Талант новичка - Дмитрий Зимин

— Я должен вас проинструктировать, милорд, — строгим голосом сказал Капканс, как только мы расселись по жестким лавкам.

— Не чесаться, не совать руки в карманы и не цыкать зубом, — отрапортовал я, выпучив для убедительности глаза.

Граф бросил на меня долгий, не предвещающий ничего хорошего, взгляд.

— Понимаю. Для вас это всего лишь весёлое приключение, милорд. Эффектная форма, почтительная свита... Но знайте: одно неверное слово, один неверный шаг — и возвращаться во дворец будет некому.

Я легкомысленно усмехнулся.

— Полноте, граф. Хватит сгущать краски. Это всего лишь переговоры.

Генерал кашлянул, привлекая внимание.

— К сожалению, я вынужден согласиться с Капкансом, милорд. При всём уважении, вы просто не имеете представления, что это за чудовища.

"Чудовища"? — хотел закричать я. — Да вы на себя посмотрите!

Но не закричал.

Буду брать пример с графа, которому тоже очень хочется закричать — но он же молчит...

И улыбается.

Вот и я буду.

— Генерал прав, милорд, — кажись, эти вельможи договорились во всём поддерживать друг друга. — Драконы — жестокие, совершенно бесчувственные существа. Им чужды принципы человеческой морали, они не знают сострадания и не испытывают жалости.

— Мерзкие холоднокровные ящерицы, — выплюнул Мортиферус.

— Вижу, вы досконально изучили своего противника, — заметил я.

— Распря с драконами тянется вот уже полторы тысячи лет, — надменно вздёрнул подбородок Капканс. — Сложно было не узнать их поближе.

— А с чего всё началось? — невинно спросил я. На меня посмотрели, как на слабоумного. — Нет, я понимаю, что в Заковии это входит в школьный курс истории. Но вспомните: я-то был лишен всех прелестей дворцового воспитания.

Граф с генералом переглянулись.

В глазах Капканса отчётливо читалось желание воспользоваться возможностью, и придать событиям правильно ориентированную окраску.

Мортиферус хмурился. По изрытому оспинами лицу пробегали судороги, а огрызок правого уха нервно подёргивался.

Это не оспины! — вдруг догадался я. — Это ожоги.

Возможно, его ненависть к драконам не так уж и беспочвенна...

— Не будем утомлять ваше высочество долгими историческими экскурсами, — сделав над собой усилие, сказал Капканс. — Любую информацию о сём прискорбном событии вы сможете почерпнуть в замковой библиотеке. Нужно будет всего лишь заполнить карточку, отдать её архивариусам и подождать недельку-другую. Вам обязательно что-нибудь подберут.

Ага. После дождичка в четверг...

— Тогда просветите меня, что такое это ваше Оружие.

— Это засекреченная информация, — рявкнул генерал.

Уважаю. Сказал, как отрезал. Словно гусеницы лязгнули.

— Подведём итог, — закинув ногу на ногу, я обхватил колено ладонями и широко улыбнулся. — Вы хотите, чтобы я занял трон Заковии, активировал Оружие и помог победить ваших давних врагов.

Царедворцы синхронно, как болванчики, кивнули.

— Это ваш долг, милорд, — кротко сказал Капканс.

— Как последний отпрыск короля Зиновия, только ВЫ можете активировать Оружие, — надо было видеть, какие мучения доставило генералу сие признание. — Если вы этого не сделаете в самое ближайшее время, на ВАШЕЙ совести будут смерти восемнадцати миллионов подданных.

А вот это — удар ниже пояса. Прекрасно рассчитанный и срежиссированный.

Вот только я и сам мастер наносить эффектные удары.

— А почему так случилось, что это могу сделать только я?

Генерал с графом вновь переглянулись. Затем Капканс чуть опустил ресницы, а Мортиферус сказал:

— Никто не знает, ваше высочество. Пути магии неисповедимы.

— Был ещё один принц, который мог управлять Оружием, — подал голос Капканс. — Но Золтан погиб двадцать лет назад, при весьма загадочных обстоятельствах.

И он многозначительно тряхнул толстыми брылями.

Ага. Они прекрасно знают, что папаша угробил старшего братца из-за меня. Но не знают, что об этом знаю я...

— А какие версии у вас по поводу исчезновения моего отца?

Я делал вид, что искренне увлечён созерцанием ногтей. Но осторожно, исподволь наблюдал за реакцией царедворцев. Капканс не вздрогнул. Не закатил глаза, не вздохнул и даже не пошевелился.

Но кончик его носа вдруг приобрёл такой вид, словно его только что пребольно укусили.

В глазу Мортиферуса лопнул сосуд.

Они уверены, что отец умер, — подумал я. — И считают себя — отчасти — в этом виновными.

— Мы знаем то, что и другие, — наконец произнёс граф, едва разжимая похожий на щель почтового ящика рот. — Неделю назад, вечером, проведя весьма успешный раунд переговоров по поводу продажи золота в сопредельное дружественное Заковии измерение, король Зиновий отправился к себе, напоследок сообщив, что хочет поработать над соглашением в тишине, и приказав разбудить себя в шесть тридцать утра. Это было около девяти, сразу после ужина. Но уже в полночь принц Захария срочно вызвал охрану. Зайдя к отцу пожелать спокойной ночи, он не застал того в спальне.

Я кивнул, принимая заявление графа к сведению. А потом задал следующий вопрос:

— А у принца Захарии в порядке вещей заходить к папочке на сон грядущий?

Капканс слегка поморщился от моей формулировки, но всё же ответил:

— Принц Захария редко бывает во дворце. Мы ничего не знаем о его привычках.

Дипломатичненько.