Напарницы - Ольга Консуэло

Первая часть экскурсии продлилась ровно до обеда, и, хотя она была весьма интересной, девушки довольно сильно утомились: одно дело прогуливаться в комфортном темпе, а другое – тащиться за экскурсоводом, постоянно останавливаясь.

– Что-то я уже не хочу никакого продолжения осмотра достопримечательностей, – со вздохом заявила Вана, усаживаясь за столик в столовой.

– Не говори так! Ты разбиваешь мне сердце! – патетически воскликнул Бар.

– Почему? – спросила не очень хорошо соображающая от усталости Вана.

– Да потому, что я только и мечтаю о том, чтобы остаться с тобой наедине, не лишай меня столь вожделенного наслаждения, о госпожа моего сердца!

– У вас там в Джиалэу что, есть какие-то специальные курсы, где «достойных молодых людей» учат валять дурака? – ехидно поинтересовалась Энту.

– Нет, я сам по себе такой талантливый! – с гордостью ответил Бар. – А кроме того, где уж мне сойти за умного, если все мои мысли только и заняты тем, как мне завоевать расположение этой ледяной девы!

– Завоевать?! – возмущенно фыркнула Вана. – Я вообще-то человек, а не крепость!

– Действительно, – неожиданно согласилась Аулэ. – Что это еще за планы военных операций?

– «Заслужить» звучит лучше? – заинтересовался Бар.

– Нисколько! – решительно ответила Аулэ. – Это еще хуже. Унизительно как-то. Вы ведь тоже люди, а не дрессированные животные.

– Нет, я решительно отказываюсь вас понимать, прекрасные неоры! – схватился за голову Бар.

– Зато так гораздо интереснее, разве нет? – рассмеялась Энту. – Все понимать было бы слишком скучно.

– Да, женщина должна быть загадкой для мужчины, – с важным видом закивала Вана.

– Видели бы вы себя со стороны! Прямо живая картина «Предельное изумление»! – расхохоталась Сия.

– Они еще и смеются над нами! – в притворном отчаянии воскликнул Бар. – Вот как? Скажите мне кто-нибудь – как ухаживать за такими…

– Чудовищами? – с невинной улыбкой подсказала Энту.

Бар застыл с открытым ртом, а девушки дружно расхохотались.

– Смейтесь, смейтесь, – прищурился Бар, – но настоящие мужчины никогда не сдаются! Так что моя прекрасная неора сейчас немного отдохнет, а потом мы пойдем осматривать оранжерею, и, возможно, в окружении столь же прекрасных созданий, как и она сама, великолепная Вана хоть немного смягчится и не будет со мной столь сурова.

– Туда все, что ли, пойдут? – изумленно спросила Аулэ.

– Нет, ну вы совершенно невозможные! – сквозь смех простонал Бар. – Я вообще-то цветы имел в виду, а вы, не менее прекрасные неоры, будете гулять со своими спутниками совершенно в других местах.

– У вас там что, вся территория на квадраты разбита и каждому отведена своя прогулочная зона? – заинтересовалась Сия.

– Конечно, – закивал Бар, как будто это было нечто само собой разумеющееся.

– А мы куда пойдем? – спросила Аулэ.

– На южную башню, оттуда открывается великолепный вид на море, – ответил Доусэ.

– А мы пойдем на северную, оттуда открывается не менее великолепный вид на горы, – сказал Агуду.

– А мы пойдем на верхнюю восточную галерею, оттуда тоже очень красивый вид, – сказал очередной сосед Сии, скромный молодой человек по имени Весус.

В северной башне было семь этажей. Таких высоких зданий не было даже в довольно большом портовом Ильмэрме, не говоря уже о Тарджи, так что, когда Энту поднялась на смотровую площадку, от открывшегося вида у нее захватило дух. Плененная этим волшебным зрелищем Энту просто молча любовалась, на некоторое время даже позабыв о своем спутнике.

– Почему ты мне не сказал, что здесь так холодно? Я бы взяла куртку, – с упреком спросила она, оборачиваясь к Агуду, когда почувствовала, что начинает замерзать.

– И лишила бы меня возможности сделать вот так? – спросил Агуду, снимая куртку и набрасывая ее на плечи Энту. – И вот так? – снова спросил он, крепко прижимая Энту к себе спиной, чтобы не закрывать ей так восхищавший ее вид.

– Ты же так сам замерзнешь! – полуобернувшись к нему, с беспокойством сказала Энту.

– Волнуешься за меня? – улыбнулся Агуду.

– Не особо, – с независимым видом пожала плечами Энту. – Что-то мне подсказывает, что у тебя в кармане лежит защищающий от холода артефакт.

– Думаешь, что уже хорошо меня знаешь? – усмехнулся Агуду.

– Ну уж нет! – рассмеялась Энту. – Ты для меня прямо мужчина-загадка.

– А разве тебе не хочется ее разгадать?

– Нет, – предельно честно ответила Энту. – Я не люблю загадочных мужчин, предпочитаю простых и понятных.

– А разве они не скучные?

– Не все.

– Как же с тобой сложно! – вздохнул Агуду.

– Тебя никто не заставляет со мной общаться, – абсолютно спокойно, без малейшей обиды ответила Энту.

– Но мне хочется.

– Почему? – Энту снова попыталась обернуться к Агуду, но он прижал ее к себе еще крепче, не позволяя этого сделать.

– Хочется, и все.

– Это странно. Я самая обычная тощая девчонка с волосами мышиного цвета.

– Кто это тебе такое сказал? – напряженным тоном спросил Агуду.

– Не имеет значения. Главное – что это правда.

– Нет, неправда! – Агуду выпустил Энту из объятий и неожиданно для девушки с поразительной скоростью вытащил обе большие шпильки, которыми она скрепляла волосы в узел.

– Ты что? – Энту возмущенно обернулась. – Тут же ветер! Вон все сразу растрепалось.

Она попыталась заправить волосы за уши, но ветер не давал, и они все время выскальзывали и лезли в глаза.

– У тебя очень красивые волосы, – сказал Агуду, пропуская одну из прядей между пальцами, – мягкие и блестящие, как балиаэский шелк.

– И благодаря тебе – совершенно растрепанные! – сердито буркнула Энту, пытаясь скрыть смущение.

– И ты сама тоже очень красивая, изящная, как бабочка, – продолжал Агуду, как будто бы не услышав ее реплики.

– Ну надо же – ты тоже назвал меня бабочкой! – Энту попыталась увести разговор от обсуждения своей якобы имевшей место красоты – то немногое, что она знала о мужчинах, подсказывало ей, что такие разговоры неспроста и являются прелюдией к тому, к чему она в данный момент совсем не готова.

– Тоже? – Агуду замер. – А кто еще называл тебя бабочкой?

– Анг.

– И кто такой этот Анг?

По-прежнему лезущие в глаза волосы помешали Энту разглядеть, каким хищным и недобрым в этот момент стало лицо ее собеседника, поэтому она совершенно спокойно ответила: