Чернее черного. Пепельный рассвет - Александр Конторович

Все — завтра выезд!

С этой мыслью добираюсь до вездехода и с трудом забираюсь туда на гудящих от напряжения ногах. Теперь можно и поспать! И — желательно подольше! Сбрасываю берцы и вешаю их на специальный крючок — мастера Калина и это предусмотрели. Устал… сил нет никаких. Из заднего отсека падает свет — Гадалка что-то там делает. Не спит, тоже к выезду готовится. Сегодня весь день в санчасти провела, видел я, как они с главврачом чего-то оживленно обсуждали. Снайпер-врач… бывает же такое…

— Галя! — окликаю ее. — Пить хочешь?

Звук шагов — она появляется на пороге. Совершенно домашний вид, тонкая камуфляжная майка обтягивает ее фигуру так, что у меня сразу же пересыхает во рту. И без того пить хотелось, а уж сейчас…

— Хочу, — отвечает она. — А что?

— Профессорские ребята какой-то настой презентовали. Говорят — на травах. Успокаивает, и сон после него хороший.

Гадалка наклоняется и поднимает с сиденья флягу.

— Этот?

— Угу.

Она отвинчивает пробку и принюхивается. С сомнением морщит нос:

— Эти намудрят… Сейчас попробую, обожди… за стаканом схожу.

Булькает льющаяся жидкость, а я чувствую, как мои веки потихоньку слипаются. Спать…

— Держи.

Протягиваю руку… и во что-то утыкаюсь. Блин! Сон моментально вылетает из головы, и я смущенно отдергиваю руку назад! Попутно вышибив из ее руки стакан с настоем.

Галина смеется:

— Ну, надо же! Аж покраснел весь!

Юмористка, блин… терминатор в юбке. А кстати, я ведь ее в такой одежде не видел никогда. Да и не увижу, надо полагать.

— Извини… это я спросонья, задремал…

— Да ладно! — отмахивается она. — Спальник весь облил, как спать станешь?

— Ну… как-нибудь. Не холодно же?

— Да? Ладно, я из своего мешка внутренний вкладыш вытащу, он вполне для этой цели подойдет.

Девушка исчезает в заднем отсеке, а мои глаза снова закрываются. Уже сквозь сон я ощущаю, как меня ворочают с боку на бок, вжикает молния вкладыша… тепло… и хорошо.

Проснувшись утром, некоторое время с интересом рассматриваю локоны черных волос, живописно разбросанные по капюшону спального мешка. Кто там из великих мыслителей сказал, что лучшая женская прическа — волосы, разбросанные по подушке? Судя по всему, мужик в этом понимал… Гадалка действительно выглядит роскошно. И как только она ухитряется содержать такую шикарную шевелюру в подобных условиях?

Стоп… А ведь где волосы — там и голова. И хозяин где-то рядышком… Вернее, в данном случае — хозяйка. Точно, вот и она, свернулась клубком и тихонько посапывает.

Так… весело у нас вышло. Убейте меня поленом, если я хоть что-то связное смогу поведать о сегодняшней ночи! Нет, основное-то, конечно, помню. И очень даже хорошо! Да не просто помню, а как бы это сказать… некоторым образом ощущаю. Судя по тому, что пинком меня на пол не сбросили, особенного противодействия с ее стороны не было. Во всяком случае, активного сопротивления не последовало. Уж это-то я бы тоже… ощущал — всеми прочими частями тела.

М-м-да… положеньице. Что делать-то теперь? У нас тут все-таки порядки, близкие к армейским. Хотя в колонне половина сугубо гражданских людей. Но все же… я ей, некоторым образом, начальство. Не есть хорошо. В смысле — с моей стороны. Использование служебного положения в личных целях — так любили говорить наши «мудрые» руководители, назидательно вздымая к небу указующий перст.

А что я вообще о ней знаю?

Снайпер классный — лично убедился, и не раз. Это ей в плюс.

Да и вообще она человек неплохой и спец грамотный. С людьми быстро общий язык находит, это тоже кое о чем говорит (о хорошей подготовке, например…).

А минусы? Есть они вообще?

Есть.

Мы вообще ничего о ней не знаем. Только сведения бог весть какой древности. И то — только со слов Витьки. А он человек небеспристрастный — какая-то кошка между ними пробежала.

Что она вообще тут делала? Какое задание ей поручено? И кем? Нас она встретила, но назад к уиновцам не вернулась. Да, причина была более чем веская — не спорю. Но сейчас что ее тут держит? Бандюков они с Потеряшкой перехлопали — тут все тип-топ. А дальше? В каком качестве она вместе с нами едет в колонне? «Вольного стрелка»? Угу…

А если серьезно?

Словно услышав мои размышления, Галина открывает глаза.

— Привет…

— Утро доброе!

Она потягивается, забросив за спину сильные руки. Смущенно отвожу глаза.

— Выспалась?

— И неплохо! А ты что — давно не спишь?

— Да… не очень, если честно. Тоже устал, как последняя собака.

— Ладно! — Она протягивает руку и подбирает с пола часы. — Ого! Половина восьмого — скоро тебя будить придут!

Девушка быстро выскальзывает из спальника и садится на сиденье.

— Пора вставать! А то увидят тебя подчиненные в такой компании — кирдык авторитету!

— С чего бы это вдруг? — удивляюсь этим словам.

— С того самого! Нешто не в курсе я, как про меня здесь шепчут?

— И как же? Ей-богу, про то ни в зуб не ведаю!

— Твое счастье! А то и рядом бы не присел!

— Ну, ты уж сказанула…

— Не знала бы, так и говорить не стала! Да и не ты один на меня здесь посматривал, я же вижу…

— Здесь не спорю. Есть на что глянуть. Не о том разговор. Что дальше делать-то станем?

— Вот ты о чем… — смотрит она на меня большими глазами. А они у нее удивительно нежными могут быть… и красивыми.

— Ну да…

— Не было ничего, понял! Приснилось это тебе все!

— Вот как?

— Да! — Она резко встает и сдергивает с меня вкладыш. Два шага — и Галина, вернее теперь уже Гадалка, стоит у двери в заднюю часть вездехода. Оборачивается и смотрит на меня. — Придешь сегодня — может, что и станется. Нет — стало быть, все это нам обоим приснилось. Понятно?!

— Куда уж яснее…

Надо ли говорить о том, что я пришел?

«Мамонт» легко вывернулся из-за поворота и притормозил, поджидая основную часть колонны. Судя по лязгу металла, она уже была неподалеку. И действительно — тяжелая бронированная громадина неожиданно шустро и легко взметнулась на пригорок. Замерла, настороженно поводя вокруг орудийным стволом.

— Ну, что там? — высунулся из башенного люка командир танка. — Где же наши гости дорогие?

— Оне опаздывать изволят… — спрыгнув на землю, ответил ему пассажир вездехода. — Графья — они такие, не спешат…

Позвякивая траками, подкатил еще один танк.