Звездная дорога - Олег Авраменко

— Хорошо, будем надеяться, что это сработает. Кстати, когда взлёт?

— Минут через двадцать пять. Пошли в рубку.

Штурманская рубка располагалась в носовой части челнока и свободно вмещала двух человек — правда, третьему в ней было бы уже тесно. На пороге Дженнифер в нерешительности остановилась.

— Кевин! Здесь стены прозрачные.

— Только с одной стороны. Не бойся, никто тебя не увидит. — Я сел в капитанское кресло, включил главный терминал бортового компьютера и указал на место второго пилота: — Присаживайся, в ногах правды нет.

Дженнифер удобно устроилась в кресле, с интересом огляделась вокруг, затем посмотрела на меня и, улыбаясь, произнесла:

— А знаешь, милый, в этой форме ты просто неотразим.

— Знаю, дорогая, — сказал я. — А теперь, пожалуйста, помолчи минутку.

Компьютер закончил проверку всех систем корабля и доложил об их исправном функционировании. Я включил коммуникатор.

— «Красный дракон» вызывает Центр управления. Говорит командор Макартур. Подтвердите приём.

Спустя несколько секунд мне ответил мужской голос:

— Центр управления на связи. Приём подтверждаю. Как дела, «Красный дракон»?

— Сообщаю о готовности к старту.

— Сообщение принято. Взлёт состоится согласно расписанию. Ждите дальнейших указаний. Конец связи.

Я переключил коммуникатор в режим ожидания и повернулся к Дженнифер.

— Всё, можешь говорить.

— А диспетчеру не покажется подозрительным, что ты не включил изображение.

— Нет, так принято. Это тебе не светский разговор. В данном случае от визуальной связи нет никакого проку, она бы лишь отвлекала внимание пилота и диспетчера.

— Понятно. А когда нас переправят на стартовую площадку?

— Мы уже на месте. Это взлётная полоса.

Дженнифер восторженно ахнула:

— Да что ты говоришь?!

Я усмехнулся:

— А ты думала, мы взлетим на гравитационной подушке? Как настоящий богатый сноб, я готов заплатить огромный экологический сбор, лишь бы прокатиться с ветерком. Неужели ты никогда не летала на реактивной тяге?

— Нет, никогда. На Нью-Алабаме это запрещено.

— Что ж, тогда привыкай к разнообразию мира. И постепенно вживайся в роль племянницы удачливого космического пирата.

На лице Дженнифер отразилось удивление:

— О чём ты?

Я достал из кармана паспорт и передал ей:

— Вот, познакомься со своей новой личностью.

Дженнифер озадаченно посмотрела на обложку с моим фамильным гербом, хмыкнула и раскрыла паспорт.

— Так это же моя фотография!

— Естественно.

— Что за странный язык! Я не понимаю, что здесь написано.

— Ну хоть имя прочесть можешь?

— Да, Дженнифер Макартур.

— Вот и чудненько. А на пятой странице, между прочим, английский перевод. Нашла?

— Ага… «Данный документ является удостоверением личности гражданина Земли Артура и действителен во всей Вселенной без ограничений во времени и пространстве…» — Ньюалабамское произношение Дженнифер было таким ужасающим, что я невольно поморщился. Заметив это, она принялась листать паспорт, пока не нашла итальянский перевод. — Так… «Настоящим подтверждается, что владелец данного паспорта находится под защитой и покровительством законов Земли Артура и пользуется всеми правами…» Что за чепуха?!

— Это не чепуха, а твой новый паспорт. Отныне ты Дженнифер Макартур, моя двоюродная сестра. Думаю, так будет лучше. А что касается мисс Карпентер или миссис Купер, то пусть её ищут где-нибудь в другом месте.

Дженнифер вернулась к первой странице и ещё раз посмотрела на свою фотографию.

— Паспорт фальшивый?

— Не более, чем мой.

— А твой настоящий?

Я пожал плечами:

— Это чисто умозрительный вопрос. Земля Артура действительно существует, я с неё родом, никакая другая планета на меня претензий не предъявляет, так что мой паспорт признают если не де-юре, то де-факто.

— А как насчёт меня?

— Пока ты со мной, тебе нечего волноваться. Говори всем, что ты моя кузина, лишь недавно покинула Землю Артура…

— Но ведь я ничего не знаю о ней, — запротестовала Дженнифер. — Даже не умею разговаривать на вашем языке. Кстати, как он хоть называется?

— Валлийский.

— Валлийский? — повторила она. — Если не ошибаюсь, валлийцы — жители Уэльса.

— Не ошибаешься.

— А Уэльс — часть Англии.

— Спорное утверждение, но возражать не стану.

— Тогда я ничего не понимаю. Откуда взялся валлийский язык, если в Уэльсе разговаривают по-английски?

— Так было далеко не всегда. Впрочем, чтобы избежать подробных объяснений, я говорю знакомым, что мой родной язык ирландский. Отчасти это верно, ведь по крови я больше ирландец и шотландец, чем валлиец.

Дженнифер вздохнула:

— Час от часу не легче. А вдруг мне подвернётся ирландец, который разговаривает по-ирландски, что тогда?

— Притворись глухонемой.

— А если без шуток?

— Я научу тебя нескольким расхожим фразам, которые наш ирландец поймёт с большим трудом. Это отобьёт у него охоту общаться с тобой на родном языке. Коронным номером будет: «Повторите, пожалуйста, ещё раз. У вас такое странное произношение, что я ничего не разберу».

Мы оба рассмеялись.

— Ну ладно, — сказала Дженнифер. — Это ещё полбеды. А что делать, если меня станут расспрашивать о Земле Артура?

— Отвечай уклончиво. Скрытничай. Лги — но так, чтобы сразу было ясно, что ты лжёшь. К этому вопросу мы ещё вернёмся. Главное, ты должна твёрдо усвоить, что мы с тобой двоюродные брат и сестра, а твоего отца зовут Брендон.

— Почему именно Брендон?

— Потому что так зовут младшего брата моего отца. В таких деталях лучше по возможности ближе придерживаться истины.

Дженнифер задумчиво кивнула:

— Тут ты прав… Но мне не нравится твоя идея насчёт нашего родства.

— С какой стати? — удивился я. — По-моему, это очень удобно для нас.

— Да, чертовски удобно. Особенно для тебя.

— Прости, не понял.

Она пристально посмотрела мне в глаза: