Хозяйка чайной - Наталья Александровна Буланова

— Что? — на эмоциях мой голос тоже звучит громко.

— Чем ты занята?

— А не видно?

— Вижу. Поэтому и спрашиваю, зачем ты это делаешь?

Я показываю рукой на горную дорогу к чайной:

— Нужно проложить моим клиентам удобный путь.

Зверь отнимает у меня лопату.

— Это мужская работа.

— Так я и наняла мужчин. Они сбежали. А больше никто не хочет жариться на солнцепеке.

Зверь молча отодвигает меня в сторону. Закатывает рукава свободной белой рубашки и начинает так ловко махать лопатой, что дело кажется сплошной легкотней.

Как же! Я пробовала и знаю, насколько это тяжелая работа.

Мнусь рядом, не зная, что делать. И прерывать его не хочу, но и снова быть обязанной неохота.

— Я тебе заплачу, — говорю я.

— Ага. Три раза, — отвечает он, распремляется и начинает расстегивать рубашку.

— Ты что делаешь? — Я отворачиваюсь.

— Жарко.

Я слышу шуршание одежды, а потом он окликает меня:

— Алисия!

— Что? — я поворачиваюсь, а в меня летит его рубашка.

Ловлю рефлекторно.

— Подержи лучше. И попить воды принеси.

Я кошу на его голый торс взглядом и на секунду забываю как дышать. Вот это мускулатура. Сразу чувствуется, что заработана в боях, а не в качалке, как у мужчин из моего мира. Ни одного лишнего грамма жира.

Зверь явно чувствует мой взгляд, напрягает и без того четко-очерченный пресс, поигрывает мышцами во время движения лопатой.

— Воды? Сейчас! — говорю я, сама ощущая жажду.

Это он что, тактику сменил, как узнал, что я попаданка? Понял, что прежними методами меня не взять, и решил… Что решил-то? Телом атаковать? Делом?

Ну… Не лопату же мне у него вырывать, верно?

Пока воды принесу. И ему, и себе.

И дух переведу, а то перед глазами круги. От жары, это точно, ага-ага.

Рики радостно приветствует генерала за моей спиной. Они начинают о чем-то общаться, но мне не слышно.

Я наливаю воды, жадно выпиваю стакан, а другой несу Зверю. У него так быстро спорится работа, что я просто в шоке.

— Генерал, — говорю я, подходя ближе. — У тебя, наверное, много дел.

— Подождут. А то я уйду, ты снова за лопату схватишься, — бурчит он.

А он вполне себе ничего, когда не прет, как танк.

— Я пыталась решить вопрос по-другому. Не получилось, — вздыхаю я, протягивая стакан воды.

Стараюсь смотреть ему в глаза, а не на голый торс. А он, падлюка, видит мой интерес и цепко ловит любой намек с моей стороны.

— А меня не пробовала попросить?

— А я знаю, где тебя найти? — Я иронизирую, но он принимает все за чистую монету.

— Точно, — кивает он. — Новая Алисия не знает.

И улыбается так, словно что-то задумал:

— Доделаю — покажу.

— Но…

— Тебе же нужно знать, где найти своего арендодателя. Верно?

И то правда. Не поспоришь.

Зверь делает ступени до самого вечера. Каждый раз, когда я к нему подхожу и предлагаю остановиться, он говорит:

— Ты же о привлекательности дороги заботишься, да? Иди, подумай о цветочках, которые посадишь по бокам лестницы.

А ведь он прав. Эстетика тоже важна.

Рики как раз идет мимо и слышит наш разговор:

— А я знаю, где взять красивые кусты. Они живучие — не погибнут от пересадки.

Зверь кивает головой на парнишку:

— Слышала? Пацан дело говорит.

Прогоняет меня, чтобы не мешала работать? Это что-то новенькое!

— Хорошо, Рики, пойдем. Закроем чайную и выкопаем кусты, пока солнце не село. Надеюсь, это не на соседнем участке и мы не получим за воровство?

— Что вы, госпожа! Это в горах.

С одной стороны обнадеживает, с другой — нет.

Глава 13. Часть 2

В косой постройке за чайной я видела садовую тележку. Вот она-то сейчас и пригодится!

Закручиваю волосы в тугой пучок на макушке, чтобы не мешались. Кладу в тележку все садовые инструменты, которые могут пригодиться.

Вот теперь мы готовы!

Рики с удовольствием везет тележку вниз по вырисовывающимся ступеням мимо Зверя.

— Если с твоей госпожи упадет хоть волос — лишишься головы, — говорит тот ему строго.

Рики приосанивается, а я, проходя мимо зверя, возмущенно шепчу:

— Он еще ребенок. Его самого защищать надо.

— Он мужчина, — отрезает Зверь, а потом внимательно смотрит на мой новый образ.

Рики кивает и громко кричит:

— Госпожа, не переживайте. Ни волоса не потеряете!

— Поняла. Линять тоже нельзя. Волосы будут выпадать, так я их ловить на лету буду и обратно наматывать.

Зверь преграждает мне путь, протягивает руку к моим волосам, и я замираю. Потом смотрит на свои грязные пальцы и отступает. Передумал дотрагиваться.

— У тебя все уже крепко намотано. Почему раньше так в чайной не ходила?

Я обхожу Зверя, оборачиваюсь через плечо и говорю:

— Образ строгой девы не для меня.

И иду дальше.

— Да? А какая ты? — спрашивает мне в спину Зверь.

Какая я? Да я только себя начинаю узнавать.

В своем мире прожила до сорока пяти, но так себя и не узнала. Конечно, я четко знала, какие жанры люблю смотреть, какие блюда есть и обожаю весну. Но что я знаю о себе в романтическом плане?

Мне кажется, что та молодая я, что активно встречалась с мужчинами — это другой человек. А та со следами ожогов — это тоже не я, а лишь жалкая отчаянная тень.

Сейчас же, когда я видела внимание к себе мужчины, я словно познавала себя настоящую. Не ту, которая готова к компромиссным отношениям с мужчиной, который бы смирился с моей внешностью, а ту, которая знает себе цену и не готова к уступкам.

Тем более с целью выжить и остаться в этом мире. Что будет, если я проснусь в своем прежнем теле я старалась не думать.

Мы с Рикки поднимаемся в горы. Тележку он мне не дает, везет сам, громко позвякивая положенными в нее инструментами на кочках.

— Вот первые кусты, которые я хотел вам показать.

Я вижу их издалека. На зеленых шарах словно загорелись желтые звезды. Множество цветов с пятью лепестками смотрелись нежно и ухоженно даже в горах.

— Единственный недостаток — у них большие корни. Зато живучие!

А корни у них оказываются, действительно, большими, расходятся на множество более мелких узелков и застревают между камнями в почве.

Нам приходится как следует повозиться, прежде чем вытащить четыре штучки. Наша тележка становится полна.

— Ну что, назад?

— Подождите! — Рики достает флюжку воды смачивает тряпку, которую зачем-то взял с собой и накрывает ей корни. — Вот так они легче перенесут дорогу.

— А ты молодец! — очередной раз