Пробуждённая луной - Юлия Адриан

Мы идем без отдыха две ночи и один день. Его энергия кажется бесконечной, моя – нет. И пока я изо всех сил стараюсь не отстать от него, мои мысли бесконечно мечутся в голове, но пока не находят ответа. Во всем этом был один-единственный смысл: нужно было изгнать меня.

Но я вернулась. Ошибка в плане? Или следующий ход на шахматной доске? И снова я задаюсь вопросом, какая роль уготована мне. Я преследую своих сестер, и мой путь ведет меня к ним, одной за другой, будто другого пути и нет, будто он предначертан. Их роли отыграны, а моя так и остается неопределенной.

Когда светает во второй раз, он наконец останавливается.

– Мы пришли? – Я прислоняюсь к стволу старой липы, что венчает крутой холм. Ночь находит под ней свое последнее укрытие перед тусклым рассветом. Сонные листья слабо шуршат, корни уходят глубоко в холодную землю. Я прислоняюсь к грубой, шершавой коре ствола. Ноги свинцовые. Трава влажная от росы.

– Ты пощадила бы ее? – спрашивает он, не глядя на меня.

Его силуэт резко выделяется на фоне светлеющего неба.

– Кого? – хрипло спрашиваю я.

– Отравительницу, – мягко отвечает он. Его голос звучит как-то иначе, это странно.

– Она бы меня не пощадила, – просто говорю я.

– Ты знала, что она нападет на тебя. Ты просто не могла сделать это первой. – Он наконец поворачивается и смотрит на меня каким-то странным взглядом. – Каково это, когда совесть нечиста?

– Ничего этого я не хотела.

Пристальный взгляд охотника изучает. Он что-то ищет, ноя не знаю, что именно.

– Морская ведьма…

– Она отняла у меня Элль, – шиплю я, чувствуя боль. Закрываю глаза и растираю виски. – Не хочу говорить о ней.

– По крайней мере, с ней ты была честна, – продолжает он, не обращая внимания на мои возражения. – Ты не возлагала на нее никаких надежд. Просто была тем монстром, которым являешься.

– Я не убивала ее, – шепчу я.

– Какая разница? Она мертва. Русалки истреблены. – Он качает головой. – Ты отняла у них больше, чем жизнь. Ты уничтожила их.

– Ты же этого хотел? – хрипит мой голос. – Мы охотимся, мы убиваем.

Он кивает и откладывает арбалет. Что-то окончательное кроется в его жесте, и я догадываюсь об ужасной правде.

– Что ты делаешь? Почему мы здесь? – Страх стягивает мне горло, и я вскакиваю. – Здесь нет фей…

Только я.

И я понимаю, что мы подошли к концу нашего пути. К концу нашей совместной охоты.

– Ты когда-нибудь задумывалась, почему я был в башне? – спрашивает он тихо.

Башня. То место, все началось. Дом феи-матери, убежище детей-фей. Моя могила. Место моего воскресения.

– Судьба, – шепчу я.

Он смеется, но его смех звучит сдавленно.

– Да, это была судьба. Но иначе, чем ты себе представляешь. – Он отводит взгляд, словно ему сложно сказать правду мне в лицо. – Это было пророчество. В башне, спрятанной в лесу, должно быть найдено оружие. Оружие, которое уничтожит их всех и положит конец господству ведьм.

Мое сердце застывает. Замерзает.

– Я узнал о башне. Ее заметили вскоре после того, как погибла Крысиная королева. Ее шпиль торчал над вершинами деревьев, словно всегда был там. Как хранитель мира. – Он смотрит на меня, но его глаза закрыты для меня. Он не пустит меня туда. Больше никогда.

– Десятки всадников были отправлены взобраться на башню и открыть ее тайну. Но никто из них не смог преодолеть живую изгородь. Многие так и не вернулись.

Белые мерцающие черепа среди зарослей ежевики. Живая изгородь. Самое смертоносное из всех защитных заклинаний. Я сглатываю.

– Я сам был там. Множество раз. Я видел, как смельчаки бросались на шипы, запутывались и были поглощены ежевикой. Живая изгородь съедала кожу с их костей. – Охотник останавливается, его рука сжимается в кулак.

– Как ты нашел способ пройти через изгородь?

Он долго смотрит на меня, борется с собой.

И в этот ужасный момент я знаю правду, до того, как он открывает мне истину:

– Провидица.

Кто, кроме нее, мог принять такое решение? Кто, кроме нее, мог догадаться о последствиях? Из хаоса, что начинает бушевать в голове, выныривает одно слово:

– Почему?

– Пророчество. Оружие. Она поручила мне найти и использовать его.

– Почему? – шепчу я.

Но он как будто не услышал моего вопроса. Да и как он смог бы ответить? Провидица никогда не раскрывает своих истинных намерений. Она пророчествует, читает по картам – и иногда, иногда я думаю, что ее пророчества обусловливают сами себя. В тот момент, когда они произносятся и воспринимаются внимательным слушателем, они исполняются: сами по себе.

– Поэтому я отправился на поиски оружия. Перед живой изгородью осталось всего четверо. Последние жертвы, обреченные на провал.

– Принц и его люди.

Он просто смотрит на меня.