Невеста ветра - Наталия Осояну

— А где Умберто? — спросила она слабым голосом.

— Отправился по делам, — сказал магус, не скрывая облегченного вздоха. — Ты в порядке?

Она кивнула.

— Тогда вы оба посидите пока здесь, я скоро буду. Когда магус скрылся из виду, Кузнечик примостился на камне рядом с Эсме и беспечно сказал:

— Мне лучше всех. Я могу не менять имя, когда мы приходим в новый город.

Эсме встревожилась.

— Охотно тебе верю, но… разве не опасно об этом го…

— Не-а, — мальчишка покачал головой. — Хотя нет, ты права. Надо быть осторожнее, потому что… — Он закашлялся, прижав руку к горлу, и целительница вновь ощутила укол совести: не сумела, не дотянула, не доделала. Велин бы ругался… наверное.

— Ты здесь бывал раньше?

Кузнечик кивнул и показал три пальца. Три раза? Три года назад? Говорить он то ли не мог, то ли боялся нового приступа. Эсме кивнула и отвернулась, чтобы рассмотреть пристань.

Белый камень, из которого здесь были выстроены дома и которым мостили дороги, по какой-то непонятной причине сиял, словно зодчие только вчера покинули город. Кое-где сквозь щели пробивалась молодая трава, а над стеной, возле которой они сидели, виднелись пышные кроны деревьев — за ней прятался чей-то сад. Эсме присмотрелась к людям, проходившим мимо, и не без удивления поняла, что их не так много, как ей показалось поначалу. Жители Ламара отличались от ее соплеменников озабоченными лицами: они все куда-то торопились. Праздношатающихся на пристани не было.

— Здесь хорошо, — хрипло сказал Кузнечик. — К их заносчивым физиономиям рано или поздно привыкаешь.

— Ты ведь здесь не жил, — укоризненно напомнила Эсме, и тотчас об этом пожалела: мальчишка на мгновение помрачнел, словно вспомнил о чем-то неприятном.

«Мне будет не хватать твоих тайн, «Невеста». Неожиданно для самой себя Эсме сказала:

— Кузнечик, можно тебя спросить?.. Он кивнул.

— Можешь не отвечать, я не обижусь. Но… я давно хотела узнать… из какого ты семейства?

По лицу Кузнечика снова пробежала тень.

— Разве это не заметно? — проговорил он хрипло и отвернулся. — Было заметно, я хотел сказать. Клан Соловья.

Соловьи, конечно же…

Обладатели чарующих голосов, которые с возрастом не меняются… или меняются в лучшую сторону. Клан музыкантов, во все времена избегавших войны и альянсов с другими кланами. Эсме в очередной раз прокляла свое любопытство.

В потоке прохожих неожиданно обрисовалась неподвижная фигура — скалой посреди бушующего моря. Эсме мельком скользнула взглядом по человеку, остановившемуся в нескольких шагах от нее, отметила белую рясу с капюшоном, сутулые плечи, посох с навершием в виде чайки.

Эсме повернулась к лариму, и тот, обрадованный вниманием со стороны хозяйки, весело застрекотал, распушил хвост. «Мне хорошо сидеть на солнышке… я испугалась шумного города, но теперь все хорошо… все просто замечательно…» Она ощутила, как Кузнечик подобрался, словно приготовившись к прыжку. Человек в рясе шагнул в их сторону — точнее, он одним плавным движением оказался рядом — и откинул капюшон. Суровый взгляд серых глаз обжег Эсме, и она потупилась, чтобы не видеть это жесткое лицо — острый подбородок, крючковатый нос, высокий лоб, перечеркнутый морщиной. На вид незнакомцу было лет сорок, но Эсме знала — это обман. Перед ней стоял магус, а значит — ему могло быть и сто сорок, и даже двести сорок.

— Дитя мое, ты целительница?

Его голос был под стать внешности — лязганье стали и то приятнее на слух.

— Да, отче. — Она встала, и ларим протестующе фыркнул. — Вам нужна помощь?

— Нет. — По выражению его лица невозможно было ничего понять. — Просто я почувствовал твою силу и удивился — что это привело служительницу Эльги сюда, в Ламар.

— Меня захватили в плен пираты, — сказала Эсме тихим дрожащим голосом, и глаза ее наполнились слезами. — Но мне удалось бежать, и в море меня спасла «Шустрая»…

— На все воля Заступницы, — магус выдал некое подобие улыбки. — Я встречал капитана «Шустрой», он неплохой человек, хоть и грешник. И ты хочешь здесь остаться?

— Если получится, — она кивнула. — В маленьком городке, откуда я родом, уже есть два целителя. К тому же там меня никто не ждет.

— Что ж, тогда пусть благословение небес пребудет с тобой! — сказал магус. — Если не найдется добрая душа, которая тебе поможет, обращайся в храм.

Степенно кивнув, он продолжил свой путь. Эсме перевела дух, и в этот миг знакомый голос прошептал ей на ухо:

— И каково ощущение после знакомства с настоящим магусом из клана Чайки?

Она остолбенела.

Крейн, ухмыляясь, перебросил из одной руки в другую небольшой сверток.

— Удивлена?

— Щупач? — наконец к Эсме вернулся дар речи. — Он?! Ох, да, он же сказал, что почувствовал мою силу. А я-то думала, он просто священник…

— …и щупач, — кивнул Крейн. — Отец Мефиус — крайне любопытная личность. Раз он обратил на тебя внимание, обязательно захочет потом разузнать, как ты устроилась. Да не бойся! Если щупач будет проверять каждого жителя Ламара, то надорвется и умрет в страшных муках… или сойдет с ума. Ты должна понимать это лучше, чем я, — у них тоже есть запас силы, тратить ее следует осторожно, с умом. Кроме того, — он заговорщически прищурился, — могу открыть тебе страшную тайну. Щупачей в Империи крайне мало. Гораздо опаснее те, кто им служит — шпионы, лазутчики, просто стукачи, — но от них можно защититься очень простым способом — поменьше болтать.

Эсме молчала, ошеломленная, и Крейн без улыбки добавил:

— Поэтому вовсе не обязательно отказываться от своих воспоминаний.

Она смутилась и покраснела, а магус, вновь надевая дурашливую маску Ристо-Счастливчика, сказал:

— Ну-ка, дай сюда ногу.

— Что?! — Эсме оторопела.

— Ногу, — нетерпеливо повторил Крейн, изящным движением разворачивая сверток. — Ты ведь не хочешь ходить по Ламару босиком? Точнее, хочешь, но не можешь, потому что я не разрешу. Долго мы будем так сидеть?

Она вытянула вперед правую ногу, где еще не зажил до конца ожог, и магус надел на нее сандалию — плотную кожаную подошву с множеством ремешков, которые он хитро обвернул вокруг щиколотки и завязал. Потом то же самое повторилось с левой ногой.

— Ну вот, — удовлетворенно произнес Крейн. — Совсем другое дело.

Эсме покосилась на Кузнечика: мальчишка тщетно старался спрятать улыбку.

— Здесь все так ходят? — спросила она, чувствуя себя полной дурой. Магус кивнул. — Что ж, тогда вперед…

Начиная новую жизнь, она училась ходить по-новому — и споткнулась добрый десяток раз, прежде чем привыкла к обуви.