте, в Хамунаптре. И потом еще раз, в Венеции.

— В смысле? — Швед никак не мог взять в толк, о чем говорит шеф.

— Тобой управлял не маг, — спокойно расшифровал ранее сказанное Шереметьев. — И я бы даже сказал — не конкретный Иной. Такое впечатление, что тобой управлял сам сумрак.

Швед наморщил лоб, но от этого сказанное Лайком отнюдь не стало понятнее.

— Как это?

Лайк воздел взгляд к потолку и раскинул руки в стороны: не знаю, мол.

— Смотри, Арик! И ты, Швед, тоже вникай. Начнем с самого начала.

Первое. Артур-Завулон не рискнул соваться в Питер самолично. Он очень сильный Иной, но при этом весьма любит таскать каштаны из огня чужими руками. Поэтому я ехал в Питер, заранее готовый к тому, что тут все обстоит далеко не так просто, как было обещано. Давно понятно — я не ошибся.

Второе. Тройной патронаж — это все, разумеется, красиво и торжественно, но наделе означает лишь одно: ни Светлые, ни Инквизиция толком не осведомлены о творящемся здесь. Реально тройной патронаж применяется, исключительно когда заинтересованным сторонам в одиночку лезть в самое пекло страшно и одновременно есть риск прошляпить что-либо важное. Отсюда и наблюдатели, все время вертящиеся рядом.

Третье. Высшие Иные заинтересовались Питером только сейчас — тридцать пять лет никому до этого города не было ни малейшего дела. Стало быть, в последнее время тут произошло нечто, потенциально способное принести выгоду, но при этом однозначно небезопасное.

Все, что у нас имелось перед выездом, — эти три вывода. Ну и небольшая зацепка — Черные. Как мы себя повели?

Да именно так, как и следовало умным и дальновидным дозорным. Во-первых, не стали форсировать события по наиболее ожидаемому сценарию. Во-вторых, стали совершать много бессмысленных с точки зрения заинтересованных наблюдателей действий. А также действий на первый взгляд глупых и недопустимых. Совокупный результат — информация. Ну-ка, Арик, попробуй вычленить самое важное из того, что ты знаешь. Только коротко и внятно.

Арик ненадолго задумался.

— По-моему, самый важный вывод из всего случившегося можно озвучить так: за Черными стоит некая сила, природа которой неизвестна ни нам, ни Светлым, ни Инквизиции. Цель всех по отдельности — выяснить природу этой силы и не дать ничего выяснить конкурентам. В идеале — поставить эту силу себе на службу. Так?

Лайк зааплодировал:

— Браво, Арик! При твоем уровне информированности прийти к такому выводу и так быстро! Я не зря возлагаю на тебя большие надежды.