Хроники раздора - Letroz

— Нам всё сказал тот призрак: ушли оттуда, пришли сюда. Значит шли они не через Амбваланг — было бы странно, что они прошли мимо него и решили утонуть в болоте.

— А с дорогой что случилось? — кивая на камыши, спросил Фалайз.

— Жизнь случилась, — пожала плечами жрица, — наверное, разобрали её, когда большую надо было чинить.

— Так что, идём или уже завтра? — неуверенно спросил Тукан.

Новички замерли, смущаясь. По меркам своих предыдущих сессий они были в игре уже долговато — почти три часа, и пора было бы разойтись. Однако вместе с тем никто не гарантировал, что до выводов, сделанных ими, не дойдёт кто-то ещё, а значит ящик и обещанное за него снаряжение могли ускользнуть из их рук.

— Ладно, чего стоять, лучше идёмте, задроты, — решил за остальных Тукан. — Быстрее найдём, быстрее закончим.

***

Дорога, ведшая вглубь болот, пребывала в куда худшем состоянии, нежели её часть, шедшая на восток. Причём разрушения эти были не только природными, но и очевидно рукотворными — кто-то целенаправленно, но хаотично выдирал из неё камни.

Живность здесь тоже была несколько иной: появились гигантские стрекозы, норовившие унести и сбросить тебя прямиком в трясину. Примерно тем самым занимались не менее выдающиеся своими размерами водомерки. Ассистировали им в этом вороны, удивительно, но самые обычные. В бой они не лезли, зато своим пронзительным криком приглашали поучаствовать в нём всех желающих.

Это было очень некстати: туман в этих местах оказался ещё гуще прежнего и снижал видимость до совсем уж небольших величин. Из-за этого как-то понять, что неподалёку имеется рассадник неприятностей, было не всегда возможно.

В качестве утешения новичкам стали попадаться следы искомого каравана. Поначалу это были просто различные обломки, значения которым троица абсолютно не придала, однако затем им попалось нечто более существенное.

— Смотрите-ка, — вглядываясь в туман, негромко окликнул сопартийцев Фалайз. — Телега. Похоже, что это наш караван.

Утонувшая наполовину конструкция виднелась в стороне от дороги.

— Если это наш караван, то почему она пустая? — подойдя ближе к краю болота, спросил Тукан. — Что-то тут нечисто…

— Зато тебе не придётся туда лезть и искать наш ящик, — постаралась утешить его Фиона.

— Знаешь, чует моё сердце — лучше бы нам его найти там, хоть и едва не утонув, чем идти дальше.

Мрачное предчувствие не обмануло крестоносца. Помимо всё увеличивающегося количества обломков и ям троице стали попадаться и тотемы из черепов, весьма красноречиво намекавшие на наличие разумной жизни. Затем и вовсе впереди сквозь туман показался огонёк то ли от костра, то ли от иного источника света.

— Так, — останавливаясь, начал Тукан. — Дальше идти предлагаю по болотам. Иначе, как выразился наш наниматель, заметут.

— Опять по этим кочкам скакать, — заныл Фалайз. — Давайте я лучше жахну, а?

— Жахнешь, непременно жахнешь, так, что весь мир — в труху, но сначала мы поймём, с чем или с кем имеем дело, — утешила его Фиона.

Для новичка перемещаться по болоту без обуви и без попыток в скрытность было не слишком приятно, а с ними стало совсем уж невыносимо. Разработчики изрядно постарались передать весь спектр ощущений. Постоянное чувство, что ты во что-то наступил, к тому же подкреплённое твёрдым осознанием, что по факту так оно и есть, вкупе с мелкой живностью вроде слизней и улиток, которые норовили то и дело устроить променад по стопе, действовало на нервы и невероятно раздражало.

Ничуть не улучшило положение то, что Тукан для своего обходного манёвра выбрал весьма заковыристый путь, по которому приходилось то ползать, то прыгать, а в паре мест ещё и плавать. Что творилось с его ногами, когда те оказывались под толщей мутной воды, Фалайз старался не думать — иначе бы он разнёс на атомы эти болота прямо здесь и сейчас. Утешал он себя мыслью, что ещё немного, и они станут богаты настолько, что он сможет позволить себе хотя бы домашние тапочки.

Наконец его мучения закончились вместе с относительно безопасным путём через болота — троица буквально носом уткнулась в какой-то завал из камней, остатков повозок и ещё какого-то мусора самого мерзкого происхождения.

— Я через это не полезу! — гневным шёпотом сообщила Фиона. — Ладно эти болота и насекомые, пиявки, но это…

— Хочешь денег — полезешь! — шикнул на неё Тукан и личным примером показал, что даже в том состоянии, в котором они пребывали после четырёхчасового ползания по грязюке, ещё можно испачкаться.

Нехотя остальные переправились за ним, оказавшись, судя по всему, на окраине некоего лагеря. В пользу этого говорили немногочисленные постройки, если эти наспех сваленные кучи мусора можно было так назвать, явно рукотворной работы. Кроме них здесь имелось множество практически одинаковых ящиков. Даже заглядывать в них не было никакой необходимости, чтобы понять, что это ничто иное как груз пропавшего каравана. Однако того самого заветного ящика, за которым новички и пришли сюда, здесь не было.

Пришлось осторожно, не шумя и не разговаривая, перемещаться дальше, вглубь лагеря. Помимо уже виденного ранее костра, который просто стал ближе, оттуда доносились и разнообразные, весьма нелицеприятные звуки. Кто-то, периодически рыгая и сморкаясь, смачно чавкал. Были ещё и голоса, но понять их не представлялось возможным из-за тумана и общей невнятности.

После ещё нескольких минут напряжённого пути показались и обитатели. Один из них протопал мимо затем, чтобы выбросить в яму целую уйму тщательно обглоданных костей.

— Это что ещё за питекантроп? — провожая странное создание взглядом, удивлённо спросил Тукан.

В целом оно было человекообразным. Трёхметровых людей, конечно, не часто встретишь, но всякое бывает. А вот странный зеленоватый оттенок кожи уже явно не входит в стандартный набор хомосапиенса. Добавить сюда общую неопрятность и диковатость субъекта, неестественно длинные, очень сильные и цепкие руки, доходящие почти до колен, явно врождённый сколиоз, низкий покатый лоб, и сравнение крестоносца оказывалось не таким уж и далёким от действительности.

— Полагаю, это болотный тролль, — сообщила Фиона, немного подумав.

— Я не вижу у него компа или хотя бы телефона, — растерянно заметил Фалайз.

Его сопартийцы пару мгновений смотрели на него удивлёнными взглядами, а затем синхронно покачали головой в стиле «ох уж эта молодёжь».