Вероника - Марина Халкиди

— А вот наш мэр — господин Бока, — указав на старичка, сказал ванд в мантии маленькой девочке. Мужчина приподнял дочь на плечи.

— Видишь?

Девочка в костюме феи рассмеялась.

— Папа, он ведь похож на нашего Ушастика, — вынесла приговор малышка, смешно коверкая слова.

В толпе раздались смешки и хлопки в ладони. Валий густо покраснел, спустил дочь на землю и потащил за руку с площади. Только и раздавалось его ворчание, что в следующий раз ее поведет гулять мама.

А Максиму, который прислушивался к разговору, оставалось только гадать — кто же такой Ушастик — то ли морская свинка, то ли собачонка.

Мэр тем временем взобрался на помост. Он успел переодеться в мантию, переливающуюся всеми цветами радуги, под стать Вечному городу. Старичок поднял руки, призывая всех к тишине.

— Добро пожаловать! — прокричал мужчина. — Я рад приветствовать гостей от своего имени и от жителей нашего чудесного города и, конечно же, домовых северных земель…вас ждут…десять дней развлечений…ежегодный бал… — Мэр выступал довольно долго, несколько раз сорвав бурю аплодисментов. Правда, подростки больше глазели по сторонам, нежели слушали речь мужчины. — А теперь обещанный подарок — выступление известных артистов. Встречайте — семья Медисон.

Что тут началось! Аплодисменты, выкрики, приветствия! Джон и Ника закрыли уши руками: они никогда не видели, чтобы так приветствовали обычных артистов. А вот Максим орал вместе с толпой.

— Что в них особенного? — спросила Вероника.

— Поверь, это лучше увидеть, — ответил Спайк.

Аплодисменты стихли, когда появились акробаты. Их было всего пятеро — двое взрослых и трое детей. На площади наступила тишина, все завороженно следили за представлением, в том числе и Ника. Девочка и впрямь не видела, чтобы акробаты выступали с таким мастерством, на огромной высоте прямо под открытым небом с шестами, уходящими ввысь. Ника опустила взгляд и вскрикнула. Акробаты выступали без страховки и сетки. Всего одна ошибка и все — увечья и смерть.

Спайк услышал вскрик девочки, а затем поймал ее недоверчивый взгляд.

— Многие акробатов не доживают и до тридцати лет, — объяснил он.

— Но зачем? — искренне не поняла Ника. — Зачем рисковать своей жизнью?

Спайк задумался. Он родился и вырос в Мессории, но он тоже не принимал всех правил, возможно, потому что отличался от других обитателей королевств.

— Не знаю…

Вероника схватила Спайка за руку, когда ей показалось, что еще чуть-чуть…Но каждый раз акробаты с блеском ловили друг друга.

После представления — аплодисменты не стихали несколько минут. Готрику пришлось практически силой увести внуков с площади. Максим рвался к помосту, чтобы лично высказать благодарность артистам. И впервые Джон его поддержал, ему приглянулась старшая Медисон, о чем он благоразумно умолчал.

На поиск гостиницы ушел час, а ведь даже обычные жители сдавали комнаты в жилых домах. Некоторые путешественники приехали в город в огромных каретах, в которых были оборудованы даже маленькие душевые и сиденья раскладывались в удобную кровать.

Но компании из шести вандов пришлось заглянуть не в одну гостиницу в поисках ночлега. В конце концов, Готрик снял небольшие каморки, которые хозяин сдал за баснословные деньги! Джилас хотела было вмешаться в переговоры, но подростки нетерпеливо тянули опекунов гулять.

Город завораживал не меньше, нежели выступления акробатов или полет на метле. Яркие вывески завлекали покупателей. Сладости, мишура, взлетающие и взрывающиеся шутихи привлекали внимание. Город был похож на огромный сверкающий муравейник, так что у подростков разбегались глаза. Получив разрешение Джилас, дети набрали корзины всевозможных пирожных, конфет, засушенных цветков и фруктов.

На лодке они перебралась в другую часть города. Готрику пришлось использовать даже магию, чтобы протолкнуться в толпе.

Палатки нависали со всех сторон, надвигались, оставляя узкие проходы. Продавцы громко кричали, рекламируя продаваемый товар.

— Такого размаха я давно не припомню! Видимо мэр решил оставить о себе память, в этом году он подает в отставку.

Ника отскочила в сторону. Продавец сунул сушеного осьминога прямо ей под нос. Вероника присмотрелась и поморщилась, сомневаясь в принадлежности монстра к морским гадам.

Другой продавец схватил девочку за локоть.

— Амулеты на все случаи жизни! Возьмите, не пожалеете.

Девочка отшатнулась. Джилас выросла перед внучкой, оттолкнув других покупателей.

— Так вы говорите — амулеты?!

Бабка подперла ладонями бока.

Да, это зрелище заслуживало особое внимание. Торговец покрылся испариной, готовый удавиться за каждую монету. Однако графиня не собиралась уступать ему.

— Нашла коса на камень, — прошептал Готрик.

Графиня обожала торговаться. Чаще ее интересовал сам процесс, а не результат. Готрик иногда подшучивал над женой, что в ее роду точно были торговцы. Джилас злилась, доставала генеалогическое древо, пока не понимала, что муж в очередной раз провел ее.

Спустя двадцать минут Джилас отошла от прилавка с амулетами, напевая себе под нос. Продавец красный как рак налетел на следующих покупателей, пытаясь всучить им амулеты по завышенной цене.

— Интересно — магазинчик Начиса еще не закрылся? Пора бы приобрести кристаллы.

Девочка рассеяно положила амулет в карман, прислушиваясь к разговору.

— Кристаллы, — навострил уши Макс.

— Они необходимы для усиления магических способностей, — объяснил Джон, который умудрился прочесть за короткое время несколько книг из библиотеки деда.

— И мы сможем колдовать? — уточнил Максим.

— Никакого колдовства, — отрезал Готрик, — только магия.

— А в чем разница? — не понял подросток.

— Волшебники магичат, а гриды колдуют, — насмешливо пояснил Спайк.

— И в чем разница? — так и не понял Максим.

— Нам лучше поспешить, пока магазин не закрылся, — как всегда ушел от скользкой темы граф Мелари.

Вероника покосилась на Спайка, девочка сделала себе пометку, обязательно узнать у парня — в чем отличия между магией и колдовством.

Магазин, довольно невзрачный с виду, едва отыскали.

— Мы уже закрываемся, — предупредила молоденькая продавщица. — Вам лучше зайти завтра с утра.

— Позовите мистера Начиса, — приказала Джилас, — мы его старые знакомые.

Девушка окинула внимательным взглядом графиню, покосилась на величественную фигуру Готрика.

— Наверное, очень старые. Мой дед умер год назад, — сообщила она. Девушка перевела взгляд на подростков. — Хорошо, пусть они выберут кристаллы, — разрешила она.