Правила большой игры - Алекс Орлов

Рон стоял у окна и смотрел на улицу незнакомого города. Под потолком стрекотал немолодой кондиционер, который время от времени заходился каким-то кашлем, но затем продолжал работу, покорно нагнетая в помещение охлажденный воздух.

– Что за название такое – «Великий Пауль»?

– Откуда мне знать? Нужно было у портье спросить, если тебя это так интересует.

Джек лежал, вытянувшись на кровати, и смотрел в потрескавшийся потолок. У них с Роном закончилась сменная одежда, они позвонили в магазин, сообщили необходимые размеры и вызвали курьера. Прошло полчаса, но курьер все не шел.

Джек поднялся и, подойдя к второму окну, посмотрел вниз. Они с Роном намеренно выбрали этот номер – в самом конце последнего, четвертого этажа. Рядом находилась техническая лестница, по которой можно было подняться на чердак, а оттуда – на крышу. У Рона с Джеком был богатый опыт отступления по крышам – на Шлезвиге этот способ спас им жизни.

– Надо было взять с собой пистолет, все равно нас не обыскивали, – вздохнул Рон.

– Был бы пистолет, обязательно бы обыскали.

Джек проверил, как заперта дверь, затем вернулся на кровать.

– Завтра нужно будет найти тех, кто может сделать нам документы.

– И что потом?

– Уберемся в провинцию. Нам отсидеться нужно.

– И как долго будем отсиживаться? – спросил Рон, отворачиваясь от окна.

– Полгода минимум.

– Долго.

– Это недолго, Рон. По сравнению с тем, сколько ты жил в подвале ресторана своего зятя, здесь будет куда приятнее. При правильном распределении денег должно хватить на пару лет, ну и потом, мы ведь не будем сидеть без дела целых два года.

– А что, капусту будем выращивать?

– Можно и капусту, – улыбнулся Джек. – Или эту, как ее… Помнишь, когда мы на поле под минометный обстрел попали? Как этот овощ назывался? Я помню, как поднятая взрывами земля падала на нас вперемешку с корнеплодами.

– А рядом со мной упала голова нашего ротного… – вспомнил Рон.

– Да, хороший был мужик.

– Хороший.

Рон снова стал следить за улицей. Пока ничто не говорило о грозящей им с Джеком опасности, но настроение было паршивое.

– Репа, – произнес он после паузы.

– Что?

– Овощ, который рос на этом поле, назывался репа.

– Репа, – повторил Джек. – Странно, я думал, у этого слова какое-то другое значение. Наш старшина на офицерских курсах говорил, что правильный солдат даже на простых харчах должен уметь нажрать репу.

Думаешь он имел в виду именно овощ?

Барнаби ничего не ответил, да Джек и не ждал ответа. Он что-то говорил, а сам думал о другом: чем сейчас занимается Сутулый? Не такой он человек, чтобы отказываться от задуманного. Сволочь.

– Я тут моток проволоки раздобыл, – сказал

Рон. – Пойду, попробую как-нибудь ее применить.

Отговаривать напарника Джек не стал. Он поднялся, подойдя к двери, послушал, затем осторожно повернул смазанный обувным кремом замок – ничего другого для смазки они не нашли – и приоткрыл дверь.

– Давай.

Барнаби с опаской выглянул в коридор, протиснулся сквозь щель, и Джек снова заперся. Постояв еще немного, он вернулся на кровать, но только-только лег, как снова пришлось вставать – в номер постучали.