Рутинёр - Павел Корнев

И так снова, и снова. Разгорячённые лица, распахнутые в крике рты, мокрые от пота рубахи. И просто море агрессии и азарта.

Микаэль уставился на меня с немым изумлением, но я лишь махнул рукой. Видят небеса, не имело смысла надрывать глотку, пытаясь переорать толпу. Слова попросту канули бы в творящемся кругом бедламе.

В отличие от подручного, для меня происходящее загадки не составляло. Просто в сопровождении многочисленных болельщиков выдвигалась на игру в мяч команда университетского округа. Забава эта была чрезвычайно популярна в Ренмеле, участвовали в ней решительно все кварталы, цеха и общины, благо особой сложностью правила не отличались. По сути, правил было два: запрещалось использовать любое оружие и доспехи, а для победы требовалось занести набитый тряпками кожаный мяч на базу противника. И не имело никакого значения, получится добиться этого хитроумными передачами-бросками или путём прорыва обороны соперника в кулачной сшибке. Без драк, к слову, не обходилась ни один матч, и знакомые профессора-медики утверждали, что по тяжести травм и количеству жертв игра уступала разве что дуэлям.

Команда наконец миновала переулок, мы с Микаэлем вломились в поредевший хвост процессии, перешли через дорогу и двинулись в обход университета к столичной резиденции Вселенской комиссии по этике. На ходу я просветил бретёра о правилах игры в мяч, и тот презрительно фыркнул.

– Развлечение черни!

– А вот тут, друг мой, ты не прав. Случалось сходиться в схватке за обладание кубком маркизам и герцогам.

Маэстро Салазар лишь скептически хмыкнул, а я придержал его и сказал:

– Нам сюда.

Бретёр удивлённо вскинулся, оглядел вывеску в форме щита с перекрещенными на нём шпагой и мушкетом и уточнил:

– Оружейник?

– Именно, – подтвердил я и толкнул дверь.

Звякнувший колокольчик привлёк внимание подметавшего пол вихрастого паренька, он выпрямился и спросил:

– Чем могу служить, сеньоры?

Я не обратил ни малейшего внимания на увешанные шпагами, кинжалами и арбалетами стены и болванов в кольчугах, кирасах и шлемах, прошёл мимо зарешёченных шкафов с мушкетами и пистолями прямо к прилавку и выставил на него саквояж.

– Мастера позови, – потребовал у парня.

Тот обернулся к сидевшему в тёмной нише охраннику, и громила с изуродованной ножевым шрамом физиономий поднялся с табурета, повёл мощными плечами, хрустнул пальцами.

– Зови, – разрешил он, а сам остался стоять. Вид Микаэля ему доверия явно не внушил, да и мой, полагаю, тоже.

А вот, когда несколько минут спустя со второго этажа спустился хозяин оружейной лавки, он всплеснул руками и расплылся в широкой улыбке.

– Магистр вон Черен! Безмерно рад вас видеть!

– У вас поразительная память на лица, мастер Корнас, – улыбнулся в ответ и я.

Костлявый старик с клочковатой седой бородой постучал себя указательным пальцем по морщинистому виску.

– Вы мне льстите, магистр! Просто не до конца ещё прокисло содержимое этого бурдюка, только и всего! – Он вытер ладони о тряпку, сунул её в карман кожаного фартука и перешёл к делу. – С чем пожаловали?

Я расстегнул саквояж и выудил из него матерчатый свёрток с кольчугой, которую в своё время приобрёл именно в этой самой лавке. Мастер развернул ткань, разложил доспех на прилавке, оценивающе оглядел распоротые кольца и покачал головой.

– Ну что за безобразие! Испортили такую замечательную вещь!

– И чуть не испортили меня, – поддакнул я. – Мерзавцы, что и говорить!

Старик покривил уголок рта.

– На вас, молодых, всё заживает как на собаках, а такое плетение сам я восстанавливать не возьмусь. Слишком тонкая работа. Придётся отсылать мастеру. Иначе никак, иначе никаких гарантий!

Я не стал спорить, только уточнил:

– И много времени это займёт?

Хозяин лавки поднял глаза к потолку, беззвучно пошевелил губами, затем объявил:

– В седмицу-две уложимся. Устроит?

– Ещё понадобится новый стёганый жакет, – предупредил я, поскольку старый не только изрядно пропитался кровью, но и поистрепался. – И вот. Возьметесь почистить замки?

Старик взглянул на футляр с колесцовыми пистолями и кивнул.

– Дело знакомое, возьмусь. К утру будут как новенькие.

Меня озвученный срок всецело устроил, и я достал кошель. Не стал справляться о задатке и внёс всю сумму сразу, заодно оставил мастеру и саквояж. Когда после скрепившего сделку рукопожатия, попрощался с хозяином и вышел за дверь, Микаэль не преминул проворчать.

– Не самое удачное время расставаться с оружием.

– После купания в ручье полагаться на пистоли не такая уж хорошая идея, – резонно возразил я. – И при мне шпага!