Свобода - Кира Уайт

Ближе к вечеру жители провинции, ушедшие сегодня с работы пораньше, начинают стекаться на площадь, в центре которой разожгли большой костер, слева установили высокий помост, на котором собираются артисты и музыканты, а справа поставили столы с разнообразными угощениями. Наконец я их вижу. Бишоп и Ева медленно обходят площадь. Даже то, что девушка в маске, не мешает мне определить, что это именно она. Ее фигуру, походку, манеру держаться я узнаю в любых условиях. Во мне поднимается волнение. Я рад, что она в порядке, но с другой стороны недоумеваю. Ева выглядит расслабленной, присутствие Бишопа, идущего всего в нескольких сантиметрах от нее, похоже, совершенно не напрягает девушку. Она абсолютно спокойна, нет скованности в плечах, походка легкая. Можно подумать, что она доверяет ему и не испытывает ни капли волнения от его близости. Главный Жнец что-то рассказывает девушке, она иногда кивает. Руки сжимаются в кулаки. Это все не просто так. Единственное объяснение этому – Бишоп ее сломал. Отхожу от окна и решительно направляюсь к двери. Мне нужен воздух. И голова этого ублюдка.

– Стой! – тормозит меня Кейн на выходе из здания.

– Пропусти! – требую у него. – Я не намерен больше ждать.

– Приступаем через десять минут. Ждать осталось недолго. Он ничего ей не сделает за это время. К тому же, она не выглядит напуганной или раненой.

Одновременно бросаем взгляд в сторону окна. Киваю.

– Ладно. Но через десять минут я выйду отсюда, хочешь ты того, или нет!

Ева

После встречи с Полом мне понадобилось не меньше пятнадцати минут, чтобы привести дыхание и мысли в порядок. Я наконец-то сходила к вертолету и забрала оставшиеся вещи. Пилот закрыл машину и отправился вместе со мной в сторону поселения. Но, несмотря на то, что ему часто приходится контактировать с Жнецами, держался он отстраненно. По приходу во временное жилье, я заняла выделенное место и попыталась отдохнуть, но тщетно. Мысли крутились вокруг оппозиции. Вряд ли Кейн послушает меня и уедет. Они что-то задумали, но сказать об этом остальным я не могу. Возникнет слишком много вопросов, на которые я не хочу отвечать. На празднике надо будет просто держаться поближе к Бишопу.

Через три часа за мной приходит Восемь Три Восемь Три.

– Мы собираемся на площадь. Бишоп хочет переговорить с тобой, прежде чем ты отправишься туда же.

– Хорошо. – поднимаюсь с отведенного мне спального места, беру свою маску и иду к комнате Бишопа, в то время как остальные Жнецы покидают здание.

Подхожу к двери, стучу и, после короткого: "Входи", захожу внутрь. Комната просторная, и она на одного человека, в отличие от тех, в которых разместили остальных Жнецов. Возле окна большой стол из красного дерева, слева шкаф, на полках которого стоят книги и какие-то статуэтки, в правом углу возле двери аккуратно заправленная кровать.

– Вы хотели меня видеть? – спрашиваю наставника, глядя ему в глаза.

Он кивает и жестом приглашает меня сесть в кресло, стоящее напротив стола.

– После праздника я намерен отправиться в Нью-вар. Хочу, чтобы ты поехала со мной.

– Хорошо. – признаться, я слегка удивлена. Это на него не похоже. Обычно он приказывает, а не просит. А то, что он мне только что сказал, не похоже на приказ.

– У нас там есть общее дело. – говорит он, чем еще больше разжигает мое любопытство.

– А можно спросить, что за дело? – рискую уточнить, обычно он не любит, когда к нему лезут с расспросами, но в этот раз улыбается и слегка склоняет голову набок.

– Я проводил собственное расследование, чтобы узнать, кто пытался тебя убить во время подготовки к Испытанию в Полигоне. И буквально вчера узнал, кто тайком привез в столицу нава из Арены. И теперь я думаю, что тебе, как и мне, будет интересно побеседовать с этим человеком и узнать его мотивы.

Уверена, сейчас на моем лице написан вселенский шок. Такого я точно не ожидала услышать. Меня все-таки пытались убить?! Но кому это могло понадобиться? Почему-то перед внутренним взором возникает лицо Ингрид. Эта блондинка всегда меня недолюбливала. Но так, чтобы убить? Не знаю…

– Кто? – хрипловато спрашиваю и прочищаю горло.

Несколько долгих секунд Бишоп задумчиво смотрит на меня. Уверена, сейчас он наслаждается произведенным эффектом.

– Доктор Тереза Мартин. – добивает он меня.

Что?! Какого дьявола ей меня убивать? А потом помогать?

– Но зачем ей это? – спрашиваю, уставившись в пространство прямо перед собой. Я обращалась не к Бишопу, а скорее сама к себе, но отвечает мне именно он:

– У тебя будет возможность спросить у нее лично.

Смотрю на него. Уверена, ему незачем мне врать. А значит, он говорит правду. Но если мы будем беседовать с Терезой вместе, то может вскрыться информация про оппозицию. Придется действовать раньше, возможно, даже сегодня.

– Да, я поеду в столицу. – решительно заявляю Бишопу.

Он удовлетворенно кивает.

– Отлично. А теперь надевай маску и пойдем, посмотрим как проходит подготовка к празднику.

Делаю, как было велено, вместе с наставником выхожу из дома и направляюсь на площадь. Наблюдаю, как множество людей идут в ту же сторону. Они весело переговариваются между собой, шутят и смеются. Наблюдать за этими простыми действиями настолько интересно, что я прислушиваюсь к разговорам, совершенно забыв про идущего рядом Бишопа. Насколько я знаю, в каждой провинции существуют свои обычаи празднования дня образования той самой провинции, но в Рудниках это простой день. Ничего подобного там никогда не было. Мы не видели веселья, угощений и музыки. Праздными развлечениями увлекались только дети. Вроде бы меня уже не должно волновать все это. Та жизнь в прошлом, я туда больше не вернусь. Теперь у меня другое предназначение. Я сама теперь другая. Но тем не менее меня это волнует.

Бишоп ведет меня вдоль площади, рассказывая при этом историю образования Лесов и их традиции. Внимательно слушаю, периодически кивая. На самом деле мне очень интересно узнавать что-то новое, но в данный момент интуиция кричит об опасности. Смотрю вокруг, но ничего не замечаю. Люди веселятся, с помоста доносится музыка и песни, костер весело трещит и выбрасывает в воздух снопы искр, теплый ветерок треплет волосы молодых девушек, дети весело бегают по площади. Все тихо и мирно, но я чувствую себя не в своей тарелке, даже несмотря на то, что все Жнецы стоят на своих позициях, охраняя порядок. Знаю, что-то не так. Оппозиция где-то здесь, уверена в этом. Они чего-то ждут. Вот только чего?

– Восемь Четыре Три Семь, я отойду побеседовать с управляющим местной администрации. Можешь прогуляться, но держись поближе ко мне.

Киваю и отхожу к столу с угощениями. Сейчас я в маске, поэтому не могу ничего попробовать, но мне любопытно посмотреть, какие блюда предлагают на праздновании дня образования провинции. Большинство из них мне незнакомы. Отхожу еще чуть в сторону, чтобы не мешать простым людям, и ищу глазами Бишопа. Встречаюсь с его суровым взглядом, направленным на меня. Такое ощущение, будто он может видеть сквозь маску. Человек из администрации с растерянным видом стоит рядом с ним. Понимаю, что скорее всего Бишоп спросил у него об участи пойманного утром воришки, а тот его в глаза не видел. В ближайшее время меня ждет наказание, но я стойко его перенесу. Мне не привыкать. Делаю шаг в их направлении одновременно с тем, как Бишоп шагает ко мне. В это мгновение все и происходит.