Будущие, или У мечты нет преград - Татьяна Серганова

— Он не живой, — вдруг заявил друг.

Я приподняла бровь и недоверчиво поинтересовалась:

— Что значит не живой? Мы же с тобой его видели. Живой и здоровый. Сумасшедший немного, но реальный и на призрак совсем не похожий.

— Это оболочка, Одетт. Его оставили на грани. Между жизнью и смертью.

— Я o таком не слышала, — промотала рассеяно.

— Потому что кроме Богов это сделать никто не может. Это не для простых смертных. Сангир мнил себя равным Богам, вот и получил кару, достойную его.

— И что теперь? Он выбрался из своего заточения. Но чего хочет? Чего добивается? Отомстить?

— Малии? И поэтому решился сорвать помолвку Петреи? — предположил Дитер.

Я задумчиво покачала головой.

— Тебе не кажется, что это слишком мелко? Расстроить свадьбу Петреи и маркиза… это мало похоже на месть. Скорее шалость.

— И не объясняет, зачем ему нужна ты.

Кхм, действительно.

— Может, хочет таким образом подобраться к Петрее? — предположила я. — Ведь с Арчером ему не повезло.

— Крост говорит там было воздействие, — вдруг заявил Дитер. — Он, конечно, сам виноват, его никто не тянул. Но воздействие точно было.

Я сначала не поняла, о чем он говорит, а потом быстро переспросила:

— Воздействие? На искрящего? Но это невозможно!

— Для нас — да, — отозвался мужчина. — Но не для него. Сила вернулась. И сангир действительно силен. Очень силен.

— И если это так, то почему он не бросился на дворец? Сил прорваться у него точно хватило бы. Мы, даже объединившись, не сможем его удержать. И до Адонии добраться легко. Но он этого не делает. Почему?

— Мне это тоже не дает покоя.

— Честно говоря, я совсем запуталась, — призналась ему. — Я совершенно не понимаю, что сангиру нужно. Один поступок противоречит другому. Мы слишком мало знаем.

Друг кивнул, а потом неожиданно предложил:

— Может стоит расспросить Адонию. Она как наследница и правопреемница Малии должна знать все нюансы, о которых умалчивает хроника и летописи.

— Наверное, ты прав. Но как это сделать?

— Попросить об аудиенции?

Если бы проблема была только в этом.

— Я не об этом, Дитер. Как сказать и выжить после этого. Адония не обрадуется сокрытию фактов.

— Думаешь, она будет в бешенстве?

— Это еще мягко сказано.

— Не говорить? — предложил друг.

— Без ее помощи нам не справиться, — была вынуждена признать я. — У царицы есть ответы на наши вопросы, а скрывать информацию о сангире дальше будет глупо. Ты же понимаешь, что рассказать придется и чем раныие, тем лучше. Удивительно, как слухи до сих пор до нее не дошли.

— Да, странно. Я пойду с тобой.

— Нет, — я покачала головой. — Не стоит. И Кроста вмешивать не буду.

— Будешь лгать?

Я усмехнулась:

— С каких пор недомолвки являются ложью?

— Играешь с огнем, Одетт, — вздохнул Дитер, покачав головой.

— Не в первый раз и далеко не последний.

— И когда пойдешь с повинной?

— Чем быстрее, тем лучше.

Глава восьмая.ч.3

«Ваше Величество, у меня есть важная информация относительно маравийца. Прошу уделить мне время и выслушать. Как можно скорее. Одетт Корвил».

Записка была передана слуге. Зная всю этапность корреспонденции и бюрократию, я ожидала ответа ближе к вечеру, а он пришел через каких-то полчаса.

Я как раз выслушивала речь Петреи, которую она читала, срывая раздражение. Каюсь, совсем не слушала, а лишь делала вид и временами кивала. А сама тем временем мысленно пыталась придумать речь для Адонии, пока такая возможность была.

Наши отношения вновь вошли в стадию вынужденного примирения. Как на качелях, то все отлично, то все плохо.

И именно в самый разгар головомойки явился посланник царицы.

— В чем дело? — недовольно нахмурилась Петрея, сложив руки на груди.

— Выше высочество, — почтительно склонился тот. — У меня сообщение для Одетт-арин.

— Ну так сообщи.

— Его Величество царица Адония желает видеть вас, — сообщил мужчина.

— Хорошо…

— Прямо сейчас, — добавил он.

Вот это оперативность и неожиданность.

Я тяжело сглотнула, кивая.

— Но у нас занятие, — упрямо возразила Петрея.

Сдается мне, она сопротивлялась не из-за жажды знаний, а из-за упрямства.

— Мы продолжим позже, Ваше высочество. Сейчас я буду вынуждена оставить вас.

— Что здесь происходит? — Еще сильнее нахмурилась она, явно чувствуя подвох.

— Не могу знать.

Адония действительно ждала меня в одном из кабинетов, которых во дворце было целых три. И выбирались они в зависимости от настроения повелительницы Террико. В этот раз кабинет был выдержан в темно-синих тонах с серыми вкраплениями. Явно ничего хорошего не ожидалось.

Да и сама царица смурнее тучи.

И в кабинете не одна.

Но присутствию Валкота я не сильно удивилась. Этого стоило ожидать. А вот почему других советников не было. Интересно…

— Одетт-арин, — поприветствовал меня бывший жених на манер Террико.

Исправляется или усыпляет бдительность. Наверное, я всегда буду смотреть на него с подозрением.

— Лорд Валкот, — кивнула я в ответ.

— Итак, приступим к делу. Что ты хотела мне сообщить, Одетт-арин? — нетерпеливо произнесла Адония, сцепив руки на столе.

— Выше Величество, у меня есть все основания подозревать, что маравиец не так прост, каким его считает Крост.

— И что это означает?

Боги, помогите и защитите непослушную дочь свою.

— Я считаю, что это был сангир.

Она знала! Одного взгляда на вмиг побелевшее лицо Адонии было достаточно, чтобы понять, что царица знала больше, чем писалось в летописях.

— Что? — прохрипела она. — Что ты сказала?

— Сангир. Я думаю, что это был он.

— Не может быть. Крост…

— Он не знает, — тут же вставила я, желая уберечь шефа от гнева царицы.

Она сейчас в таком состоянии, что может натворить глупостей. А начальника жалко. Он же не виноват в том, что не поверил мне. Тут кто бы угодно не поверил.

— Мне кажется, Ваше Величество, нам стоит выслушать Одетт-арин, — неожиданно вмешался Валкот.