Профессорская дружка - Ардмир Мари

Рассчитывая поэтапное развитие маг-представления, не сразу заметила вошедшего в кабинет огневика и на вопрос его отреагировала со значительным опозданием, когда Ганс уже закрыл за собой дверь.

— Ужинать? Нет, не хочу… спасибо.

Но не успела договорить уже никому не нужный ответ, как ко мне ворвалась матушка Агафья. Ее чепчик сбился набок, а белый передник был заляпан чем-то красным, но самым удивительным в облике оборотницы были ее глаза, огромные от удивления.

— Ирэна, деточка, что ж за изменения нас ждут!

— А что вас настораживает?

— Ганс наш, то есть Его Величество… Он на человека стал похож! Всю неделю нет-нет, да улыбается! — Она прижала руки к груди, прошептала доверительно: — Прямо не увидеть, только в отражениях окон, зеркал и тех же кастрюль, что на кухне. А сегодня так вообще мне подмигнул! И похвалил готовку.

Я с удивлением посмотрела на двуликую:

— И это плохо?

— Неожиданно! Двенадцать лет скала скалой, и на тебе, очнулся. Ой, что будет-то, что будет?.. — запричитала она, качая головой.

— Свадьба будет. Явно влюбилось Наше Величество, и, скажу вам, очень даже удачно.

— Да? — Она тут же подошла ближе. — А в кого? Красивая хоть? Молодая? Добрая, готовить умеет? Ганс — он же гурман большой… такому угодить сложно. Уж я сама чему только не научилась, чтобы он в доме ел и Дейра к столу из лаборатории выуживал…

Вот это забота! Я улыбнулась и ответила предельно честно:

— Не волнуйтесь, девушка ему под стать, очень красивая и добрая. Насчет готовки не знаю, но то, что умная и из хорошей семьи, это точно.

— Как так?! — Оборотница всплеснула руками, произнесла с иронией: — Неужто такая умная, что до сих пор ничем его не угощала? Это что ж за девицы пошли!

— Она из знатного рода, — сообщила я, и матушка Агафья застыла посредине кабинета с самой шальной улыбкой.

— Что, правда?

— Правда-правда. Помните, я несколько дней подряд от порога назойливых господ отправляла? — Она кивнула. — Так вот это из-за нее приходили… по его душу.

— Поздравить с выбором? — предположила она.

— Нет. Скорее уж, чтобы он от нее отрекся и «подарки» все вернул… — Иначе назвать сто пятьдесят резервов металлистки я не смогла. В принципе энергия такого объема — это вполне приличный «подарок» от любимой и очень щедрой женщины.

— Что?! — Двуликая с трудом угомонила рвущуюся наружу ипостась, но с голосом совладать не успела, рыкнула: — Вот же сволота! Ганс впервые счастлив, а они…

Я развела руками, произнесла примирительно:

— Что поделаешь, не повезло девушке с родственниками.

— Это завсегда можно исправить, — отмахнулась она, оскалив клыки и удлинив когти на руках. Вспомнив ее любовь к метанию ножей и топориков, я взяла ее за руки и прошептала:

— Так не убивать же их! Агафья, слышите?

— Слышу. — Взор ее стал осмысленнее, но клыки не исчезли — Убивать негодяев не буду, а потрепать имею полное право. Ганс только-только на человека стал похож, а они его обратно в камень. Не позволю! — вынесла она свой вердикт и ушла на кухню.

После ее ухода я бы благополучно пропустила ужин, не ворвись Дейр в свой кабинет с громогласным требованием.

— Ирэна, ужинать. — Крепкие руки обвились вокруг талии, и меня выдернули из-за стола и из раздумий.

— Но мне не хочется!..

— А придется. — Приобняв, потянул за собой к двери.

— Это еще почему? — тихо возмутилась я и попыталась вывернуться из его захвата. Но в борьбе за свободу добилась лишь его отдавленной ноги и соприкосновения моей головы с его подбородком.

Девятый, сжав меня крепче, шумно выдохнул:

— Ирэна, ты смерти моей хочешь?

— Нет! — замотала головой.

А он уже добавляет с язвительными нотками в голосе:

— Под завалами моего же дома.

Очередное напоминание бедственности моей натуры больно кольнуло в груди, а потому я охотно закивала: «Да!»

— Я против, — отрубил стихийник. — Идем, тебе нужно поесть, выпить состав и отбыть…

— В мир иной? — И на возмущенный взгляд голубых глаз я лишь пожала плечами, напомнив: — Ты сам сознался в том, что прошлый состав с этой задачей справился. Почти…

— И не напоминай, — горестно вздохнул девятый, — такой шанс был упущен…

Наши взгляды встретились: мой возмущенный, его насмешливый, который он очень быстро сделал просительным и в чем-то милым.

— Рэш, не упрямься и составь мне за ужином компанию.

— А как же Ганс? — воспротивилась я.

— Огневик со своей ролью не справляется.

Когда мы вошли, я поняла, о чем говорил девятый и что так напугало оборотницу. Вечно хмурый Его Величество Дворецкий беспрестанно кривил губы, стараясь не выдать своей радости, водил вилкой по скатерти и ничего не ел. Подняв взгляд на нас, он расплылся в шальной улыбке и вибрирующим голосом произнес:

— Вот теперь и ты, Дейр, поймешь, как тяжело оторвать от опытов азартного научного работника.

— Ешь молча, — ответил профессор, усаживая меня за стол.

— Я не голоден, — ничуть не обиделся Ганс.

— Может, чай? — предложила я.

— Нет, спасибо.

— Тогда сиди молча, — проворчал девятый, принимаясь за еду.

— С радостью, вот только спрошу у Ирэны, есть ли у нее для меня сообщение… — Огневик вопросительно улыбнулся, повторяя: — Есть?

— Трудно сказать. — Я позволила себе дружеское подтрунивание. — А ты сейчас в каком из обличий?

— Во всех, — заверил маг и выжидательно закусил губу.

Письмо я ему отдала тут же и на несколько долгих мгновений оторопела от того очарования, что испускал наш дворецкий. Дышать стало трудно, ладошки вспотели, а по телу прокатилась волна легкого возбуждения, которое со звоном разлетелось в опустевшей голове.

— Всевышний, когда же ты женишься? — прошептала я, приводя себя в сознание. Потерла руки, а затем и мочки ушей, но легкий озноб все еще скользил вдоль шеи.

— А что не так? — Он расплылся в совсем уж соблазнительной улыбке и подмигнул: — Проблемы?

— Да, — подмигнула я и со всей серьезностью заявила: — Теряю свою дефектность. Так что… сдерживай эмоции хоть чуть-чуть.

— Зачем?

— В противном случае у тебя появится отчаянная поклонница.

— Под кодовым именем «Стихийное бедствие», — ухмыльнулся огневик.

— Именно!

— Что?! — Следящий за нашим диалогом Дейр неожиданно закашлялся и захрипел.

— Воды? — Я схватилась за стакан и графин с водой, потянулась к девятому.