Жар ледяного сердца - Анна Пожарская

– Банда близнецов? – хохотнул дракон.

– Да, – торопливо закивала чародейка. – Но это объясняет то, что напавший на меня в подвале и сегодняшний маг выглядели братьями.

– И что нам это дает? Ну кроме того, что какой-то из магов нашел записи Каллиха и пытается с помощью его техник убить тебя?

– Ритуал можно провести только в определенном месте. Думаю, что смогу увидеть лицо того, кто взывал там к силам Пропасти. Есть только одно «но». Если я правильно понимаю, о каком месте речь, то попасть туда мы сможем только после того, как сойдет снег.

– И с воздуха тоже?

– И с воздуха тоже. Это пещера, близко к Пропасти. Я бы не рискнула расчищать проход туда с помощью магии. Порождения услышат нас, а с учетом расстояний мы получим лавину монстров.

– Тогда у нас остается одно дело.

– Какое? – Атиль поймала его взгляд и Вильяр невольно улыбнулся.

– Дожить до весны.

Чародейка усмехнулась:

– Уже начинаю ее бояться. Подумать страшно, что нас ждет.

Дракон взял ее за руку, поднес к губам и поцеловал:

– Не бойся. Что-нибудь придумаем.

Атиль кивнула. Потянулась и осторожно коснулась губами его губ.

– Я рада, что ты со мной.

Вильяр улыбнулся. На душе потеплело и без наступления весны.

***

Все утро в день праздника весеннего равноденствия сверху огромными хлопьями падал снег. К обеду метель успокоилась и на небе показалось еще холодное, но уже задорно-яркое солнце. Вильяр выглянул в окно, отметил про себя, что близится полдень, поднялся с места, спрятал договоры и печать в большой секретер из черно-зеленого дерева и с улыбкой посмотрел на разодетого господина Ульдора. Что-что, а праздники распорядитель ярмарки не пропускал никогда. Тот в свою очередь тоже смерил дракона взглядом. За три с лишним месяца совместной работы мужчины привыкли друг к другу, и сейчас старик понял все без слов: время пришло, следовало быстро перекусить и отправляться открывать веселье.

– Сегодня, полагаю, госпожа почтит нас своим присутствием, – заключил Ульдор, когда накрывшая стол служанка удалилась, а он привычно принялся накладывать двойную порцию мяса к себе в тарелку. Сидел за бумагами молча, и сейчас его, похоже, тянуло поговорить.

Вильяр хмыкнул, а старик невозмутимо продолжил:

– Вы, мой друг, при параде, а злые языки поговаривают, госпожа наша влюблена как кошка. Вряд ли она отпустит вас веселиться в одиночестве.

Дракон поморщился, все-таки старик общался с ним слишком по-свойски. Временами это создавало неудобства.

– Супруга обещала мне быть, – Вильяр поспешил вернуть тон разговора в более официальное русло. – У нее встреча с представителями горожан, а потом они сопроводят ее на праздник.

Тоже положил свинины себе в тарелку. Улыбнулся и покачал головой. Госпожа влюблена как кошка… Было бы неплохо. Но нет, Атиль не говорила ничего такого, а люди со стороны склонны преувеличивать.

– Вы знаете, что госпожа Атиль хорошо танцует? Пока ее отец был жив, она бывала на наших праздниках гораздо чаще. Жаль, что сейчас все поменялось. Оно и понятно, заботы, стена, супруг, но нам ее не хватает.

Вильяр прожевал кусок немного пересоленного, но вполне себе вкусного мяса и закивал, раздумывая, что ответить. Не понимал, куда клонит старик, и решил не торопить события.

– Она показывала мне несколько фигур. У нас танцуют иначе. Сложнее и размереннее, – он усмехнулся: – надеюсь, сегодня не ударю в грязь лицом.

– Так госпожа будет танцевать?

Вильяр прищурился, а потом понял, что именно интересует Ульдора. Не стал говорить прямо, обнадеживать или нет горожан, должна решить Атиль.

– Она превосходно себя чувствует, отчего не повеселиться?

– Ваша правда, друг мой, – закивал старик и вернулся к еде.

Дракон вздохнул с облегчением. Атиль не говорила о беременности прямо. Правда иногда, глядя на нее в спальне, Вильяр ловил себя на мысли, что слова уже не нужны. Все ясно без них, но обсуждать эту тему с посторонними он остерегался. В общении с горожанами хватало нюансов и сложностей, создавать жене лишние хлопоты и поводы для сплетен не хотелось.

Внизу послышались голоса, а следом шаги по лестнице. В дверь постучали, и, не дожидаясь разрешения, в кабинет вошла Атиль в сопровождении двух мужчин из городского совета. Ульдор прервал трапезу, вышел из-за стола и отвесил госпоже почтительный поклон. Она поздоровалась и посмотрела на спутников.

– Спасибо! Дальше я сама.

Они кивнули на прощание и направились на выход. Вильяр отвлекся от еды, поднялся на ноги и с улыбкой посмотрел на жену. С радостью обнял бы, если бы позволяли приличия. А так оставалось лишь разглядывать ее с расстояния нескольких шагов. На Атиль была короткая, отороченная мехом, завязанная шнурком на шее накидка с капюшоном. Ее расходящиеся полы демонстрировали парадное платье: подхваченную под грудью разлетайку из плотной нежно-голубой ткани. Дракон тяжело сглотнул. Он видел наряд вчера, и прекрасно понимал, почему Атиль выбрала именно его, но сейчас никак не мог отделаться от мысли, что среди складок платья проглядывает намечающийся живот. Вдруг облачение – вовсе не реверанс ожидающим нового мага к черной луне, а намек ему? Ошалевшему от сладкой жизни дракону? Может, жене не нравится, что в горячке ночей он не замечает очевидного? Стоит задать Атиль несколько вопросов вечером.

– Светлая госпожа соблаговолит оказать нам честь? – с поклоном поинтересовался Ульдор, отрывая Вильяра от раздумий.– Присоединится к нашей скромной трапезе?

– С удовольствием.

– С вашего позволения, отдам необходимые распоряжения.

Старик направился к выходу с несвойственной его возрасту и комплекции скоростью. Вильяр не стал терять время. Обогнул стол и заключил супругу в объятья.

– Превосходно выглядишь, – прошептал ей куда-то в шею. Не видел с утра, но соскучился так, будто был далеко целую вечность.

Атиль открыла рот ответить ему, но ее перебил протяжный скрипучий вой горна. Он бил по ушам и пробирал до самых костей.

– Порождения? – осторожно поинтересовался Вильяр. Показалось, звук отличался от того, что он слышал в прошлый раз. Может, и не сигнал тревоги вовсе.

– Нет, – Атиль кинула на него испуганный взгляд, – это другой звук. Стены атакуют с человеческой стороны.

Вильяру стало не по себе. Стычка с порождениями настораживала гораздо меньше.