Конец света сегодня - Надежда Первухина

– Лалит, не смей! – кричал Лекант. – Она ни в чем не повинна!

– На колени, дхиан Порядка! – Лалит явно упивалась ситуацией.

Лекант упал на колени. Его упавший меч подхватил лемуриец.

– Лалит, сразись со мной! – Крик Владимира резал скалы как нож масло. – Или ты способна воевать только с беременными женщинами?!

– Лемуриец, – протянула Лалит, – в другой раз я с удовольствием сразилась бы с тобой, но не теперь. Браслеты!

Лиза меж тем открыла глаза и увидела мужа.

– Володя! – заплакала она. – Мне уже ничего не поможет! Оставь меня, живи сам!

– Глупости какие, – сказал лемуриец, поудобнее перехватывая меч. – Без тебя, Лиза, и вечность – с игольное ушко.

Он замахнулся мечом, Лалит отразила его удар. Ей поневоле пришлось оттолкнуть Лизу от себя, потому что женщина мешала ей. Лиза упала, откатилась в сторону. И тут же оказалась меж клешней Анны Николаевны Гюллинг.

– Отличненько, – прошелестела Анна Николаевна. – Здравствуй, Лиза.

– Вы кто? – ужаснулась виду ведьмы девушка.

– Я Анна Николаевна Гюллинг, а это наша честная компания. Пока твой муж сражается с Лалит, я передам тебя под защиту нашего замечательного Кайминшоу.

– Почту за честь, – пробормотал едва слышно одной головой монстр, а Мой-нян уже прикрывала плечи Лизы халатом с длинными широкими рукавами. – С возвращением, милое дитя.

– Не отдавайте меня ей, – стуча зубами, выговорила Лиза.

– Ни в коем случае. Я отвечаю за тебя, – сказал Кайминшоу.

Тут выступила Анна Николаевна:

– Великий Кайминшоу и вы, друзья! Молитесь за меня Будде Авалокитешваре, чтобы я одержала победу!

И безумная ведьма ринулась в самую гущу схватки меж Владом и Лалит.

Тут только дхиан Хаоса сообразила, что пленница ее уже свободна.

– А, ракшасы! – взвыла она. – Лизка, вернись немедленно или я убью твоего мужа!

– Лиза, ни с места, – приказал Владимир. – Я бессмертен, к тому же это лишь ментальный слепок с тела!

Лалит зарычала, и тут одна из копьевидных ног-лап Анны Николаевны пробила ее насквозь.

– Так-то, – удовлетворенно проскрежетала Анна Николаевна и выдернула ногу из раны.

Из тела Лалит хлынула золотая кровь.

– Смешно! – вскричала дхиан. – Я же неуничтожима, я всегда могу восстановиться.

И точно, через миг рана затянулась, словно ее и не было.

– Руби ее на куски! – прокричала Владу Мой-нян. – Так она потеряет тело.

– Именно! – поддакнул Кайминшоу. – Дхианам требуется время, чтобы вырастить новую плоть.

– Отруби ей голову! – крикнул кто-то из свиты Друкчена.

И тут Друкчен всех потряс. Он выхватил меч и ринулся в схватку, хотя понимал, что ему далеко до мастерства лемурийца. Лалит отмахнулась от него, как от назойливой мухи…

– Остановитесь! – прогремело вдруг с небес.

И все замерло. Замерли Влад и Друкчен, замерла Лалит – словно муха в патоке. А с неба по облакам точно по ступеням спускалась сама тысячерукая Гуаньинь – Будда Милости.

Гуаньинь остановилась перед Лалит:

– Дхиан Хаоса, твои грехи и несовершенства переполнили чашу терпения богов. Это низко, недостойно, ничтожно. Ты будешь развоплощена.

Гуаньинь легко коснулась лба Лалит, и та превратилась в стаю черных жужжащих мух. Мух подхватил ветер и унес неведомо куда.

– О Гуаньинь! – воскликнул Кайминшоу. – Смилуйся над нами и не осуди. Мы рабы твои.

И все поклонились великой богине.

– Ты восстановила справедливость, о милостивая, – сказал Владимир, отбрасывая меч.

– Нет, – покачала головой Гуаньинь. – Я только проявила милость. Справедливость подобает восстановить вам. Вы должны остановить Мальчика.

– Но как?

– Подумайте. Одно скажу: умереть он не должен. Он должен быть судим.

И Гуаньинь исчезла.

Наши герои помолчали, отдавая должное богине. А потом Кайминшоу сказал:

– Глядите-ка! Этот герой тоже исчез!

Он говорил о Леканте. Действительно, дхиана Порядка не было и в помине.

Анна Николаевна презрительно хмыкнула:

– И это называется мужчина! Схватил свои браслеты – и деру. Даже не извинился перед Лизочкой.

Лиза и Влад обнимались.

– К черту этого дхиана и его браслеты! – воскликнул Влад. – Главное, что наконец-то мы с Лизой вместе.

И тут встрял Сидор.

– Проблема-то не решена, – сказал он. – Мы должны остановить Собхиту в его решимости завладеть всем миром. Но есть кое-кто, кто тоже хочет этого, правда, более радикальным способом.

– Лекант, – сказал Друкчен. – Он убьет собственного сына!

– Мы должны его остановить!

– Но как?

– Идемте к моей тетушке, – прогремел голос Кайминшоу. – Она в таких делах первый советчик.

Дождь кончился, небо очистилось, и когда наши герои добрались до Дворца Прета-Локи, то совсем развеселились.

Дворец был вытесан из базальта и поражал воображение. Он напоминал еще одну гору, раскинувшуюся среди трав и озер. Но вот наших героев встретили слуги тетушки Дзендзян и проводили в торжественный зал.

Тетушка Дзендзян развлекалась тем, что играла в мацзян. Ее двенадцать голов спорили между собой, но негромко и без особого пыла. И тут она узрела гостей.

– О боги! – громогласно воскликнула Дзендзян. – Наконец-то я развлекусь! Кайминшоу, негодник, ты специально явился с такой славной компанией?

– Да, тетушка, – поклонился Кайминшоу.

– Эй, слуги! – кликнула тетушка. – Накрывайте столы!

Немедленно тысячи невидимых слуг раскатали ковровые дорожки, поставили и накрыли столы и лавки, загремели посудой. Зал наполнился ароматом кушаний.

– Прошу вкусить моих разносолов, – сказала тетушка Дзендзян.

И хотя гости, после пережитых потрясений, не особенно хотели есть, все-таки они вкусили от хлебосольства двенадцатиголовой тетушки, опасаясь ту разгневать или обидеть.

– Ну, – прогрохотала тетушка, когда все насытились и перешли в залу с бассейном. – Расскажите мне всё о себе.

Роли рассказчиков взяли на себя Анна Николаевна и Друкчен. Они поведали тетушке о всех приключениях, случившихся с ними. Дзендзян благословила Гуаньинь, развоплотившую дхиана Лалит, и с интересом посматривала на лемурийца.

– Я никогда не видела истинных лемурийцев, – пояснила тетушка Дзендзян. – Оказывается, у них такие хвосты!

В бассейн подали теплую воду с ароматами роз и мандаринов, и все искупались в нем. Оказывается, к тому же это был не простой бассейн. Вода его залечивала раны, как телесные, так и душевные.